Трикотажная одежда для дома и отдыха для мужчин и женщин, в интернет магазине Ирис — домашний трикотаж!

Домашний трикотаж от производителя в Иваново, в интернет-магазине «Ирис — домашний трикотаж» Трикотаж дешево, купить ночные сорочки, купить туники, купить трикотаж

Разное

Терри ричардсон фотографии 18: Страница не найдена

Содержание

Терри Ричардсон в кадре и за кадром

Терри Ричардсон – величайший провокатор в истории фэшн-фотографии. В отличие от других энтузиастов героинового шика 1990-х и уличного гламура 2000-х, Ричардсон не просто любит ставить своих моделей в рискованные ситуации перед объективом – он активн­о в этих ситуациях участвует. Но то, что было хорошо в 1990-е, то в одержимые харассментом пуританские 2010-е – смерть. И потому всю последнюю пятилетку Терри только и делал, что отбивался от судебных исков и исповедальных монологов униженных и оскорбленных им моделей. Означает ли это закат фотохудожника, одно упоминание имени которого вызывало 20 лет назад дрожь восторга и контркультурного обожания?

Терри Ричардсон сидит на кушетке у окна своего нового офиса на Бауэри. На нем прикид, когда-то сделавший его самым узнаваемым фотографом современности: расширяющиеся книзу бакенбарды, черная пластиковая оправа на носу, на шее нательный крест, звезда Давида и медальон Общества анонимных наркоманов, конверсы, джинсы, клетчатая рубаха навыпуск.

На дворе холодный апрель, так что к стандартному набору прибавилось худи; не хватает только пары вскинутых вверх больших пальцев – других его постоянных аксессуаров. За четыре дня до нашей встречи модель Эмма Эпплтон твитнула скриншот с сообщением якобы от Ричардсона в фейсбуке: “if i can fuck you i will book you in ny for a.shoot for Vogue.” Сообщение определенно фейковое – у Ричардсона нет своего аккаунта, а для американского Vogue он не снимал уже четыре года. И любой другой фотограф не обратил бы на это внимания. Но Терри приходится.

Известный прежде всего своими фэшн-фотографиями и портретами селебрити, Терри регулярно снимает обложки для Harper’s Bazaar и GQ; на его фото можно увидеть всех крупных деятелей современной музыки и кино, не говоря уж про президента Обаму. Среди его недавних работ – совместная книга с Леди Гагой (Lady Gaga x Terry Richardson), клипы Бейонсе (XO) и Майли Сайрус (Wrecking Ball, просмотренный в YouTube 665 млн раз). Он сотрудничает и с люксовыми (Valentino, YSL), и с массовыми (Target, H&M) брендами, и, как говорят, берет за свой труд $160 тысяч в день. Стиль его портретов – съемка в упор со вспышкой на фоне белой стены, создающая эффект полной спонтанности. Терри – гений «запечатления момента», по словам Тома Форда: очень редкое качество для современного фотографа.

Бэкстейдж съемок Рианны для репортажа в GQ.

Бэкстейдж съемок Рианны для репортажа в GQ.

Своей славой Ричардсон во многом обязан привычке «вписывать» себя в съемки селебрити (его друзья любят повторять, что именно он изобрел селфи). А также постоянству своего облика. Многие из его знаменитых моделей примеривают на себя аксессуары и жесты из арсенала Терри вроде очков и больших пальцев. Портфолио Ричардсона – конвейер самоклонирования, достигший апогея на снимке Хлое Севиньи в очках и с бакенбардами, целующей идентично выглядящего фотографа.


Портфолио Ричардсона – конвейер самоклонирования, достигший апогея на снимке Хлое Севиньи в очках и с бакенбардами, целующей идентично выглядящего фотографа.


Знаменит он и по другой причине. Терри долгие годы культивировал репутацию профессионального дебошира, колоритного перверта, чередующего коммерческие съемки с производством экстремально откровенных фото, на которых есть большой шанс увидеть его самого, голого и с могучей эрекцией. Многим это покажется женоненавистнической порнухой, а других просто смутит. Смущены и обескуражен­ы оказались и многие модели фотографа: кто-то из них порадовал общественность смачными описаниями царящего в студии Ричардсона декаданса, кто-то подал в суд. Оплот интернет-феминизма, сайт jezebel.com назвал Терри «главным извращенцем фэшн-фотографии». The Guardian нарекла «постыдным сек­ретом моды». Сатирический ресурс Wonkette дал грандиозное прозвище «Следующий главный подонок Америки», а диджей из Лос-Анджелеса Baron von Luxxury написал песню Terry Richardson, в которой есть такие строчки: «Она проглотит еще пару седативов, и что бы ни случилось потом, меня все устроит, а негативы я сожгу».

В октябре 2013 года британский тинейджер опубликовал на change.org петицию под заголовком: «Большие бренды, кончайте давать работу предполагаемому насильнику и порнографу Терри Ричардсону». За полгода петиция набрала 33 тысячи подписчиков, а через несколько дней после ее публикации появился твит H&M: «Если обвинения справедливы, то для нас сотрудничество неприемлемо. В настоящий момент мы не работаем с Терри Ричардсоном».

Снимая обнаженных моделей, Терри сам часто раздевался, причем оголялся даже больше, чем его герои. На этом кадре – Ричардсон фотографирует Кейт Мосс.

Взрывоопасные шутки друзей Терри Ричардсона. Кейт Мосс на страницах книги Terryworld.<br />

Хулиган, дебошир, музыкант и отец нашего героя – Боб Ричардсон (разворот из книги Terryworld).

Самому Ричардсону сложившаяся ситуация не может не казаться странной. Его знаменитые друзья готовы публично его защищать («Если захотите найти людей, готовых рассказать о том, какой он щедрый, добрый и обходительный человек, то вокруг квартала сразу выстроится очередь», – сообщил Джаред Лето). У него тьма фанатов, фэшн-истеблишмент не перестает давать ему работу. Но есть и те, кто больше не желает превозносить его с былым энтузиазмом. Редактор издательства Taschen Дайен Хэнсон, друг фотографа, не верит тем, кто его обвиняет, но оговаривается: «Не хочу идти против этих девушек. Тем, кто поставит под сомнение их честность, будут угрожать расправой». Кроме того, есть и то, что Ричардсон называет просто – «интернетом», которому в изощренных провокациях фотографа видится не нарушение табу, но сексуальное принуждение. Это кажется парадоксом: Терри порицают ровно за то, за что всегда обожали.


«Частенько съемки заканчивались сексом», – вспоминал знаменитый фэшн-фотограф 1960-х Боб Ричардсон.


«Частенько съемки заканчивались сексом», – вспоминал знаменитый фэшн-фотограф 1960-х Боб Ричардсон. Привлекательный мужчина с пышной шевелюрой, Ричардсон появился ниоткуда и произвел фурор. Редакторы находили его стиль общения невыносимым.

Но именно он привнес темный сновидческий реализм в жанр, где царил холодный перфекционизм, став со временем источником вдохновения для Брюса Вебера, Питера Линдберга и Стивена Майзела. Для итальянского Vogue Боб снял Анжелику Хьюстон рядом с купальщиком-нацистом. Его ­самая известная работа – 16-страничная съемка актрисы Донны Митчелл в слезах на греческом острове для французского Vogue 1967 года. Во время двухнедельного вояжа на эгейское побережье фотографа сопровождали жена – бывшая танцовщица с Копакабаны Норма Кесслер, она же стилист съемки, – и двухлетний сын Терри.

Леди Гага и Терри Ричардсон на вечеринке Vanity Fair в Западном Голливуде.

Пэрис Хилтон, белье Пэрис Хилтон и Кинг-Конг.

Нидерландская модель Марлоус Хорст позирует для календаря Pirelli.

Двумя годами позже Боб бросил Норму и Терри ради 17-летней Хьюстон, с которой прожил три года, прежде чем низвергнуться в бездну шизо­френии и бездомности. Следующие 20 лет у Терри не было почти никаких контактов с отцом. После школы он долгое время пытался стать музыкантом, играл на басу в лос-анджелесских панк-группах, несмотря на «полное отсутствие слуха», по словам самого Ричардсона. Только в конце 1980-х, вытащив потерявшего на тот момент все зубы Боба из бомжацкого прозябания в Санта-Монике, Терри – мягкий интеллигентный парень в поисках призвания – начал проявлять интерес к фотографии. Стал ассистировать фэшн-фотографу Тони Кенту, старому родительскому другу, делать портреты актеров и, в конце концов, забросил свою фанк-группу Double Freak, дабы воссоединиться с отцом в Сан-Франциско (где Боб занимался телемаркетингом, чтобы заплатить за жилье в ночлежке). Отец помог ему собрать портфолио, объяснив, что нравится редакторам. То было, по сути, первое настоящее знакомство Терри с отцом.

Боб отправился вслед за Терри в Нью-Йорк, где предложил сыну работать семейным тандемом Ричардсонов. Они получили заказ от журнала Interview, затем сняли несколько небольших историй для Glamour и Mademoiselle. Боб, по воспоминаниям Терри, неизменно конфликтовал с редакторами: «У нас не было ни гроша, но он все равно скандалил. Сидим в Майами, в дорогом оте­ле, отличная еда – на хрен бодаться?» Через полгода совместного творчества, вечером накануне съемки для Vibe, Терри позвонил отцу и сообщил, что хотел бы сделать съемку самостоятельно. «Он в ответ: ни хрена ты не сможешь один, я больше с тобой не разговариваю, пошел ты, и повесил трубку».

Но у Терри все получилось. И именно эта черно-белая история про уличную жизнь нью-йоркского даунтауна – подростки у заплеванных писсуаров, обливание пивом на тротуаре, роллердром у клуба Roxy – стала точкой отсчета его карьеры. После этой съемки в Vibe британский дизайнер Кэтрин Хэмнетт заказала ему его первую рекламную кампанию, которая, в свою очередь (в особенности снимок модели, распластавшейся на коленях у партнера, лобковые волосы в кадре), превратила Ричардсона в актуальное юное дарование. Если фотографии Боба были атмосферны и кинематографичны, стремились задать эстетические параметры восприятия и запечатлеть эмоцию, то для Терри его работа – скорее, комический танец с объектом съемки. «Меня спрашивают: каким вы хотите меня снять? А я в ответ: а каким вы хотите быть на фото? Что вы чувствуете? Начинат­ь съемку, не зная в точности, чего именно я хочу добиться, – кайф от этого очень силен, именно так получаются лучшие фотографии».

Ричардсон обходился без ретуши, его стали причислять к группе фотографов, стремившихся к брутальному лоуфай-реализму, к тому самому «героиновому шику». Он вдохновлялся малобюджетным порно, но в его работах были ирония, юмор, игривость. В рекламном кадре для Sisley модель Джози Маран доила корову, подставив свой высунутый язык под струю молока. «Когда Терри снимал, веселились все», – рассказывает Кейти Баркер, его тогдашний агент. Ей вспоминается съемка в нудистском лагере во Флориде­ для журнала George: «Помню, мне тогда подумалось: только Терри такое с рук сойдет, потому что в его работе не было пошлости. Ему было позволено запечатлевать радость жизни с оттенком эксгибиционизма – то, что на самом деле очень нравится людям».

Тогда же Ричардсон принялся «отращивать» собственный имидж. Во время съемки для Sisley, в последнем кадре, Терри зашел в кадр с банкой «Хайнекена» в руке. Эта фотография стала рекламной полосой в The Face, после чего «автопортреты последнего кадра» рекламных кампаний Sisley стали традицией Ричардсона. В кадре для i-D он снял себя на корриде в Севилье показывающим задницу разъяренному быку. В другой раз он показался в компании моделей, на которых были надеты маски с его физиономией. Съемки становились все более разнузданными, и он не скрывал этого. В 2002 году Терри рассказал в интервью Vice о календаре для бренда уличной моды Supreme, «на который можно будет дрочить». «Съемки, – признавался фотограф, – слегка вышли из-под контроля. Продюсерша психанула и свалила. Там все друг друга перетрахали. Люто было».

