Трикотажная одежда для дома и отдыха для мужчин и женщин, в интернет магазине Ирис — домашний трикотаж!

Домашний трикотаж от производителя в Иваново, в интернет-магазине «Ирис — домашний трикотаж» Трикотаж дешево, купить ночные сорочки, купить туники, купить трикотаж

Разное

Что делать если тебя избил муж: Избил муж, что делать, куда обращаться

Содержание

Муж избил, что делать?

Сижу за компьютером, рыдаю. Невероятно плохо, что делать, ума не приложу. В отчаянии! Вчера вечером меня сильно избил муж. Раньше такого никогда не было вообще. Ну ссорились, но чтобы руку поднять — такого не было. Мы вместе живем уже 11 лет, старшему сыну 9, а маленькой еще нет года. И он очень любит детей, меня. Мы до сих пор были нормальная семья. В этот вечер мы немного поругались, и я пошла укачивать Аленку. Она засыпает с трудом, поэтому когда я ее укачиваю, прошу никого в комнату не входить.

И вот малышка уже уснула, тут входит муж и нарочито громко начинает продолжать выяснять отношения. Я ему шепотом говорю: «Тише, ребенок уснул!» Кладу ее в постельку, поворачиваюсь, и он мне кулаком в лицо со всей мочи, потом по голове. И злобный, как черт. Я из комнаты убегаю, он за мной и продолжает избивать. Бегала от него по всей квартире, а он молча так и озлобленно, ногами, руками, чем угодно, а я не могу даже закричать и на помощь позвать, боюсь разбудить сына и дочку. Только рыдания сдерживала, да чем-нибудь прикрыться пыталась. А потом говорит с чувством выполненного долга: «Спокойной ночи!» И пошел спать на диван в зале. Я всю ночь не спала, проплакала. Сейчас голова очень сильно болит, тошнит, лицо распухло, вся красная, этот зверюга утром ушел на работу, я сына в школу отправила. Все молча, даже не взглянула в его сторону. Сыну сказала, что заболела. Малышку прижимаю к себе, что делать, что делать? Уйти мне некуда, но прощать такое — это не в моих силах. Он перечеркнул 11 лет нашего брака и за что, спрашивается? Просто противно думать о нем и хочется отомстить, чтобы он прочувствовал хотя бы малую часть того унижения и боли, которую я испытала.

Просто уверена, что вечером или завтра он придет просить прощения и ползать на коленях, но я не могу его принять и простить. Вся жизнь рухнула…

Алла.

ОТКЛИКИ ЧИТАТЕЛЕЙ Психопат опасен для близких и самого себя. И к чему спрашивать у публики, что делать? Сами не знаете, что ли? Уж, кажется, достаточно о мерах на такой случай говорят в прессе и на телевидении.

В милицию и в суд, на развод и раздел имущества с выплатой алиментов на детей. Семьи у вас все равно уже нет. Раз уйти некуда, добейтесь предварительного решения о раздельном проживании и выселите своего неблаговерного до раздела квартиры, у вас с детьми преимущественное право на обеспечение безопасности — это на вас нападали, а не наоборот. Андрей. Я живу с мужем 20 лет. Избил один раз — 13 лет назад. Был пьян, а я сдуру (по его же просьбе) рассказала о своих бывших, которых знала до знакомства с ним. Сначала — хи-хи да ха-ха, а потом и выдал… Приревновал, короче. Все эти годы до сих пор казнит себя за это. И больше — ни-ни. Так что, во-первых, не рубите сплеча, а во-вторых, не ведитесь на провокации и никогда не рассказывайте мужу о своих бывших.
Гостья.
Прочитала и я это письмо. Вот что я могу сказать. Я в браке совсем чуть-чуть — 4 года, но со мной произошла подобная история буквально 2 недели назад! Меня избил мой любимый муженек, сломал нос, отбил ребра, было сотрясение головного мозга, и это все вытворял на глазах моих детей! Бил тоже и руками, и ногами. Я сообщила в полицию, написала заявление и сделала медицинское освидетельствование! Более того, сразу же подала на развод и алименты не только на ребенка, но и на себя, а теперь он просит: «Забери, пожалуйста, документы из суда!» Но уже ничего не вернешь! Что бы ни случалось между мужем и женой, мужик никогда не должен поднимать свои ручонки на женщину!!! Причем такое не забывается! Вот уже где-то 5 дней я живу одна с детьми и вполне счастлива! Гони к чертям собачьим его, дети не должны жить в такой атмосфере и такое чудовище видеть не должны! Я поддерживаю тебя, здоровья тебе и деткам, будьте просто счастливы!
Светлана Евгеньевна.
Девочки, им надо давать сдачи! Берем скалку и мочим его, пока не поймет, что пора удирать. Елена. 14 лет назад муж избил меня, пьяный. Потом просил прощения — простила. Больше он меня не тронул, но злобу вымещал на детях. Мы прожили 19 лет, и этот гад ушел к молодой. Надо было уйти от него еще тогда, когда посмел поднять руку. Марина.