Тот самый кадр для рекламной кампании Sisley, украшавший в том числе и московский магазин марки.

Кадр из журнальной рекламы дизайнера Кэтрин Хэмнетт.

В свои ранние нью-йоркские годы, когда он запечатлевал будни своего района в Алфабет-Сити, Терри быстро скопил приличное количество материала. Японское издательство Hysteric Glamour предложило сделать книгу, галерея Aaron Rose одновременно обратилась с идеей выставки. These Colours Don’t Run, открывшаяся в июне 1998 года, шокировала даже привычную ко всему арт-публику. На ней можно было увидеть крупный план – полтора на два метра – физиономии Ричардсона, вымазанной спермой. Дальнюю комнату галереи приберегли для изображений обедов фотографа вперемежку с туалетными бачками, полными экскрементов. Рецензент Village Voice Ричард Голдстейн похвалил автора за его «дар к самовозгоранию». Фронтмен Sonic Youth Терстон Мур позже вспоминал, как его «чуть не вырвало» от лицезрения «сочащихся отверстий» его друзей и знакомых.

В 1990-е Ричардсон плотно сидел на героине. В течение трех лет он жил в браке с моделью Никки Уберти, за которым последовали многочисленные связи с другими женщинами, в большинстве также моделями. В 2001 году, порвав с очередной пассией за три дня до Рождества, Ричардсон надел костюм, повязал галстук, употребил героина на сотню баксов и прикончил бутылку водки. Друзья нашли его валяющимся в коматозе. На следующий год Ричардсон лег в рехаб и слез с наркоты.

По мере того как карьера Ричардсона набирала обороты, его некоммерческие работы становились все более откровенными. На съемках он сам раздевался догола, оправдываясь, что это всего лишь хитрость, призванная заставить моделей раскрепоститься и не стесняться своей наготы. Объясняя свой эксгибиционизм сублимацией новообретенного трезвого образа жизни и попыткой изжить внутренние проблемы, Терри стал все чаще снимать себя самого – или просил ассистентов снимать его – в самых рискованных ситуациях. «Снимая обнаженку и раздеваясь в студии, он боролся со своей застенчивостью, – поясняет Дайен Хэнсон. – Кроме того, у него большой член. А когда тебе об этом все время говорят, какой смысл прятать его в трусы?»

Если судить по рассказам друзей фотографа, будни в студии Ричардсона были похожи на микс подросткового юмора в стиле Бивиса и Баттхеда, приколов а-ля «Чудаки» и дебилоидного порно­угара. Хот-доги с пиписьками и все такое прочее. Стив-О вспоминает в мемуарах, как однажды средь бела дня ему позвонил Джонни Ноксвилл и сообщил: «Слышь, я в студии Терри Ричардсона, он хочет снять сцену буккакэ, приезжай, у нас не хватает членов». Когда Стив-О приехал, Ричардсон попросил его «дергать девушку за волосы, кончая ей на лицо, пока кто-то будет держать пистолет у ее виска». Ричардсон во время нашего интервью объясняет: «В студии мы никогда не бываем с девушкой наедине. Кругом всегда ассистенты, другие люди, модели приводят подружек потусоваться. Все происходит днем, никаких наркотиков или алкоголя».

Профессиональные модели, однако, не разделяют энтузиазм фотографа. Саре Зифф было 19, когда агентство послало ее на съемку к Ричардсону. По его словам, снимать полуобнаженную натуру планировалось изначально, но Зифф – ныне глава общественного объединения Model Alliance – запомнила все по-другому. «Предполагалось, что это будет съемка для мейнстримового фэшн-журнала, но когда я приехала, он заставил меня позировать топлес. Пришлось подчиниться, так как мой агент посоветовал произвести должное впечатление. Мол, Ричардсон – знаменитый фотограф, снимающий для всех крупных журналов и брендов». Лискула Коэн, в свою очередь, ушла со съемки для Vogue Hommes International в 2002 году, потому что Ричардсон хотел, «чтобы я снималась абсолютно голой и сделала минет мужику, который изображал моего мужа».

Когда в том же году 19-летняя Сена Чех собиралась на пробы в студию к Ричардсону, агент сказал ей, что она должна «сделать все, что потребуется, чтобы получить эту работу». Чех говорит, что на тот момент была незнакома с рискованными нюансами эстетики Ричардсона. Когда приехала, ее попросили подписать заявление об отказе от претензий, хотя обычно всю бумажную работу делает агентство. Потом Ричардсон разделся догола. «Меня тоже попросили раздеться и стали орать: хватай его за член, крути его, сжимай! – модель смеется. – Дрочить не просили. В этом, судя по всему, вообще не было никакого сексуального аспекта. Странные люди. Параллельно все это снимали, приговаривая: ты великолепна, добро пожаловать в клуб!» Когда после пробы ей позвонил агент и сообщил, что Ричардсон берет ее, она отказалась. «Сказала: не буду у него сниматься, он слишком странный». Источник, близкий к Ричардсону, напротив, сообщил, что Чех сама инициировала описанный сюжет, а после кастинга добровольно осталась позировать для эротических фото.

В 2004 году галерист Джеффри Дейч организовал выставку ричардсоновского хард-кора. Когда несколько сотрудниц галереи выказали свое неодобрение, он предложил им месяц оплаченного отпуска. В день открытия в галерею выстроилась очередь из трех тысяч желающих. Те, кому повезло попасть внутрь, насладились гигантскими портретами фотографа, у которого берут в рот, и горой плюшевых медведей в количестве тысячи штук. Шоу успеха не имело – продали всего одну фотографию, а хозяин квартиры Дейча даже попытался выселить галериста. Однако, когда три недели спустя в продажу поступил ташеновский фолиант Terryworld, он стал бестселлером, с постоянной допечаткой тиража. В августе того же года итальянское издательство Damiani опубликовало ограниченным тиражом (2000 экземпляров) книгу Kibosh – самую экстремальную коллекцию Ричардсона. Kibosh – черный монумент члену Терри в цельнотканевом переплете: фаллос фотографа присутствует почти на каждой странице, преимущественно – в момент орального секса или эякуляции на женское лицо. Ричардсон назвал книгу «итогом жизни в искусстве» и «кратким содержанием карьеры».


Фаллос фотографа присутствует почти на каждой странице, преимущественно – в момент орального секса или эякуляции на женское лицо.


Терри – типичный вечный подросток. Это хорошо просматривается и в его прикиде, фетишизирующем 1970-е, и в грустной картинке себя самого, девятилетнего в костюме Билли Джека на Хеллоуин, которую он вытатуировал у себя на груди, в его тинейджерском юморе и трех плюшевых мишках, с которыми он спит. Детство Терри было совершенно хаотичным, им никто не занимался. Родители принадлежали к парижскому богемному полусвету, тусовались с Китом Ричардсом, участвовали в оргиях, не слезали с амфетамина. Когда Терри было три, его отец выкурил гору гашиша и вырубился на улице в Марокко. В том же году он заперся в ванной и покромсал себе запястья; когда приехала полиция, Терри был рядом. Вскоре мальчик проглотил содержимое пузырька с аспирином (у таблеток был вкус апельсина), ему пришлось промывать ­желудок.

Когда Ричардсоны вернулись в Нью-Йорк, в свой пентхаус на Джейн-стрит, и отец Терри бросил семью ради Хьюстон, его мать не теряла времени даром в объятиях Джими Хендрикса и Криса Кристофферсона. Потом переехала в Вудсток, сменила имя на Энни и вышла замуж за британского музыканта Джеки Ломакса, протеже Джорджа Харрисона. Когда они шли тусоваться по вечерам, испуганного Терри оставляли дома одного без няньки. Когда ему было семь или восемь, паца­н прове­л лето у отца и Хьюстон в их лондонской квартире и каждую ночь слушал, как они занимаются ­сексом.


Терри – типичный вечный подросток. Это хорошо просматривается и в его прикиде, фетишизирующем 1970-е.


К 1974 году, когда Энни и Джеки решили переехать в Лос-Анджелес, Терри уже превратился в законченного трудного подростка. «Я просто крушил на хер свою комнату, громил все, закатывал истерики, – рассказывал Терри в интервью 1998 года. – Слышал у себя в голове голоса, сейчас они немного поутихли». Мать посылала его два раза в неделю к психологу, и однажды, когда ехала забирать, в машину врезался грузовик. Из комы она вышла с черепно-мозговой травмой, а домой вернулась в памперсах. Терри было девять. Тем летом он впервые покурил травку. Примерно тогда же контракт его отчима со звукозаписывающей компанией приказал долго жить, и экс-гламурная семейка оказалась на грани выживания. Когда Терри было 14, он проглотил 40 таблеток; пришлось снова промывать желудок. Потом мать решила переехать и забрала Терри из школы. По воспоминаниям друзей, это потрясло парня. Он заинтересовался панк-роком, стал играть на басу в группе под названием Invisible Government of the World и написал песню «Что такое любовь? Любовь это боль». В 18 лет Терри начал принимать героин. В том же году, выпив дюжину банок пива и наглотавшись транквилизаторов, он врезался в столб на скорости 90 километров в час и попал в местную газету.

Параллели с творчеством рисуются сами собой. В фотографиях Терри конца 1990-х – начала 2000-х часто просматривается мотив униженного детства: клоун в чудовищном гриме; порно-Бэтмен с порно-Робином; фея Динь-Динь, отсасывающая Питеру Пэну; плюшевый медведь, содомируемый Ричардсоном. Да и не мог же он в конце концов просто ради смеха назвать книгу с фотками своих какашек «Сын Боба»! Или без задних мыслей посвятить Terryworld – где имеется автопортрет Ричардсона, чистящего зубы ниткой от торчащего из причинного места тампона – «моей маме и отцу». Даже его фирменная отмороженная улыбка и поднятые вверх большие пальцы выглядят не более, чем наигранная поза. А недавняя татуировка Ричардсона гласит Smile Now, Cry Later.

Именно ранние работы Ричардсона стали причиной нынешнего фурора. По некоторым данным, не менее девяти женщин, изображенных в первом издании Terryworld, подали в суд на фотографа. Актриса Джульетт Льюис, разрешившая Ричардсону использовать ее изображения в книге, была недоволь­на готовым продуктом. «Не знала, что мои фотографии напечатают вперемежку с откровенной порнухой. Если бы знала, сказала бы твердое «нет». В прошлом году, когда Gawker публиковал ­отсканированное из книги фото, на котором Ричардсон занимается сексом с женщиной, похожей на Льюис, агент актрисы решительно отверг предположение, что в кадре – Джульетт. «Мы неоднократно просили его пресс-атташе назвать имя модели на фотографии и подтвердить, что изображена не я, – говорит Льюис. – Они отказались, и это возмутительно». Позже представитель Ричардсона подтвердил, что модель на фотографии – не Льюис.

Самую грязную из свежих историй про Ричардсона поведала Шарлотт Уотерс, опубликовавшая на Reddit в марте 2014 года (изначально – анонимно) описание собственного рандеву с фотографом. Дело было в 2009-м, в то время девушка училась в арт-школе и подрабатывала моделью ню. По ее словам, обычное позирование быстро обернулось «лизанием моей задницы» Ричардсоном. После чего тот «приказал мне сжать его яйца так сильно, как только могу. На тот момент я уже чувствовала себя стопроцентной секс-куклой». Девушка описывает, как погрузилась в прострацию под одобрительные вопли ассистента. «Закончилось все тем, что он отдрочил мне на лицо, приказав широко раскрыть глаза; сперма попала в глаз, после чего они оба принялись энергично фотографировать».

Съемки семейного портрета Фаррелла Уильямса и Хелен Ласичан на яхте у берегов Майами.

31-летняя Алекс Болотоу работала ассистенткой Ричардсона почти десять лет. Еще студенткой она устроилась интерном к нему в студию, потом бросила институт, чтобы работать полный день. Болотоу – одна из главных моделей в Kibosh, ее можно увидеть как минимум на девяноста фотографиях. Главным образом, сосущей член босса, сидя в помойном баке, в чемодане, с зажатым рукой фотографа носом, под столом, вниз головой, со словом Slut (шлюха), написанным помадой на лбу, в тандеме с другой женщиной, с бумажным пакетом на голове. Я спрашиваю, как ей удалось «дорасти» из интерна до звезды книги. «Было довольно волнующе участвовать в чем-то, в чем реально есть ощущение полной свободы. Типа: «О да, я полностью выражаю себя, это круто!». Помню, я думала: здорово жить в то время, когда все это происходит».

Алекс считает, что все изменил интернет. В эпоху, когда Ричардсон снимал и публиковал снимки, вошедшие в Terryworld и Kibosh, круг людей, интересующихся экстремальной фотографией, был узок и хорошо саморегулировался. Трудно было представить, что любое фото с помощью твиттера или Huffington Post может попасть на экран каждого компьютера планеты. «Думаю, для большинства людей это изменило уровень толерантности к тому, что они раньше считали допустимым». Я спрашиваю у Болотоу про фотографию с надписью Slut: не видит ли она в ней проявление женоненавистничества? Она смеется: «Люблю эту фотографию, я на ней дико секси. Мизан­сцена была моей идеей, в этом вся комедия. К нам должен был зайти приятель, и я говорю Терри: знаешь, что было бы классно сделать? Чтобы он зашел и увидел, как я у тебя сосу с надписью Slut на лбу». Болотоу считает личным оскорблением, когда ее изобра­жения используют в качестве доказательств порочности Ричардсона. «Когда я смотрю на эти фотки, улыбаюсь. Я гениально провожу время, отлично выгляжу, у меня классная прическа. Шикарный день!» Она не испытывает ни капли уважения к женщинам вроде Пек и Уотерс, которые занимались с Ричардсоном всяким разным, а потом попытались публично пристыдить его за это.


«Когда ставишь себя перед объективом фотографа, надо иметь четкое представление о том, что ты готов делать, а что нет, – говорит датская супермодель Фрея Беха. – Ричардсон никогда не заставлял меня делать ничего некомфортного».


В каком-то смысле вера в сексуальные домогательства Ричардсона зависит от того, каким вам видится баланс сил по ходу любой отдельно взятой фотосъемки и сам статус юной модели в моральном вакууме мира моды. «Когда ставишь себя перед объективом фотографа, надо иметь четкое представление о том, что ты готов делать, а что нет, – говорит датская супермодель Фрея Беха. – Ричардсон никогда не заставлял меня делать ничего некомфортного. Наоборот, мне кажется, он один из наиболее чувствительных людей в нашем бизнесе, всегда честный в своих ощущениях». И тем не менее Терри, кажется, не способен – или просто не хочет – осознать, каким непроговоренным и ситуативным может быть сексуальное домогательство. Одному известному агенту, которого я интервьюировал, это кажется очевидным. «Кейт Мосс не попросишь схватить тебя за член. Или Майли Сайрус. Моделей H&M об этом тоже не просят. А простых девятнадцатилеток из Хрензнаетоткуда – запросто. Эти вякать не будут: им сообщили, что они идут на пробы к важному фотографу, они приходят, и тут им говорят: хватай меня за елду! И что, она скажет нет и поедет обратно в село? Это не настоящий, это ложный выбор».

До недавнего времени в Tumblr существовал анонимно администрируемый аккаунт I Miss the Old Terry с картинками из старых откровенных книг Ричардсона Terryworld, Kibosh и Son of Bob, за экземпляр которых нынче можно выложить четырехзначную сумму на eBay. Новый Терри фанатам старого неинтересен – этому человеку есть что терять. Некоторые журналы и бренды перестали с ним работать; что касается твита H&M, то агент Ричардсона Джованни Тестино не сильно беспокоится: «По правде говоря, они уже два раза его бросали, потом снова приглашали, а потом снова бросали».

Терри часто думает о ранних годах карьеры, когда фэшн-съемки еще не превратились в большое производство, когда его работа казалась новым словом, а отсутствие табу являлось главным ее манком. Под занавес моего визита в его студию Ричардсон показал мне верстку книги, 20-летней ретроспективы его фэшн-съемок и портретов, только что выпущенной Rizzoli. Проматывая картинки, Терри частенько посмеивался. Разворот из Vibe, из-за которого он поссорился с отцом. Съемка трансвеститского клуба в Блэкпуле, на английском побережье. Надпись Hollywood. «Люблю ее», – признается Терри. Он подумывает временно переселиться в Лос-Анджелес, где планирует снимать свой дебютный фильм про местную панк-сцену начала 1980-х.

Доходим до портрета Анжелики Эриксен для журнала Love. «Не видел ее какое-то время. Встретиться вновь, сфотографировать ее – было очень эмоционально». Портрет Линдси Лохан; в недавно просочившемся в прессу списке ее амурных побед значится и Терри. «Она почему-то решила, что у нас была романтическая ночь любви в Шато-Мармоне, – говорит Ричардсон. – Чего точно не было. Ну а в интернете людям много не надо. Но это полная ерунда. В этом старье столько эмоций, в самой работе с людьми, в том, чтобы позволить всему происходить органически, чувствовать момент. Люблю снимать портреты. Это трудно объяснить. В них есть прекрасное сотворчество, из которого рождаются связи между людьми».

Фото: Getty Images; разворот книги TerryWorld, Taschen; East News; Corbis/East News; Advertising Archive

Часто проверяете почту? Пусть там будет что-то интересное от нас.

Шок и провокация от Терри Ричардсона / фото 2021

Социальные, моральные и эстетические табу вводят нас в определённые рамки, которые не так-то легко одолеть, смотря, к примеру, на работы фотографа Терри Ричардсона. Сегодня это имя у всех на слуху, ведь именно Терри создает провокационные фотографии на грани порнографии, которые кто-то считает шедеврами современного искусства, а кто-то отвратительной гадостью. Сегодня этот с виду наивный, весёлый и чудаковатый мужчина, носящий огромные очки и широкие штаны, может снимать групповуху наркоманов, а уже завтра отправиться в путешествие по миру моды и снимать моделей для именитых глянцевых изданий. Хоть Терри и успел поработать с Джаредом Лето, Леди Гагой, Шэрон Стоун, Леонардо Ди Каприо и многими другими знаменитостями он не утратил своей «задиристости» в искусстве и продолжает шокировать общественность своими эксцентричными снимками. Зачастую героем его работ становится он сам.

Кто такой Терри Ричардсон — венец творения или ошибка природы – решать каждому из нас самостоятельно. А пока предлагаю одним глазком посмотреть на его лишённые приличия снимки (только для тех, кому уже исполнилось 18!).

Терри не считает, что делает порнографические снимки, а говорит, что с помощью подобных фото исследует сексуальность. Секс – главная тема его «домашних проектов».

Эпатаж, реалистичность и современность фотографий, созданных Терри Ричардсоном, не идёт ни в какое сравнение с тем, что было раньше. Он действительно открывает зрителю нечто новое, выходящее далеко за пределы обычной порнографии. В его снимках есть та изюминка, которая скрывается за пеленой провокации и которую дано разглядеть не каждому. По крайней мере, поклонники творчества Ричардсона утверждают это с неподдельной уверенностью на лицах.

Сейчас знаменитому американскому фотографу 46 лет, но об уходе «на пенсию» он и не помышляет, создавая всё более неординарные фотографии. В прошлом Терри являлся участником панк-группы, но как вы понимаете она распалась и Терри занялся фотографией, как и его отец Боб Ричардсон. Родившийся в Нью-Йорке он повидал многое на своём веку, поэтому наличие обнажённой натуры, элементы порнографии и провокационные сюжеты его нисколечко не смущают, хотя друзья называют Терри «скромным гением». Также известно, что у Терри отличный характер, поэтому со звёздами, которых ему нужно снимать, он быстро находит общий язык.

Ну фото мягко скажем незаурядные, но 21 век, что вы хотите…

А как вы относитесь к такому искусству и искусство ли это вообще…?

Терри Ричардсон — две стороны гения

 

Кто на самом деле великий и ужасный фотограф Терри Ричардсон (Terry Richardson)? Что преобладает в его характере — качества художника или злодея? Об этом — далее в статье.

Провокатор среди пуритан

О провокациях Терри Ричардсона (Terry Richardson) слышали все, кто интересуется фэшн-фотографией. Эпоха героинового шика 90-х давно прошла, так же, как и пора уличного гламура. В 2010-х все одержимы харассментом и стали пуританами. Но к Терри Ричардсону (Terry Richardson) это, конечно же, не относится. Даже судебные иски моделей не заставили фэшн-фотографа прекратить создавать рискованные ситуации перед объективом. Какую службу сослужила эта провокационность для Ричардсона (Richardson)?

Когда-то самый узнаваемый фотограф современности теперь занят работой над съемками для изданий Harper’s Bazaar и GQ. Richardson снимал всех крупных деятелей музыки и кино, выступил соавтором книги Lady Gaga, работал над клипами Beyonce и Miley Cyrus. Кроме того, фотограф сотрудничает как с брендами класса люкс, так и с массовыми торговыми марками, соглашаясь на оплату не менее 160 тысяч долларов в день.

Том Форд (Tom Ford) назвал Ричардсона (Richardson) гением запечатления момента. Таким качеством в наше время обладает небольшое количество мастеров фотографии. Фирменный стиль от Terry Richardson — съемка в упор со вспышкой на ярко-белом фоне. Работы фотографа выглядят свежо и спонтанно.

 

 

Секрет успеха

Среди секретов успеха Терри Ричардсона (Terry Richardson) — привычка фотографа вписывать себя в съемки знаменитостей, изобретение селфи (так говорят его друзья), постоянство имиджа. Знаменитые модели то и дело примеряют на себя образ фэшн-фотографа, надевая очки, клетчатую рубаху и показывая пальцы вверх. Такие невинные забавы популяризируют одиозную особу фотографа.

Культивация репутации дебошира самим Terry Richardson принесла результаты: фотографа считают главным извращенцем фэшн-фотографии, постыдным секретом моды и главным подонком Америки.

У Ричардсона много недоброжелателей: экстремально откровенные фото дают повод для обвинений в насилии и порнографии. Так, относительно недавно на change.org была опубликована петиция с обращением к крупным брендам и призывом не сотрудничать с извращенцем Ричардсоном (Richardson).

Но, кажется, такие обвинения самого фотографа только удивляют. Ведь у него есть целый клуб фанатов. Причем эти фаны знамениты и любимы миллионами американцев. Порицание интернет-пользователей пока никак не повлияло на карьеру фотографа: его обожают в фэшн-истеблишменте и публично защищают, вспоминая, как он привнес в холодный перфекционизм фэшн-фотографии новый жанр и стал вдохновением для Брюса Вебера (Bruce Weber), Питера Линдберга (Peter Lindbergh) и Стивена Майзела (Steven Meisel). 

 

Терри Ричардсон — фото, биография, личная жизнь, новости, фотосессии 2021

Биография

Наверное, каждый хоть раз обращал внимание на фотографии голливудских знаменитостей, сделанные на белом фоне, с преобладанием красного цвета, голого тела, дыма и дополненные винтажными очками для зрения. Все это – узнаваемый стиль эпатажного американского фотографа и клипмейкера Терри Ричардсона.

Детство и юность

Биография скандально известного фешен-фотографа Терри Ричардсона началась 14 августа 1965 года в Нью-Йорке, США. Мальчик рос в творческой семье — его отец Боб являлся популярным звездным фотографом, сотрудничающим с такими глянцевыми журналами, как Harper’s Bazaar и Vogue, а мать Норма (Энни) – актрисой и танцовщицей в ночных клубах Copacabana и Bye Bye Birdie. Боб Ричардсон страдал от шизофрении и наркотической зависимости.