«Меня бьет муж»: Пошаговая инструкция для пострадавших от насилия

Обманом выкрасть бывшую жену и держать ее в заложниках.

Избить гражданскую жену до синяков и сотрясения мозга. Выгнать из дома жену с пятью детьми и заселить в дом квартирантов. Таких случаев по республике — сотни, и большинство из них остаются безнаказанными, о чем мы уже писали. Сегодня Vox Populi предлагает изучить последовательность шагов, которые нужно предпринять женщине, столкнувшейся с насилием.

Фото: Наталья Слудская, Тимур Батыршин, фото из открытых источников в интернете

Обманом взял в заложники и удерживал в горах

Куралай (имя изменено) прожила с мужем 20 лет, и все эти годы муж ее бил. В конце концов они развелись, и Куралай стала жить с двумя дочерьми — 18 и 15 лет. Женщина уже начала привыкать к новой жизни без побоев, но однажды ей позвонила свекровь с просьбой приехать в гости и привезти девочек, по которым она соскучилась. Свекровь сказала: «Не переживай, я старый человек, ничего тебе не сделаю, всё будет нормально».

8 марта Куралай приехала к свекрови на три праздничных дня и пропала вместе с девочками на три месяца. Ни родственники, ни соседи понятия не имели, куда они делись. По сговору со свекровью муж приехал к ней, фактически взял бывшую жену с детьми в заложники, увез к себе в крестьянское хозяйство в горах в 80 километрах от Чилика, забрал мобильные телефоны и заставил жить с ним и работать на ферме.

Только через три месяца одной из девочек удалось выкрасть у отца телефон и позвонить родственникам с мольбой о помощи, а родственники обратились в фонд «НеМолчи.KZ».

Дина Тансари

Для лидера «НеМолчи.KZ» Дины Тансари эта история — рядовая, каких сотни. Дина позвонила в полицию, и когда группа полицейских прибыла на ферму, их встретила улыбающаяся Куралай. Женщина сказала: «У нас всё нормально, у нас тут скот, работа, крестьянское хозяйство, мы здесь останемся». Полицейские в замешательстве позвонили Дине, чтобы уточнить, действительно ли она уверена в том, что женщине нужна помощь, ведь та не выглядит как человек, которого бьют и угнетают.

Тогда Дина попросила позвать Куралай к телефону и сказала: «Я руководитель фонда, который защищает женщин и детей от насилия, просто отойдите подальше от полицейских и ответьте мне на три вопроса». Когда Куралай услышала женский голос в трубке и поняла, что заданные вопросы никто, кроме нее не услышит, она стала разговаривать совсем по-другому. И ответила на все три вопроса: «Да, муж меня избивает», «Да, я нахожусь здесь не по своей воле», «Да, я хочу уехать отсюда». Заручившись поддержкой фонда, она взяла дочерей, села в машину и уехала, вырвалась от мужа-насильника.