Терри Ричардсон в детстве

Когда Терри было 5 лет, его родители развелись. Вместе с матерью и отчимом – гитаристом Джеки Ломаксом – он перебрался в Вудсток, штат Нью-Йорк, а затем в голливудский район Лос-Анджелеса, где поступил в местную среднюю школу.

В 16 лет парень переехал в город Оджай штата Калифорния и завершил образование в школе «Нордхофф». По воспоминаниям сверстников, Терри часто дрался, пропускал занятия, был неуправляемым и грубым подростком. Некоторое время он посещал кабинет психолога.

Терри Ричардсон с гитарой

В молодости Ричардсон больше хотел реализоваться как панк-рок-музыкант, нежели фотограф. На протяжении 4 лет парень играл на бас-гитаре в группе The Invisible Government. Он также был басистом множества других панк-групп в Южной Калифорнии, включая Signal Street Alcoholics (SSA), Middle Finger, Doggy Style и Baby Fist. Драйвовый образ жизни привел к тому, что на некоторое время юноша подсел на наркотики.

Карьера

Первые шаги в работе фотохудожника Терри сделал в начале 1980-х годов. Его нанял в качестве ассистента знакомый фотограф матери по имени Тони Кент. Ричардсон снимал в основном панк-рокеров из Огайо во время выступлений и другие музыкальные события города. Однако отец парня отнесся к начинающим работам сына скептически, после чего Терри выбросил камеру и забыл про фотодело на долгих 7 лет.

Фотограф Терри Ричардсон

В 1992 году Ричардсон бросил музыку и переехал в район Ист-Виллидж в Нью-Йорке, где начал фотографировать молодежные вечеринки и события ночных клубов. Именно здесь у парня случился первый большой профессиональный прорыв — его снимки опубликовали в модном журнале Vibe в 1994 году. До этого работавший в дуэте с отцом Терри, наконец, начал заниматься своей карьерой самостоятельно.

В это же время начинающего деятеля искусств пригласили принять участие в фотосъемке для весенне-зимней коллекции 1995 года модельера Кэтрин Хэмнетт. Провокационная фотосессия с порнографическими элементами (на снимках были запечатлены модели в крошечных юбках и без нижнего белья) определила будущий стиль Ричардсона. Склонный к частым переездам, мужчина перебрался в Лондон во второй половине 90-х годов, где подписал контракты на сотрудничество с глянцевыми изданиями ID, The Face и Arena.

Терри Ричардсон и Линдси Лохан

На протяжении всей своей творческой карьеры Терри Ричардсон создавал рекламные кампании для ряда элитных модных брендов и дизайнеров, таких как Sisley (на фото за 2001 год изображена Джози Маран, которая пьет молоко из коровьего вымени, а за 2007-й – две модели, метафорично употребляющие кокаин), Gucci (с участием модели Эрин Уоссон), Tom Ford (на снимках запечатлены обнаженные грудь и бедра модели, которая держит флакон мужских духов), Diesel (тема кампании — глобальное потепление) и т.д.

Последняя съемка под названием Global Warming Ready Print выиграла награду «Серебряный лев» в 2007 году на Каннском международном фестивале, посвященном рекламе. Двумя годами позже Ричардсон организовал фотосессию для модельера Марка Джейкобса в журнал Harper’s Bazaar, на которой мужчина полностью обнажен, расписан именем бренда Louis Vuitton и держит в руках сумку, прикрывая ею интимное место.

Терри Ричардсон и Джаред Лето

В это же время Терри стал участником креативной группы Haus of Gaga, которая занимается созданием аксессуаров, реквизита, декораций и сценических костюмов для певицы Леди Гаги. В 2010-м фотограф снял поп-диву для обложек Vogue (в мясном платье от дизайнера Франка Фернандеса) и Rolling Stone (в костюме из клипа Alejandro). Он также принял участие в клипе своего друга, музыканта и актера Джареда Лето Hurricane.

Спустя год состоялась презентация книги Lady Gaga x Terry Richardson, в которой были представлены 350 цветных и черно-белых фотографий исполнительницы, сделанных Ричардсоном. Подготовка к выходу фотоальбома шла на протяжении 10 месяцев — все это время мужчина сопровождал Гагу повсюду — на концертах и за кулисами, в отеле и дома, в самолетах и клубах.

Терри Ричардсон и Майли Сайрус

Являясь также талантливым клипмейкером, Терри создал самое успешное музыкальное видео поп-певицы Майли Сайрус на композицию Wrecking Ball. В кадре полностью обнаженная девушка изображена катающейся на шаре для сноса стен и разбивающей молотком бетонные завалы. За первую неделю после выхода клипа на YouTube количество просмотров перевалило за 100 млн, что является рекордной отметкой за все время существования видеохостинга.

Кроме того, Ричардсон является создателем видеоклипов для R.Kelly и Леди Гаги на песню Do What U Want, Бейонсе — XO, Sky Ferreira — Red Lips, Whirlwind Heat — Purple. Терри сотрудничает и дружит с большим количеством знаменитостей, таких как Мадонна, Линдси Лохан, Джульетт Льюис и др.

Личная жизнь

Личная жизнь скандального фотографа ничем не уступает в эпатажности профессиональной. В 1996 году Терри Ричардсон вступил в брак с моделью Никки Уберти. Их союз продлился 3 года — девушка заболела раком молочной железы, а мужчина начал налегать на наркотики, что привело к разводу.

Свадьба Терри Ричардсона и Александры Болотов

У фотографа были отношения с еще одной моделью и актрисой Шалом Харлоу, затем с бывшей помощницей политического деятеля Хиллари Клинтон и государственной служащей Одри Гельман. Их роман продлился 3 года, в 2013-м пара рассталась.

Терри Ричардсон с семьей

Спустя год Терри вступил в новые отношения со своей давней ассистенткой по имени Александра Болотов. 19 марта 2016 года у пары родились дети – мальчики-близнецы Роман и Рекс. Супруги поженились в 2017 году в Таосе, штат Нью-Мехико.

Терри Ричардсон сейчас

Из-за неоднократных обвинений моделей в сексуальных домогательствах фотографа во время съемок Ричардсону запрещено сотрудничать с лучшими глянцевыми журналами со всего мира — Vanity Fair, GQ, Vogue, Glamour.

Терри Ричардсон сейчас

Пока не известно, завершится ли бойкот в 2019 году или же продлится еще на неопределенный срок.

Сейчас мужчина проводит много времени с семьей, ведет свой микроблог в «Инстаграме». Последние профессиональные фотоснимки Терри можно посмотреть на его официальном сайте.

Провокатор с камерой // Jewish.Ru — Глобальный еврейский онлайн центр

Он раздел половину актрис Голливуда и стал пионером провокационной рекламы еще в 90-е. Его почти порнографические снимки продали не одну коллекцию одежды от Hugo Boss и Tom Ford, но в итоге фотографа Терри Ричардсона обвинили в сексуальных домогательствах сразу несколько моделей.

Терри Ричардсон родился 14 августа 1965 года в Нью-Йорке, но первые годы жизни провел в Париже, где его отец Роберт работал фотографом в Vogue. Мать мальчика Норма Кесслер была танцовщицей и всегда прекрасно выглядела, что никак не мешало Роберту ходить на сторону. В 1969 году, когда любвеобильный фотограф закрутил роман с юной актрисой Анжеликой Хьюстон, супруги развелись. Терри остался с мамой.

Спустя год Норма поменяла имя на Энни, вместе с сыном переехала в Вудсток и устроилась официанткой в небольшое кафе. Вскоре она познакомилась со своим вторым мужем, английским музыкантом Джеки Ломаксом, который записывался неподалеку, в знаменитой студии Bearsville. Семья четыре года прожила в Вудстоке, затем год – в Лондоне, после чего осела в Голливуде.

Терри было десять, когда его мать сбила машина. Из комы женщина вышла через месяц, состояние ее было крайне плачевным. О возвращении на работу не могло идти и речи, так что долгое время семья жила на пособие. «С 10 до 14 лет меня кормили любимая бабуля и правительство США», – вспоминает Терри. Вскоре, предоставленный сам себе, он связался с плохой компанией. «В 11 я начал курить травку, к 13 уже пил каждый день. Никто не обращал внимания: наркотики и алкоголь были в доме всегда, в отличие от еды», – рассказывает фотограф.

Такая жизнь не могла не отразиться на психическом здоровье парня: он даже пытался свести счеты с жизнью, проглотив несколько пачек снотворного. Терри выжил, но с новой силой начал налегать на запрещенные вещества, а к 18 годам уже плотно сидел на тяжелых наркотиках. Тогда Ричардсон даже не думал о карьере фотографа: он хотел быть музыкантом, играл на бас-гитаре в нескольких панк-рок-группах.

В начале 90-х в его жизни снова появился отец. Пообещав сделать из Терри «величайшего модного фотографа», Роберт увез его в Нью-Йорк. Полгода отец и сын Ричардсоны работали вместе, делая для журналов Glamour и Mademoiselle «типичные пресные фотографии с гламурными телочками». А затем последовал проект для журнала Vibe, который Терри захотел сделать в одиночку. Роберт фыркнул: «Ни черта у тебя не выйдет», но препятствовать не стал. Серия снимков, сделанных Терри для Vibe, попала на Festival de la Mode в Париже. Для фотографа это стало прорывом.

В 1995 году он сделал серию снимков для рекламной кампании весенней коллекции дизайнера Кэтрин Хэмнетт. Общественность была шокирована: вместо привычных лощеных картинок на страницах журнала Arena красовались девушки в ультракоротких платьях и обтягивающих майках, «изображавшие любовь» с моделями-мужчинами. Коллекцию раскупили за считаные дни, и внезапно все, кто отверг портфолио Терри, назвав его снимки «кадрами из дешевого порнофильма 70-х годов», захотели его себе.

Спустя два года Ричардсон уже был известен всему миру моды: он снимал Миллу Йовович для обложки Vogue Brazil, сотрудничал с Tommy Hilfiger, Hugo Boss и другими брендами. В 1996 году Терри женился на модели Никки Уберти, но это, увы, никак не повлияло на его отношение к противоположному полу. Фотограф частенько проводил съемку в чем мать родила и без стеснения предлагал моделям «более близкое знакомство», которое считал чуть ли не частью творческого процесса. В 1999 году, когда Никки диагностировали рак молочной железы, Ричардсон настоял на разводе, хотя впоследствии утверждал: причиной расставания была вовсе не болезнь жены.

Всемирная известность пришла к Терри в 2001 году, когда он отснял для Sisley провокационную кампанию «На ферме», которую сам называл «деревенским триллером с элементами порнографии». Редакторы глянца не могли взять в толк, как модели Джози Маран и Лилиана Домингес вообще согласились на такую съемку, но Терри объяснил: нужно просто уметь создать атмосферу, которая всех расслабит. «Я никогда не прошу людей сделать что-то, чего не сделал бы сам, – говорит фотограф. – Если я хочу снять обнаженку, я полностью раздеваюсь и даже могу попозировать для фото. Когда все наравне, напряжение пропадает». Тогда же фотограф получил приглашение поработать для дома Gucci, креативным директором которого тогда был Том Форд.

В 2004 году Ричардсон выпустил свой третий – по мнению критиков, «мерзко-прекрасный, как подглядывание в замочную скважину» – фотоальбом Terryworld, а спустя три года сделал скандальную серию снимков для рекламы аромата Tom Ford for Men. Тогда же снятая им для Diesel кампания Global Warming Ready получила «Серебряного льва» на фестивале рекламы в Каннах. Также широкую известность получили его совместные медийные проекты с Lady Gaga.

В те годы фортуна была к нему особенно благосклонна. С середины и до конца нулевых Ричардсон снял несколько десятков рекламных кампаний для известных брендов, организовал персональную выставку в галерее Morán Morán и поработал над календарем Pirelli. «Проще перечислить, кого я не фотографировал. Загадайте любого известного в Штатах человека, и почти наверняка окажется, что у меня есть его снимки. Задумайте любой бренд – и выяснится, что я точно работал с ним», – шутит Ричардсон.

Увы, откровенные съемки с раздетыми моделями не могли пройти бесследно: Ричардсона неоднократно обвиняли в сексуальных домогательствах, а в последнее время вообще окрестили «Вайнштейном мира моды». Модели, в основном малоизвестные, в деталях описывали притязания фотографа, а он всякий раз отмалчивался. В итоге после очередного обвинения Терри все-таки дал ответ: «Да, атмосфера на площадке специфическая, но девушки явно преувеличивают. Я уважаю всех, с кем когда-либо работал, и я предлагал, возможно, шокирующие вещи, но никак не принуждал делать их. И уж тем более не склонял никого к сексу».

Такое объяснение устроило далеко не всех: многие дизайнеры, в том числе ранее работавший с ним Марк Джейкобс, поддержали Терри, но некоторые отказались от сотрудничества с ним. Более того, в октябре 2017 года бойкот Терри объявили издательства Condé Nast и Hearst, выпускающие в том числе журналы Vanity Fair, Elle и Vogue – для них он снимал больше всего.

Сам фотограф считает, что сейчас просто «модно признаваться на весь мир, что тебя кто-то домогался, это похоже на современную форму эксгибиционизма». Последние несколько лет он живет в Вудстоке со второй женой Александрой Болотов и растит близнецов Рекса и Романа, которые родились в 2016 году. По словам Ричардсона, он никогда не был так спокоен и счастлив, как сейчас, когда на него ополчилась половина мира: «Наконец-то мне не нужно работать по 12 часов в день, и я могу сосредоточиться на действительно важных вещах: семье и собственных проектах, на которые раньше не хватало времени».

«Терри Ричардсон — последний романтик или буднично-оптимистичный авангардист? Как понимать современную фотографию? » – ФотоКто

Феномен фотографии Терри Ричардсона состоит в том, что она выглядит как абсолютно будничная любительская и неинтересная — то есть как «твои и мои» фотографии.  Зритель сразу ее идентифицирует как (ту самую) свою фотографию, которую, например, ему может показать друг или мама со словами: «Смотри, как провели отпуск» или «Смотри, как прошел вчерашний день рождения». И Вы покорно начинаете смотреть эти скучные фотографии, на которых ваш родственник сфоткал все, чтоб не забыть, что у него все-таки был день рождения, был отпуск, что он вообще жил. Эти фотографии такие же как те, которые нам приходится смотреть с улыбкой, чтоб не обидеть «фотографа», осторожно сдерживая тошноту. Так вот, а теперь мы смотрим Терри, и не узнаем наши фотографии. То есть мы их узнаем, но не узнаем, что на них изображено! Мы видим на них то, что никогда бы не увидели на своей «такой же» фотографии. Происходит разрыв шаблона — мы видим не то, что ожидаем. Мы видим то, что либо мы бы не сняли из-за скудности сюжета или то, чего в нашей жизни вообще не было. Вроде обычное фото — и тут такое!!! Это , кстати, на языке искусствоведов называется Авангард,  когда в рамках ясного, как божий день, языка вдруг Вам показывают что-то, совершенно этому языку не соответствующее. То есть понятным языком говорят совершенно несоответствующие этому языку вещи.

 

Терри фотографирует без какой-либо претензии на профессиональность. Если, например, Юрген Теллер, в рамках «любительского канона», прячет красоту внутреннего языка, тонкие композиционные приемы и мысль, то здесь мысль конечно же есть — но всегда одна, а всё остальное полностью доверено языку любительской фотографии. То есть всё остальное попросту отсутствует.  И если вдруг фотография получилась с задатками «профессионализма» — её надо удалить, чтобы соответствовать жанру, близкому и понятному миллионам. Фотография должна быть прежде всего дурацкой, чтобы соответствовать жанру.

 Это позволяет делать такую фотографию, на которой люди быстро узнают себя и ассоциируют изображение со совей жизнью. Например, смотрите, Абама фотографируется у Терри, все смотрят и видят такие же фотографии, которые стоят у них на телевизоре с детьми-собакой-родственниками и сразу понимают: «Он такой же как мы». И что? И голосуют!!! Понимаете? Это работает! Или с одеждой: Вы видите случайную фотку проходящей мимо просто девицы в платье и хотите такое же, так как узнали фотографии себя в этой фотке. А если б это была божественна-красиво-стоящая-красавица — Вы бы не ассоциировали себя с ней и не совершили бы покупку. То есть с покупателем надо разговаривать на его языке — на языке любительской фотографии! Что успешно делает прекрасный фотограф и человек Терри Ричардсон.

 Девиз Терри Ричардсона: «Ты бы такое точно не снял, дружище!» Именно под этим девизом Терри снял уже 13 фотоальбомов и продолжает творить не останавливаясь, снимая реальность такой, как она есть.

 

А еще не нужно забывать, что любительская фотография — всегда оценочна. То есть снимая что-то любитель как бы говорит нам «Мне это нравится!». Так вот Терри, работая в этой культурной парадигме, каждой фотографией говорит нам «Вот это то, что я люблю, детка!»  

 А что Вы думаете о Терри?

 Ваши ответы и пожелания для Терри — пишите в комментариях.

Необычные родители необычного человека

Представляем вам подборку работ из вышедшего этой осенью двухтомного фотоальбома знаменитого американского фешн-фотографа Терри Ричардсона «Ма и Па» (Mom & Dad), посвященной его родителям.

Смотрите также: Лучшие мировые рекламные фотографы

(Всего 26 фото)

1. Терри Ричардсон родился в Нью-Йорке, в 1965 году, в семье Боба Ричардсон и Нормы Ричардсон (позднее изменившей имя на Энни).

2. Его отец был в 60‑е и 70‑е знаменитым фотографом в сфере моды.

3. А мать работала в качестве танцовщицы в клубах Bye Bye Birdie и Copacabana

4. Его родители развелись в 1970 году.

5. Терри остался с матерью и провел четыре года в знаменитом Вудстоке. 

6. Там Энни встретила своего второго мужа, английского музыканта Джеки Ломакса, и они переехали в Лондон, где жили около года. 

7. Затем, семья перебралась Голливуд.

8. В девятилетнем возрасте Терри пережил сильнейший удар, связанный с автомобильной катастрофой, в которую попала его мать. 

9. С тех пор она осталась инвалидом.

10. Боб Ричардсон (Bob Richard­son) умер в 2005 году в возрасте 77 лет.

11. Он тоже был фотографом и в 70‑е сотрудничал с такими журналами, как Vogue и GQ.

12. Работавший до этого графическим дизайнером, Боб занялся фотографией, когда ему уже было 35 лет.

13. Много лет Боб Ричардсон страдал от шизофрении и сильных депрессий.

14. В конце-концов от стал бездомным и ютился на улицах Сан-Франциско, где его нашел его друг и перевез в Нью-Йорк.

15. К тому времени Бобу было уже за шестьдесят. В Нью-Йорке он снова начал заниматься фотографией и преподавать в нью-йоркской школе визуального искусства.

16. Знаменитый своими провокационными работами Терри Ричардсон выпустил двухтомный фотоальбом «Ма и Па» (Mom & Dad) осенью 2011 года.

17. Родители Терри были в разводе, и поэтому сын разделил снимки отца и матери на два отдельных тома.

18. Под обложкой книги собрано более сотни портретов, смешных и трогательных, беспощадных и даже иногда жестоких, но во всех чувствуется сыновнее почтение. 

19. Хотя книга и далека от его предыдущих, более провокационных работ, она не лишена второсортного юмора и подрывающих деталей – характерной черты фотографа. 

20. Тираж книги насчитывает всего 1000 экземпляров. 

21.

22. Обложки были придуманы стилистом и дизайнером Ли Свилинхемом

23.

24.

25. В книге собраны фотографии, письма, домашние и личные снимки.

25. Парадоксальным образом именно так и можно узнать, что представляет собой скандальный Терри Ричардсон на самом деле.

А вы знали, что у нас есть Instagram и Telegram?

Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!

Терри Ричардсон: позорный секрет моды | Терри Ричардсон

Не могли бы вы объяснить, кто или что такое Терри Ричардсон? В наши дни я вижу его имя повсюду.
Рози, по электронной почте

Ах, Терри, или — как его любят называть молодые и часто обнаженные модели, которых он снимает — дядя Терри, также является одним из самых успешных фотографов знаменитостей и моды в мире. как самый жуткий, и эти два качества не разъединены.

Люди обвиняют индустрию моды во многих плохих вещах, многие из которых оправданы: она фетиширует худобу, поклоняется молодежи, иногда является расистской и нацелена на феноменально богатых. (Я даже не собираюсь заниматься распространенной чушью о том, что модельеры-геи-мужчины любят худых моделей, потому что они пытаются сделать их похожими на маленьких мальчиков, потому что люди, которые заявляют об этом, похоже, не понимают разницы между «геями» «и» педофил «и поэтому не достойны ничьего времени.)

Все эти вещи определенно являются частью индустрии моды, которая не то же самое, что сама мода, точно так же, как FA — это не то же самое, что весь футбол. Можно наслаждаться футболом и не мириться с еженедельной зарплатой головорезов, превышающей годовой доход большинства людей, точно так же, как можно наслаждаться модой и не зацикливаться на щели между бедрами.

Более того, многие критики моды часто упускают из виду тот факт, что индустрия также имеет много положительных качеств: она наполнена влиятельными женщинами; это — несмотря на то, что предлагает идиотский «Дьявол носит Prada» — очень дружелюбно к женщинам, и работать в нем может быть очень весело, а это не то качество, на которое можно нюхать.

Но грустная правда в том, что многие аспекты индустрии моды неоправданно ужасны. Даже если не брать во внимание странные эстетические навязчивые идеи индустрии, она невероятно любит отмечать мужчин, которые ужасны по отношению к женщинам, и это, на мой взгляд, самое худшее из ее преступлений. Возьмем, к примеру, Карла Лагерфельда, чей хваленый интеллект, подобный ренессансному, очевидно, не распространяется на то, чтобы заставить его осознать это большинству людей, говоря такие вещи, как «Мне не нравится лицо [Пиппы Миддлтон]. Она должна только «покажи ей спину» или «[Адель] немного толстовата» — заставляет его походить на еще менее остроумного брата принца Филиппа.Но Лагерфельд хитро осознал, что скандал увеличивает его известность в индустрии моды, и эта индустрия в наши дни на 90% известна.

Это возвращает нас к Ричардсону, нынешнему любимому фотографу всех ищущих внимания и заслуживающих доверия журналов о знаменитостях и модных журналах в мире. Он известен прежде всего своими передержанными фотографиями почти обнаженных людей, позирующих в том, что лучше всего описать как хипстерское квазипорнорн. Это, по какой-то причине, в настоящее время является модным стилем дневной фотографии (см. Также столь же однообразные рекламные объявления Юргена Теллера и American Apparel), и однажды он будет выглядеть таким же устаревшим, как сейчас плакаты Афины.Некоторые из нас с нетерпением ждут этого дня.

Что отличает Ричардсона, так это то, что его неоднократно обвиняли в сексуальных домогательствах к молодым женщинам, моделировавшим его. Такие сайты, как Jezebel и TheGloss, за эти годы проделали достойную похвалы работу по популяризации опыта этих моделей, давая им возможность без страха рассказывать свои истории, а их отчеты выглядят ужасающе, если не удивительно. Любой, кто видел фотографии Ричардсона, часто с обнаженными или почти обнаженными женщинами, часто имитирующими сексуальные действия, иногда с обнаженным Ричардсоном в кадре, тоже не удивится, что этот мужчина не всегда демонстрирует полностью профессиональное поведение на рабочем месте. .Тем не менее, рассказы о том, как он предлагал модели достать тампон и положить его в чай, или о том, как он дрочит модели, подбадриваемой его помощниками, могут и должны шокировать даже самых закоренелых модных обозревателей. Это мужчина с огромной личной властью, злоупотребляющий своим положением и пользующийся преимуществами молодых, уязвимых женщин, которые не чувствуют себя в состоянии высказаться, потому что знают, что это будет стоить им их работы.