Позднее выяснилось, что бывший муж запугал Куралай, сказал ей, что купил всех полицейских, и если она им пожалуется, он ей голову снесет. Почему она сама не предприняла меры, чтобы выбраться из заточения и спасти себя и дочерей — на этот вопрос она не смогла ответить.

«Когда тебя годами бьют, у тебя пропадает чувство самосохранения, — объясняет Дина Тансари. — Ты приспосабливаешься, ты уже ничего не чувствуешь, ни моральной боли, ни физической, а главное — ты не веришь ни в какое спасение. Поэтому должны быть специализированные подразделения, которые смогут грамотно вести такие дела, понимая специфику подобных преступлений.

Как правильно проводить экспертизу, как вести себя на допросах, как снять с жертвы чувство вины. Такие подразделения в других странах показывают себя очень эффективными в работе».

Факт насилия нельзя оставлять безнаказанным

Какие конкретно шаги нужно предпринять женщине, решившей подать заявление на мужа?

  • Если есть факт избиения, нужно сразу обратиться в полицию. После этого вместе с полицейскими придется поехать на проведение экспертизы — зафиксировать побои.
  • При необходимости полицейский обязан выписать защитное предписание, оно запрещает обидчику приближаться к пострадавшей в течение 30 дней. Под это предписание попадают и дети.
  • Если женщина вызывает полицию впервые, но имеет дело с систематическими побоями, это надо обязательно указать в заявлении.
  • Если ранее она уже обращалась в больницу с сотрясением мозга или ушибами, если у нее есть свидетели — соседи или родные, которые в курсе, что она регулярно подвергается насилию, — об этом тоже надо написать в заявлении. Надо указать причину, почему раньше не обращалась в полицию — например, боялась.
  • Если речь идет о систематических избиениях, обязательно нужно брать защитное предписание и идти до конца. То есть до суда. Какое бы решение ни принял суд — это будет решение, и участковый обязан будет поставить обидчика на административный учет. Это значит, что он как правонарушитель будет состоять под надзором, и участковый обязан будет контролировать эту семью. Соответственно, риск последующих избиений все-таки снижается.
  • Если женщина проживает в собственном жилье, она может потребовать, чтобы в придачу к защитному предписанию мужа (либо бывшего мужа или сожителя) отселили. Пока по закону никто не имеет права отселять мужа, который проживает в своем жилье, а если оно ему не принадлежит, женщине стоит выставить барьер от его посещений.
Фото: Тимур Батыршин
  • На основании заявления, которая пострадавшая женщина написала в полицию, ей нужно обратиться в органы опеки и попечительства. Потому что при разводе обязательно встанет вопрос о разделе детей: насильники всегда манипулируют детьми, это их основной инструмент влияния на жертву. Обращение в органы опеки и попечительства позволит пострадавшей написать заявление с просьбой поставить ее семью на учет, так как от насилия в семье дети страдают тоже. В случае, если дело дойдет до развода, у женщины на руках будут документы, что она неоднократно обращалась в полицию и столько же раз в опеку. Документы, которые об этом свидетельствуют, помогут ей избавиться от опасений, что муж отсудит у нее детей.
  • Если муж нарушил защитное предписание, надо снова идти в полицию и подавать заявление в суд. Тогда суд должен будет вынести постановление «Об особых требованиях». Они немного жестче, чем защитное предписание: этот документ выдается сроком на три месяца, иногда до полугода. Если мужчина применяет агрессию именно в моменты приема алкоголя, об этом тоже надо сказать в полиции. И тогда постановлением «Об особых требованиях» насильнику запретят употреблять алкоголь, а нарушение этого требования будет грозить ему арестом на несколько суток.
  • Если женщина несколько раз подвергалась побоям — например, три-четыре раза за год, — то она может требовать от полиции завести дело по статье 110 (истязания). Это также касается беременных женщин: даже если муж избил жену впервые, но знал, что она беременна, ему сразу грозит статья 110, часть вторая — уголовная ответственность сроком до 7 лет. То есть женщине нужно знать, что регулярные избиения — это уже никакая не административная статьи, а именно уголовная!
  • Если после избиения женщина попадала или сама обращалась в больницу с внешними травмами или травмами внутренних органов, все выписки и протоколы лечения надо сохранять. В случае, если терпение иссякнет, и женщина захочет обратиться в суд с жалобой на истязания, эти документы помогут ей доказать факты насилия. Все они будут приобщены к делу, и каждая такая бумага — еще один аргумент против насильника, так что их надо накапливать.