Но, пожалуй, самый отвратительный поворот в этой саге заключается в том, что Ричардсона продолжают нанимать, причем зачастую это делают женщины, которым следовало бы знать намного лучше.Его заказывает американский Vogue, в котором в основном работают женщины. Бейонсе позировала в трусиках и почти несуществующей футболке для него в GQ в начале этого года, настаивая на том, что женщины должны начать определять свою сексуальность. А люди говорят, что ирония мертва. Майли Сайрус с почти завораживающей предсказуемостью выбрала его режиссером своего видео для Wrecking Ball, которое он, с аналогичной предсказуемостью, решил интерпретировать, заставив ее сосать железо и раскачиваться голой на шаре.

Вот что особенность Ричардсона как фотографа: он никуда не годится.Все его фотографии выглядят одинаково и скучно. Вот еще что о нем: он подонок и предполагаемый сексуальный хищник. Тем не менее, крупные журналы, бренды и знаменитости продолжают его заказывать, и, несмотря на то, что в настоящее время на Change.org есть петиция с требованием прекратить их деятельность, они этого не сделают. Потому что скандал в их глазах — то же самое, что слава, а жуткость путают с раздражительностью, и именно поэтому успех Ричардсона только растет. Его продолжают нанимать, а жалобы моделей игнорируются. Есть много причин, за которые можно критиковать индустрию моды, но карьера Ричардсона является примером одного из самых постыдных ее элементов.

Отправляйте свои вопросы Хэдли Фриман, Спросите Хэдли, The Guardian, Kings Place, 90 York Way, London N1 9GU. Электронная почта [email protected]

Внутри извращенного сексуального детства Терри Ричардсона

В моде есть несколько более противоречивых фигур, чем Терри Ричардсон — фотограф, ассоциирующийся со словами «высокая мода», так и с «хищником» и «извращенцем». Впервые подарив камеру своей матери, актрисе Норме Кесслер, в 1982 году Ричардсон, которому сейчас 50, снимал часто гиперсексуальные рекламные кампании для Марка Джейкобса, Тома Форда, Ива Сен-Лорана и других.Но с 2010 года несколько моделей выступили вперед, чтобы обвинить его в ненадлежащем сексуальном поведении, принуждении и сексуальном насилии.

Как показывает этот отрывок из новой книги Майкла Гросса «Фокус: секретный, сексуальный, а иногда и отвратительный мир модных фотографов», возможно, безграничное поведение Терри не должно вызывать большого удивления, учитывая его бурное поведение. детство и влияние его отца-дикого человека, Боба Ричардсона, успешного модного фотографа 1960-х — начала 1970-х годов.


«Я никогда не хотел карьеры», — сказал Боб Ричардсон. «Моя проблема заключалась в том, что я хотел быть великим, легендой, а не знаменитостью. Кто угодно может стать знаменитым ».

Боб РичардсонWireImage

Суровый, амбициозный, конкурентоспособный и сверхкритичный, с Бобом было нелегко иметь дело. «Я никогда не делал ничего, кроме как делать красивые снимки, но это был мой способ или нет», — сказал он.

Он испортил одежду, снимая ее под водой у Акапулько, сбрасывая редакторов со съемочной площадки, вызывая у них нервные срывы.«Мне говорили, что ты гений, но я этого не вижу», — сказал ему Чарльз Ревсон, владелец Revlon.

«Проверьте свои глаза», — отрезал Боб.

Амбиции Боба привели его к наркозависимости, когда модель познакомила его с инъекциями витаминов с добавлением амфетамина. Она повела его посмотреть на «Доктора. Feelgood »Макс Джейкобсон, врач из Нью-Йорка, который вводил амфетамины и другие лекарства таким людям, как Джон Ф. Кеннеди, Мэрилин Монро и Джуди Гарленд. Фотограф вспомнил, как Якобсон «научил меня руководить и дал мне работы», в том числе рецепты на шприцы для подкожных инъекций.

После каждой инъекции Боб не спал два или три дня. В течение трех лет Якобсон неуклонно увеличивал дозы. «Я был черно-синим от суставов пальцев до плеча», — сказал Боб. «Я довел себя до состояния, в котором без скорости я не смог бы работать».

Наркотики также проникли в его картины. Он фотографировал моделей, курящих косяки для Paris Vogue и Bazaar, и [редакторы] думали, что это сигареты.

В середине 60-х, сразу после того, как у него и его жены Нормы родился сын Терри (1965 года рождения), Боб был госпитализирован.Маниакальный, он пошел к Якобсону сделать укол, и вместо этого ему дали торазин [антипсихотическое средство]. Он разрушил собственную студию и оказался в смирительной рубашке и мягкой камере в шикарной психиатрической больнице Пэйн Уитни в Верхнем Ист-Сайде.

«Он был самым трудным человеком», — говорит Барбара Слифка, в то время редактор отдела моды в Harper’s Bazaar. Они работали вместе до того дня, пока Ричардсон не вернул всю одежду, которую Базар хотел, чтобы он снял. «Он ненавидел всех, он ненавидел нас, он ненавидел работу», — говорит Слифка.

После непродолжительного переезда в Париж Боб и Норма переехали с Терри, которому тогда было 4 года, в Гринвич-Виллидж, но их брак был обречен, когда они начали свинговать — «ходить на вечеринки и приводить людей домой», — писал Боб.

«Мой папа определенно спал с моделями и … у мамы были любовники. Групповой секс. Я помню, как мой отец говорил, что после того, как он попытался убить себя и [пока] он был в больнице, моя мама ебала его помощником ».

— Терри Ричардсон

Терри, который обнаружил своего отца после попытки самоубийства в Париже — Боб порезал себе запястья — и в течение многих лет видел его в комнате, весь в крови, знал об экспериментах своих родителей.

«Мой папа определенно спал с моделями и. . . у моей мамы были любовники », — сказал Терри. «Групповой секс. Я помню, как мой отец говорил, что после того, как он попытался покончить с собой, и [пока] он был в больнице, моя мама была его помощницей ».

В 1970 году Боб, которому было 42 года, познакомился с 18-летней Анжеликой Хьюстон, мать которой недавно погибла в автокатастрофе. (Отец Анжелики, Джон, был легендарным режиссером «Африканской королевы» и «Мальтийского сокола», а Анжелика снялась в фильмах «Семейка Аддамс», «Королевские Тененбаумс» и многих других фильмах.) Когда Bazaar поручил Бобу снимать начинающую модель, он сказал: «Анжелика вошла в дверь, и это была любовь с первого взгляда».

Она не помнит, когда они стали любовниками, но вскоре «он намекнул, что его жизнь с Нормой закончилась, а не из-за меня». Они выкурили косяк перед зеркалом, прежде чем впервые занялись любовью. Боб переехал из своего пентхауса в Гринвич-Виллидж, оставив Терри с Нормой, в отель, где к нему присоединился Хьюстон.

«Моя мама умоляла его не уходить, но он все равно ушел», — сказал Терри.«Дело не в том, что она оставалась дома одна». Он вспоминает, как Джими Хендрикс посетил его незадолго до смерти музыканта в 1970 году: «Да, его так повесили! Огромный!» — и «видеть, как моя мама целуется с Крис Кристофферсон на пожарной лестнице». Но уход Боба «уничтожил» Норму.

Терри (в центре) здесь, в средней школе в 1982 году. Сет Поппел / Ежегодник Библиотека

Боб был в комнате, когда Анжелика услышала, что знаменитый фотограф Ричард Аведон хочет ее застрелить — и, несмотря на возражения Боба, она согласилась.Затем редактор Vogue Диана Вриланд попросила Аведона отвезти Анжелику в Ирландию для съемок. «Черное настроение длилось несколько дней», — говорит Анжелика о реакции Боба. «Я понятия не имел, что он шизофреник. . . но я жил в страхе перед ним ».

Вернувшись в номер в нью-йоркском отеле после поездки, Анжелика уехала на телешоу, и Боб порвал ее одежду и выбросил ее украшения в окно. Она решила, что обидела его чувства; она не знала, что он терроризировал всех вокруг. «Никто не сказал:« Послушайте, Боб сумасшедший.Боб сказал: «Я не сумасшедший, они сумасшедшие».

Терри было 5 лет, когда его мать переехала в Вудсток, штат Нью-Йорк. Боб и Анжелика садились в автобус, чтобы он мог увидеть своего сына. Норма хотела «стать хиппи, отрастить волосы под мышками, устроиться официанткой в ​​ресторан здорового питания», — сказал Терри. Он вспоминает эту сцену как «полное излишество». Люди, имеющие любовные отношения, спящие без дела, пьяные и принимающие много наркотиков ». Через год Норма встретила британского певца по имени Джеки Ломакс и вышла за него замуж.

Мать Ломакса и Терри уходила и оставляла его дома одного. «Нет! Не покидай меня! Нет! Нет!» он помнит, как сказал. «Я был бы f — король напуган. И это происходило снова и снова ».

В конце 1971 года Анжелика и Боб переехали в Лондон. Терри вспомнил, как провел там лето и просыпался в полдень под звуки их занятий сексом. «А по ночам меня иногда оставляли в покое, — продолжал он, — и я трясся и смотрел в тени. На самом деле я начал снимать нижнее белье.Позже, во время визита в Вудсток, Хьюстон обсудил это со своей матерью «прямо передо мной. Униженный двумя женщинами. Все это было довольно травматично ».

Терри известен тем, что неприлично позирует со своими моделями, такими как Энрико Михалик. Getty Images

В 1973 году Хьюстон позвонил ее отец, который прилетел в Нью-Йорк, чтобы впервые встретиться с Бобом. Джон Хьюстон пригласил свою дочь и Боба на рыбалку в Мексику. Как и ожидала Анжелика, поездка получилась неудачной. Боб кинул ей бутылку текилы.Он оскорблял ее всю ночь, прежде чем они улетели в Лос-Анджелес с ее отцом и мачехой. На багажной карусели она сообщила Бобу, что не вернется с ним в Нью-Йорк. Больше они никогда не виделись.

Боб вернулся в отель Gramercy Park и вернулся к работе, и все еще проводил лето со своим маленьким сыном, включая рабочую поездку на Гаити, где 11-летний Терри оказался в душе с моделью «с этой большой грудью, и Я помню, как у меня был этот по-настоящему эротический опыт ». Но демоны Боба были всегда рядом.«Он приходил в 4 часа утра пьяный, разглагольствовал и бредил», — вспоминал Терри.

После разрыва с Хьюстоном «Работать стало почти невозможно», — позже писал Боб о 70-х. Он снова попытался покончить жизнь самоубийством — порезал себе запястья — и был снова переведен на торазин после того, как родители привезли его домой, чтобы он выздоровел. Однажды ночью он разделся догола на улице и начал кричать. «Удивительно, что меня никто не остановил», — написал он. Он не мог видеть в видоискатель, не мог сфокусировать свой Nikon.

Терри переехал [с матерью] в Саусалито, Калифорния., в Англию, обратно в Вудсток, а затем в квартиру в Голливуде. У него было не одна, а две цыганские семьи. Его агрессивное поведение усилилось, и Норма начала отправлять его к психиатру два раза в неделю. Стабильность — это не вариант. Затем, в 1975 году, когда Терри было 9 лет, он ждал, когда она заберет его после сеанса психотерапевта, когда она попала в аварию на автостраде и попала в кому. Через полгода Норма вернулась домой в подгузниках с необратимым повреждением головного мозга. Она выздоровеет, но лишь частично, и на это потребовалось много времени.

Getty Images

Тем временем Джеки Ломакс потерял контракт со звукозаписывающей компанией, и его семья получила пособие. Терри пытался покончить жизнь самоубийством, проглотив десятки таблеток — это была его вторая попытка. Его бабушка по материнской линии приняла его, но не могла его контролировать. «Он сходил с ума», — вспоминал Боб.

Что касается самого себя, Боб бросил курить травку, потому что пить дешевое вино было легче, чем иметь дело с торговцами. Однажды летом «[Терри] позвонил из Лос-Анджелеса и сказал, что не хочет приехать», — позже писал Боб.«То, что от меня осталось, умерло».

Вскоре после этого, прогуливаясь по Пятой авеню, сломленный и неспособный никому смотреть в глаза, Боб «решил бежать. Билет в один конец до Лос-Анджелеса казался единственным выходом ». Он заложил свое последнее ценное имущество, пропил вырученные деньги и в итоге остался без крова, живя на пляжах Санта-Моники и Венеции. Он оставался там несколько лет, попрошайничая, чтобы купить еду, спиртные напитки и лекарства.

«Я ни разу не подумал о фотографии», — вспоминал он. Но, прочитав в библиотеке о шизофрении и лучше разобравшись в своем положении, он подал заявление на пособие по безработице и получил работу по сортировке и подаче документов, а также доставке цветов и посылок.

Боб позже переехал в Сан-Франциско и в начале 1990-х годов присоединился к Терри в Нью-Йорке, где он попытался возобновить свою карьеру фотографа. Он вспоминал, что сначала он оставался «с враждебным Терри». «Однажды он швырнул в меня металлический стул, просто не попав в мою голову».

Но Боб и Терри начали выступать как одна команда, показывая редакторам свою работу, пока на магнитофоне играли Nine Inch Nails. Они выполнили несколько журнальных заданий, и Боб получил квартиру на Гудзон-стрит, хотя не всегда мог платить за квартиру.

Боб написал в Vogue и Bazaar и попросил работу. «Они проигнорировали меня», — вспоминал он. Франка Соццани и Фабьен Барон из Vogue Italia дали ему задания и помогли выиграть рекламную кампанию, но затем, по утверждению Боба, забрали свои страницы и отдали их фотографам, «которые целуют задницу [Соццани]». Боб стал называть блондинку Соццани «Златовлаской на кислоте». Он вернулся, и он почти не изменился.

Боб Ричардсон умер в Нью-Йорке в 2005 году, очевидно, естественной смертью. Несколько лет спустя Терри помог опубликовать книгу, в которую вошли все, что осталось от архивов Боба после того, как он сжег большую часть своей работы.В марте 2016 года Терри Ричардсон сам стал отцом, так как он и его подруга Александра Болотова, которую он однажды сфотографировал, когда он сосал его, сидя в мусорном баке, приветствовали мальчиков-близнецов Романа и Рекса.


Copyright 2016 Idee Fixe Ltd. Из готовящейся к выходу книги Майкла Гросса «Фокус: секретный, сексуальный, иногда грязный мир модных фотографов», которая будет опубликована Atria Books, подразделением Simon & Schuster, Inc. разрешение.

Разоблачение Терри Ричардсона, фаворита моды

Он — Энни Лейбовиц своего поколения, снявшая все культурно значимые знаменитости последнего десятилетия — Леди Гагу, Рианну, Бейонсе.Он стоит за скандальным макияжем Майли Сайрус и снял ее видео для Wrecking Ball. В 2007 году он сфотографировал Барака Обаму для Vibe. Его работы появляются почти во всех крупных модных изданиях, и он проводил кампании для роскошных брендов стоимостью в несколько миллиардов долларов.

Ему также нравится, когда его называют «дядя Терри», он изобразил себя совокупляющимся с овцой и однажды приступил к проекту под названием «Взламывание ковра», сфотографировав себя эякулирующим на коврах в случайных гостиничных номерах.

Но в индустрии моды Терри Ричардсон — он в клетчатой ​​рубашке, огромных очках и вездесущем жесте «большого пальца вверх» — известен многолетними безудержными сообщениями о сексуальной эксплуатации и надругательстве над своими моделями.

«Я был застенчивым ребенком, — сказал он, — а теперь я этот могущественный парень с стояком, доминирующий над всеми этими девушками».

За последние пару недель 48-летний Ричардсон добился нового достижения. Он первый фотограф такого уровня, который стал мишенью онлайн-петиции: «Vogue, H&M, Mango, Supreme и все другие бренды: прекратите использовать предполагаемого сексуального преступника Терри Ричардсона в качестве фотографа.”

Петиция принадлежит 18-летней девушке из пригорода Лондона по имени Алиса Луиза. Она не имеет никакого отношения к индустрии моды, кроме как потребителя. По состоянию на пятницу ее петиция собрала более 12 000 подписей.

«Вы начинаете сомневаться, почему вы видите этого человека повсюду, когда обвинения все еще существуют, а его жесткие порнографические фотографии с его изображением, имитирующие изнасилование, рвоту и удушье, все еще ходят по Интернету», — говорит Луиза. «Не стоит хвалить потенциальных сексуальных хищников в индустрии моды.”

На прошлой неделе H&M объявила через Twitter, что пересматривает дальнейшее сотрудничество с Ричардсоном: «Если эти обвинения верны, для нас это совершенно неприемлемо. В настоящее время мы не работаем с Терри Ричардсоном ».

Equinox также упал с Ричардсона, который снял его последние три кампании. «Теперь пришло время исследовать новое направление», — говорится в заявлении компании.

Ричардсон отказался говорить в поддержку этой истории, но сделал заявление через своего публициста.

«Тот факт, что он не снимает текущую кампанию [Equinox], не имеет ничего общего с петицией», — говорится в нем. «Что касается негативной реакции, Терри в настоящее время работает с длинным списком высокопоставленных клиентов, поэтому мы действительно не знаем, о чем вы говорите».

«Я ИЗВРАЩЕННЫЙ»

Первые сообщения о жестоком обращении с Ричардсоном появились в 2010 году, когда супермодель Ри Расмуссен сообщила шестой странице, что столкнулась с ним в Париже.

«Я сказал ему:« То, что ты делаешь, полностью унижает женщин.Надеюсь, вы знаете, что трахаетесь только с девушками, потому что у вас есть фотоаппарат, много модных контактов и вы можете фотографироваться в Vogue ».

Супермодель Коко Роша также сказала, что когда-то работала с Ричардсоном, и ей было так неудобно, что она сказала своим агентам, что никогда больше не будет. Но к тому времени Роша был достаточно силен, чтобы предъявить такое требование. Более молодые модели, сказал Расмуссен Page Six, «слишком боятся сказать« нет », потому что их агентство наняло их на работу, а [они] слишком молоды, чтобы постоять за себя».

После противостояния Расмуссена вышла модель по имени Джейми Пек.Она смоделировала Ричардсона, когда ей было 19, и написала, что ее первая съемка с ним была довольно ручной: «Он говорил женственными тонами человека, который очень старался не показаться сексуально опасным, несмотря на то, что он в основном был гуляет в костюме хипстера-педофила », — написала она. Он попросил ее называть его дядей Терри, и она позировала обнаженной, танцуя под песню Yeah Yeah Yeahs. Потом она ушла.

На второй съемке, сказал Пек, Ричардсон попросил ее раздеться; она сказала, что у нее были месячные.Затем она сказала: «Он попросил меня вытащить ему тампон, чтобы с ним поиграть», добавив, что он хотел бы использовать его для приготовления чая. «Я вежливо отказался», — написал Пек. «Именно тогда он решил просто раздеться».

По словам Пека, Ричардсон притащил ее к дивану, пока он называл имена, сказал ей, что она должна поехать в северную часть штата с ним и его знаменитыми друзьями, затем «настоятельно предложил» ей подрочить ему, пока его помощники подбадривали ее. После того, как Ричардсон достиг кульминации, один из его помощников протянул ей полотенце, и она убежала, чувствуя себя стыдно и «как будто мне нужно было два душа».”

Начинающая модель по имени Фелис Фаун затем опубликовала обмен мгновенными сообщениями с мужчиной, назвавшимся Ричардсоном, и спросила, позировала ли она ему при определенных условиях: «Я извращенец», — написал он. «Ежедневно 20 моделей предлагают мне трахнуть их ради славы». Фоун отказался, и Ричардсон подписал: «Пристрелил бы и опубликовал вас наверняка, но без проблем». (Ричардсон утверждает, что этот обмен проводил самозванец.)

В ноябре 2012 года дочь Брюса Уиллиса и Деми Мур Скаут написала в Твиттере, что «прошлой ночью Терри Ричардсон пытался меня пальцем.Очевидно, я не позволил ему. Но я позволил ему сфотографировать меня топлес в ванной ». (Позже Уиллис утверждал, что твиты были вымышленными и написаны для школьного проекта.)

ОБЪЕКТОВ ПОХОЖДЕНИЯ

Ричардсон родился 14 августа 1965 года в Нью-Йорке. Его отец, Боб Ричардсон, был известным модным фотографом. Он также был бисексуалом и биполярным шизофреником. Когда Бобу было 43 года, он оставил мать Ричардсона ради 17-летней Анжелики Хьюстон, которая позже сказала, что Боб был настолько жестоким, что пыталась покончить жизнь самоубийством.

Когда Терри было 9 лет, его мать попала в ужасную автомобильную аварию, из-за которой она на неделю оказалась в коме.

Ее выздоровление было мучительным.

«Она была в подгузниках, не могла ходить», — сказал Терри. «Меня очень привлекали очень нефункциональные, дурацкие люди».

Ричардсон бросил школу в 10 классе, а к 18 стал наркоманом. Он начал работать со своим отцом над съемками, а выбрал сам после победы в рекламной кампании британского дизайнера Кэтрин Хамнетт.

«Я отправил кучу личных фотографий — людей с их задницами и тому подобного — а через три дня они позвонили мне и сказали, что у меня есть кампания».

В 1996 году Ричардсон женился на модели Никки Уберти и после того, как у нее обнаружили рак, бросил ее ради модели Шалом Харлоу.

«Я был холостым, — сказал он, — и собирался исследовать сексуальность».

Когда он проводил свою первую выставку в Нью-Йорке в Deitch Projects в 2004 году, некоторые художники галереи в знак протеста пригрозили разорвать связи.

«Терри был в глубоком дремоте со всеми этими феминистками-первокурсниками», — сказал Гэвин Макиннес из журнала Vice. Среди испытуемых Ричардсона: очень молодая проститутка, зависимая от метамфетамина, из Нью-Джерси, снятая топлес, и его собственный ассистент Алекс, застреленный, пригнувшись под столом, исполняя фелляцию Ричардсона. Это шоу стало книгой «Терриуорлд».

Высокосексуальные образы были обычным явлением в модной фотографии на протяжении десятилетий. Хельмут Ньютон и Гай Бурден использовали в моде очень утонченную эротическую эстетику, но они также работали с женщинами явно совершеннолетнего возраста.Реклама Кельвина Кляйна еще больше раздвинула границы в 80-х и начале 90-х, но никогда не было модного фотографа столь плодовитого, прибыльного и подозрительного, как Терри Ричардсон.

Он стал доминирующим фотографом нашего времени, и это удивительно упорное правление. Если оставить в стороне его личное поведение, его техническая и художественная работа кажется эмоционально и культурно сдерживаемой. Если вы молодая знаменитость — несовершеннолетняя или мега — вас застрелили одинаково: на белом фоне, слегка перегрето, почти не одета и, вероятно, что-то кладет в рот.От Блейк Лайвли до Кейт Аптон, Линдси Лохан и Бейонсе — все одинаково.

Это эстетика американской одежды, написанная почти на всех рекламных щитах и ​​обложках журналов, которые мы видим. Мы живем в мире Терри — в мире страстных сексуальных фантазий 12-летнего мальчика, где женщины — не что иное, как клишированные объекты похоти или унижения. Его извращение даже не оригинально, и скорее всего, скука от его визуальных эффектов, а не возмущение его личным поведением, отметит его упадок.

В 2010 году актриса Glee Дайанна Агрон была подавлена ​​после съемок GQ с Ричардсоном. Обстановка: она и ее партнерша Леа Мишель были озорными чирлидершами, занимавшимися сексом втроем с коллегой по фильму Кори Монтиетом. Позже Агрон извинился перед фанатами, которым было «неудобно».