— Страшно произносить слово «накапливать», — признается Дина. — Но чаще всего насилие в семье происходит именно методом накопления. Разбирая первое обращение женщины за помощью, мы начинаем вскрывать прошлое: выясняется, что она уже лежала в больнице, и не один раз, и все на это закрывали глаза.

Мы постоянно поднимаем вопрос, что статистику надо вести не только в МВД, но и в Минздраве. Если врачи будут вести статистику по побоям, будут обязаны заявлять, что к ним поступила или обратилась самостоятельно женщина с побоями, и ставить ее на учет, мы будем иметь полную картину того, сколько женщин и как часто подвергаются домашнему насилию.

Кстати, у нас сейчас сотрясение мозга причисляется к легким побоям, перелом руки тоже могут отнести к легким, а это помогает насильнику уйти от ответственности.

Агрессия сидит внутри

Женщине, пережившей насилие, нужна моральная и юридическая поддержка. Но и мужьям, которые применяют агрессию по отношению к своим самым близким людям, тоже нужна помощь. Дина считает, что калечит тот, кто сам искалечен, и с ними тоже должны работать психологи.

— Это должно быть построено по типу трудовых лагерей. Что-то среднее между тюрьмой и больницей. Пусть «вкалывают», параллельно работают со специалистами, меняют сознание, осознают свое падение. У нас вся политика направлена на то, чтобы спасать женщину — лечить, поддерживать, возвращать к жизни. А муж остается прежним. Даже если его выгнать, он найдет другую женщину, уйдет к матери, будет бить мать, сестру начнет избивать. Здесь надо работать комплексно. Женщину защищает полиция, убежище она находит в кризисных центрах, а мужчины остаются со своей нерешенной проблемой, с агрессией, которая всё равно сидит у них внутри.

С кризисными центрами, по мнению Дины, тоже надо искать новые формы работы. Пока кризисный центр — это, безусловно, спасение: женщина находит там укрытие, постель и еду. Но в идеале надо перестраивать работу центров, чтобы они были ориентированы на социальную адаптацию женщины: чтобы после всего произошедшего она могла найти свое место в обществе.

— Надо учить женщину защищаться, дать ей правовую поддержку, — считает Дина. — Объяснить, как правильно ходить по инстанциям: у нас такое знание очень пригодится, так как в казахстанских инстанциях никто никого с распростертыми объятиями не встречает, надо уметь за себя бороться. Вопросы социализации важны: пройти обучение, получить учебу, выйти в люди, обрести экономическую независимость от мужа, объяснить, на какую поддержку от государства она имеет право. Укрывать, прятать, кормить, ограждать от мужа — это срочная мера, направленная на то, чтобы дать женщине временную передышку.

— Возьмем один из последних примеров. У мужа с женой совместное хозяйство, большой дом, пятеро детей. И муж женщину выгоняет, отбирает дом, заселяет квартирантов. Жену приютил кризисный центр, она пережидает там острый период, выходит — и у нее нет никаких отправных точек. Женщину надо учить: здесь тебе помогут органы опеки, здесь — ювенальная полиция, здесь — кризисный центр, а здесь — полиция. В нашей стране сложно найти помощь, которая именно кардинально поменяла бы ситуацию.

Проблема номер один: никто не хочет взять на себя ответственность за бытовое насилие. МВД сейчас вынуждены это делать — из-за того, что уголовная и административная ответственность разделены, полиция распределяет эту ответственность между собой и судами. Но нет органа, отвечающего целиком за противодействие насилию в семье.

Если бы у нас было Министерство по делам семьи и детей, мы бы с этого министерства могли спросить — какую правовую, юридическую и социальную помощь и где могут получить пострадавшие от насилия? Тогда можно было бы контролировать органы опеки, полицию, школы, суды. Можно было бы вести статистику, которой у нас до сих пор нет, тогда работа шла бы эффективнее.

— Но МВД от нас эту статистику тщательно скрывает: сколько людей стоит на учете по насилию по Казахстану, сколько неблагополучных семей, сколько женщин, которые не обращаются в полицию из-за побоев, а только в больницу, сколько детей, которые страдают от того, что в их домах присутствует насилие. Многие преподаватели тоже видят таких детей, знают об их страданиях, и даже стараются оказать им помощь, больше задействуют в школьной жизни, чтобы отвлечь от домашних проблем — но это личная инициатива людей, они делают это независимо от госпрограммы. А почему не сделать это обязательным — вести учет таких семей, где всё неблагополучно? Но здесь нет комплексной работы, нет ответственного лица. Нет министра, который бы за это отвечал.

У нас пока всё на уровне рекомендаций. Есть рекомендательный орган — нацкомиссия, есть рекомендательный орган — Комитет по защите прав детей при Министерстве образования. Эти органы не могут в приказном порядке кому-то что-то поручить, и у них нет бюджета от государства на то, чтобы действовать.

Почему не работает дорожная карта

— У нас сейчас действуют 13 дорожных карт по бытовому насилию. На каждую карту выделяются миллиарды. Например, МОН разработал карту по борьбе с домашним насилием — это 13 миллиардов тенге. Мы вложим сейчас в эту карту деньги — а может быть, всё то же самое, что делают Минздрав, МИОР и МВД, отдать одному отдельному органу, который бы сам решил, как правильно распределить эти деньги? Не раздавать их в отдельные кризисные центры и НПО, где в каждом свои правила, а решать проблему системно. И правила помощи и выживания для таких женщин сделать одни на всю страну, строго регламентировать и соблюдать их.

Пока наказание обидчика зависит от того, насколько сильной окажется женщина, сможет ли она не сдаться в борьбе за свое право быть неприкосновенной. Дина приводит в пример случай, который можно назвать хрестоматийным: хоть преступник и получил слишком маленький срок, победа состоит уже в том, что он не ушел безнаказанным.

— Женщина познакомилась с мужчиной, он жил в Талдыкоргане, она — в Алматы. Месяц прожили в ее квартире, где до этого она проживала с ребенком, за месяц он успел два раза ее избить, она подала на него заявление в полицию и ушла от него. Побои были сильные, пострадавшая лежала в больнице с сотрясением мозга, всё тело у нее было в синяках и ушибах. Это случилось перед Новым годом, до марта тянулись суды, в результате она добилась по суду предписания «Об особых требованиях». Женщина дважды поменяла жилье, переехала в общежитие, сняла там комнату, чтобы не оставаться одной в квартире, чтобы рядом были люди.

— Идет строгий карантин, но мужчина приходит к общежитию, выбивает окно булыжником, потом выламывает дверь, то есть наносит еще и ущерб заведению, а булыжник едва не попадает в ребенка, который делал уроки. Женщина обращается в полицию, итог — наказание составляет 10 дней ареста. За нарушение карантина — 5 дней, за нарушение общественного порядка — 3 дня, а за нарушение предписания «Об особых требованиях» — 2 дня.

Дина считает, что против пострадавшей сыграли два момента. Первый — что у госорганов своя арифметика: они сидят и считают, как дорого нам будет содержать преступника в тюрьме. А второй — что закон изначально нацелен на то, чтобы наказание не было слишком суровым.

— Она выиграла суд, и мужчине дали 10 суток — разве это можно расценивать как победу? Но для нас это тоже победа, — говорит Дина. — Нынешний закон «О профилактике бытового насилия» нарушает права женщины самим своим существованием! Потому что именно этим законом мужьям как будто бы официально разрешено бить жен и уходить от уголовной ответственности. Каким-то чудом под этот закон попали еще и бывшие мужья и сожители.