В 2012 году Хлоя Севиньи признала, что методы Ричардсона часто манипулятивны, и что, по крайней мере, она, как знаменитость, смогла установить границы: «[Молодые модели] выходят оттуда и кричат:« Что я сделала? »»

ОБЛОЖКА

Очень немногие люди будут официально говорить о Ричардсоне.Даже те редкие редакторы, которые занесли его в черный список — Кейт Беттс, когда она была в Harper’s Bazaar, и Деннис Фридман, ранее работавший в W, — никогда не давали комментариев.

Терри Ричардсон снял клип на песню Майли Сайрус «Wrecking Ball».

Анонимный источник в индустрии моды сказал, что, несмотря на то, что он «хорошо знал хищническое поведение Ричардсона, [он] терпеливо относился к нему, потому что промышленники — просто овцы». Есть только горстка фотографов, у которых есть власть, горстка редакторов. . . все остальные просто следуют за этой небольшой группой.”

Еще больше озадачивает: мир журналов мод — одна из немногих отраслей, в которых доминируют женщины. То, как они продолжают нанимать мужчину, которого, вероятно, никогда не оставят наедине с дочерью или другом, — это подвиг рационализации.

Трудно также примирить соучастие в поддержке знаменитостей, чьи публичные изображения противоречат всему, что представляет Ричардсон: Мадонна, которая недавно сказала Harper’s Bazaar, что ее изнасиловали, когда она впервые приехала в Нью-Йорк, была застрелена Ричардсоном именно за это. проблема.Лена Данхэм, самозваная феминистка своего поколения, была снята Ричардсоном в нижнем белье для журнала V; Ричардсон встречается также с подругой Данхэма Одри Гельман, пресс-секретарем контролера Скотта Стрингера. (Данхэм и Гельман не стали комментировать эту статью.) Глория Стайнем позировала с Ричардсоном на мероприятии в прошлом году, но через официального представителя сказала, что она понятия не имеет, кем он был в то время.

С тех пор, как появились эти обвинения, Ричардсон почти не давал интервью. В 2012 году он сказал The New York Times, что сообщения о его эксплуататорском поведении были «обидными».”

Сегодня Ричардсон говорит, что он чист и трезв. О том, как стрелять в девушек с надписью «SLUT» на лбу, когда они занимаются оральным сексом, или о том, что их запихивают в мусорные баки, пока они делают то же самое — Ричардсон в 2004 году сказал, что ему все это надоело. «В последнее время я ловлю себя на мысли, что мне очень хотелось бы остепениться, выйти замуж, завести детей, иметь регулярные отношения».

По состоянию на пятницу Ричардсон все еще привлекал моделей-любителей на своем сайте: «Если вам 18 лет и старше, мужчина или женщина, и вы хотите позировать обнаженным или топлес для предстоящего проекта, пожалуйста, свяжитесь с нами.”

Как выглядеть «как Терри Ричардсон» и снимать как модный профессионал с минимальной экипировкой

Терри Ричардсон — самый узнаваемый и, вероятно, самый неоднозначный фотограф в мире искусства. Раздеваясь догола во время съемок рискованных модных работ, издавая книги, заполненные фотографиями, на которых он получает фелляцию и занимается сексом, и заканчивая коллекциями изображений его фекалий, он является довольно обсуждаемой темой. И это даже не говоря о многочисленных свидетельствах из первых рук о том, как Ричардсон якобы сексуально охотился на моделей, с которыми он работал.Но если и есть что-то, что ему нравится, так это его легко узнаваемый фотографический стиль. С изображениями, которые украшали страницы почти всех крупных модных изданий, от обложек до редакционных статей и рекламы, он знает, как обойтись.

Его фирменный стиль очень прост и почти резок, часто снимается в высоком ключе, когда модель ставится на белую стену, с использованием голой вспышки для резкого прямого освещения. Для тех, кто хочет воспроизвести «стиль Терри Ричардсона» в своей работе, добрые ребята из StyleMyPic покажут нам, как это сделать с самым простым оборудованием.

Ключ к достижению «внешнего вида» (помимо того, что вокруг просто висит белая стена) — это держать ваше освещение как можно ближе к оси объектива, что сильно влияет на смещение тени. Как объясняется в видео, Терри делает это с помощью специального кронштейна, который удерживает вспышку рядом с объективом, но вы можете получить тот же эффект, удерживая вспышку вручную и запуская ее с помощью пульта дистанционного управления или шнура синхронизации. .

Используемая передача

Снаряжение, используемое в учебнике, довольно простое… ничего необычного или слишком дорогого.

Хотя Sigma не является чем-то, что я мог бы считать объективом начального уровня (по цене 800 долларов), я почти уверен, что таких же результатов можно добиться и с «стандартным» объективом 18-55 мм.

После выстрела

Постпродакшн довольно прост и включает в себя ретушь кожи и удаление бликов от вспышки в очках модели. Опять же, они целиком от начала до конца не ракетостроение.

Для тех, кто хочет погрузиться в процесс редактирования без необходимости снимать собственное изображение, StyleMyPic предлагает бесплатную загрузку исходного файла Photoshop.

Имея немного времени и немного базового оборудования, вы тоже можете снимать изображения на профессиональном уровне. (Йиппи! :: начать счастливый танец 🙂

[через зал ожидания SLR]

Утечка фотографий Мэрайи Кэри в Photoshop до и после Терри Ричардсона

Знаменитый фотограф-портретист Терри Ричардсон снова в новостях … на этот раз он посвящен неотретушированным снимкам Мэрайи Кэри, просочившимся в Иезавель. Недавно у него была фотосессия с ней для летнего выпуска журнала Wonderland, и, по словам Иезавели, к сожалению, необработанные изображения просочились.com.

Многие люди выказывали много удивления из-за «естественного» стиля Терри, который сейчас кажется нереальным. Хотя я нахожусь на заборе всего этого вопроса.

Я определенно один из тех, кто скажет «брось это в фотошоп», чтобы ни разу не проверить, какие недостатки можно исправить. В данном случае меня единственно раздражает то, что съемка выглядит так, как если бы она начиналась со слов: «Мы добавим это в Photoshop». Некоторые из предыдущих изображений показывают, что изображения даже не в фокусе.Хотя, это может быть просто проблема с изменением размера, когда Jezebel.com получил просочившиеся изображения и, возможно, ему пришлось их взорвать? Изображения, заявленные как предыдущие, демонстрируют очень плохие оттенки кожи, которые почти все приходилось закрашивать. Может быть, это то, что Терри делал все это время?

Для большинства публикаций почти известно, что изображения получают справедливое отношение к макияжу и ретушированию в фотошопе. Я могу определенно понять, почему эти изображения были отретушированы на основе исходных фотографий.Честно говоря, я не видел проблем, на которые указывали на других сайтах, с ретушированием формы волос и тела и превращением этого в нечто негативное. Лично я сделал бы то же самое, прежде чем отправлять эти изображения в журнал. Прежде чем мы все получим наши вилы, давайте вспомним, что эти изображения публикуются, и это не является чем-то новым для сцены, ретушируя изображения перед отправкой в ​​журнал.

Во всяком случае, я просто рад, что мы освещаем Терри Ричардсона за его посредственные способности в фотошопе, а не за то, что на него снова нападают по обвинению в сексуальном контакте с моделями.

[изображения и рассказ через jezebel.com]

Кайли Дженнер доказала, что ей действительно 18, фотосессия с Терри Ричардсоном

Терри Ричардсон / В изобилии

Если вы забыли, Кайли Дженнер сейчас 18 лет. Тайга знает это, все, кто ходил на бесконечную вечеринку по случаю дня рождения Кайли, знают это, и теперь тоже знает Терри Ричардсон, который только что снял недавно законную знаменитость для журнала Galore . Как и в большинстве фотосессий Терри Ричардсона, в распространении используется мало одежды и много передержки.«Реальность такова, что я даже не хочу быть 18», — сказала Кайли о своем недавнем дне рождения. «Я бы хотел, чтобы мне было 17 до конца моей жизни. Я не хочу становиться старше. Я просто хочу быть молодым и получать от этого удовольствие, но этот образ жизни заставил меня расти быстрее». Но Кайли! Если вам останется 17 лет навсегда, как вы проголосуете за своего зятя в 2020 году? Это действительно к лучшему.

Кайли продолжает, что она думает, что «возраст — это просто число», что кажется несколько противоречивым, учитывая, что она буквально только что сказала, что хотела бы остаться 17 навсегда, но продолжай.«Нет никакого смысла в том, что даже месяц назад люди жаловались, что я слишком молода, чтобы заниматься определенными вещами, а теперь людям это нравится, потому что я выросла», — продолжила Кайли. «Я не знаю, почему тот день так изменился, но он действительно меняет вещи для людей».

Она также обсудила свой новый веб-сайт KylieJenner.com, на котором она будет продавать наборы для губ для масс, которые надеются подражать ее фирменной надутости. «Я боролся с цифрой, чтобы попросить их сделать, потому что я подумал:« Хочу ли я заработать столько? Нет, потому что никто не собирается это покупать ».Я не хотела так много заказывать », — сказала она.« Но потом моя мама сказала: «Кайли, люди захотят твой набор для губ». Думаю, иногда это все, что мне нужно, чтобы не нервничать ». Мама Крис — мудрая, мудрая женщина. Нажмите здесь, чтобы увидеть больше фотографий Терри Кайли.

Терри Ричардсон / В изобилии

Следите за сообщениями Элизы на Twitter.

Элиза Томпсон старший редактор отдела развлечений Я старший редактор отдела развлечений в Cosmopolitan.com, что означает, что мой видеорегистратор всегда заполнен на 98 процентов.

Этот контент создается и поддерживается третьей стороной и импортируется на эту страницу, чтобы помочь пользователям указать свои адреса электронной почты. Вы можете найти больше информации об этом и подобном контенте на сайте piano.io.

«Терри Ричардсон — только верхушка айсберга»

Дизайнер Прабал Гурунг написал в Instagram: «Важно, чтобы мы привлекали к ответственности всех, кто работал с Терри Ричардсоном.Не для того, чтобы стыдить их, а для того, чтобы понять намерение и мотивы их решения закрывать глаза на его ужасные действия. Ясно, что они не могут сказать, что не знали, потому что все мы знали ».

Возникает вопрос: что еще знает мода?

Триш Гофф, бывшая топ-модель, рассказывающая о своем опыте общения с г-ном Вайнштейном, сказала, что в течение ее модельного периода «были другие девушки и агенты, которые предупреждали бы вас о фотографе. Они говорили: «Помни о нем» или «Не позволяй ему убедить тебя снять одежду.

Афина Керри, которая моделировала с 1993 по 2008 год, сказала, что когда ей было 19 лет, она работала в Париже, ее агентство отправило ее на съемку с фотографом, который позже той ночью позвонил ей в ее общежитие, чтобы описать как сильно он хотел «заняться со мной любовью». На следующий день она сказала своему агенту, женщине, что из-за этого разговора ей стало очень неуютно и что она не хочет снова с ним работать.

«Все сказали:« Конечно, конечно », — сказала теперь мисс Керри. «Через неделю мне позвонил мой агент и сказал:« У меня действительно важная работа, и я действительно думаю, что вы должны ее выполнить.Только с этим фотографом ». А потом она оказала на меня огромное давление, чтобы я справился с этим и выполнил свою работу. И я знаю, что потом они послали к нему других девушек ». Агентство, которое было незначительным в отрасли, похоже, закрылось.

Ни одна из моделей, которые рассказали о своем опыте в этой статье, не сказала, что их агенты когда-либо говорили с ними о том, как справиться с нежелательными авансами от фотографов, даже если они знали, что их клиенты могут столкнуться с ними.

Кэролайн Крамер, бывший содиректор Marilyn Models и бывший директор по кастингу журнала Self, в настоящее время владеющая художественной галереей в Провинстауне, штат Массачусетс.

LEAVE A RESPONSE

Ваш адрес email не будет опубликован.