Кадр из фильма «Груз 200»

— То есть, если на улице мужчина изобьет женщину — это будет уголовная статья, и за это может быть установлен тюремный срок до двух лет тюрьмы. А если в собственной квартире муж избивает жену, то и двух дней тюрьмы ты не добьешься, ты будешь ходить по инстанциям, а судья может вынести просто предупреждение. В этом и есть абсолютное нарушение прав женщины. Закон должен работать наоборот: если муж бьет жену, он должен попадать под закон о бытовом насилии. И закон должен быть жестче: срок не два года, как за хулиганство, а три. Только тогда бывших жен не будут преследовать годами.

Перечень шагов, которые мы перечислили выше — для того, чтобы женщины узнали, что именно им надо делать. И поверили в то, что им удастся наказать насильника. Обратная пропорция обязательно начнет работать: чем больше будет обращений в полицию, тем меньше будет насильников, уверенных в том, что преступления сойдут им с рук.

Истории жертв домашнего насилия — The Village Казахстан

За четыре года, которые здесь работаю, я повидала разных женщин с разными историями. Чаще всего они попадают к нам в день инцидента и находятся в шоковом либо агрессивном состоянии. Провожу с ними беседу и заполняю психологическую карту каждой пострадавшей, составляю индивидуальный план работы по улучшению их психического состояния, а после выписки пишу заключение.

Моя цель — повысить самооценку женщин, чтобы они могли рассуждать своим умом

В отношении жертв применяется не только физическое насилие, но оказывается и моральное, и экономическое давление. У них очень низкая самооценка, мужья убедили их в том, что они никчемные. Женщины думают, что они сами во всем виноваты: в том, что ребенок заболел или в том, что муж изменяет и избивает. В случае экономического давления мужья не дают женам деньги даже на самые необходимые расходы, заставляют сидеть на кухне, когда дома гости, запрещают трогать какие-то вещи. Короче говоря, женщина не может свободно жить в своем доме.

Конечно, не во всех случаях мужчины тираны и монстры, у некоторых женщин тоже бывает доля вины в случившихся конфликтах, но это не значит, что нужно применять физическую силу по отношению к ним. Во время беседы выясняется, что женщина принимает роль жертвы, начинает защищать и оправдывать себя. В подобных ситуациях я стараюсь скорректировать ее. Некоторым женщинам трудно раскрыться, им кажется, что рассказывать чужому человеку о побоях мужа «ұят», тогда я применяю методы арт-терапии, песочной терапии, провожу медитации в сенсорной комнате. Моя цель — повысить самооценку женщин, чтобы они могли рассуждать своим умом, строить планы и самостоятельно существовать в обществе.

Мы создаем такие условия, чтобы они имели собственные деньги и могли самостоятельно снимать жилье после окончания срока их пребывания в центре

Женщины не просто лежат здесь, заперевшись в четырех стенах со своей проблемой. Специалисты центра ежедневно проводят работу с пострадавшими. Я спрашиваю у них, что они собираются делать после шести месяцев, хотят ли вернуться к мужу, чем думают заниматься. Наш центр имеет тесную связь с центрами занятости и благотворительными фондами. Мы стараемся устроить их на работу, отправляем на бесплатные курсы, учитывая их интересы. В это время за их детьми присматривают воспитатели.

Если у женщины грудной ребенок, в центре есть комната трудотерапии, где мастер по рукоделию учит их вязать и шить. Были случаи, когда женщины хорошо осваивали это дело и начинали продавать вязаные шапки, шарфы через интернет. Мы создаем такие условия, чтобы они имели собственные деньги и могли самостоятельно снимать жилье после окончания срока их пребывания в центре, владели определенными навыками, чтобы прокормить себя и детей.

Кроме того, в центре есть медицинский кабинет, а также договор с поликлиниками, тренажерный зал, библиотека, ежемесячно проводятся культурные мероприятия. У нас запрещается сидеть без дела. Женщины должны получать все восемь услуг, которые предоставляет центр.

Бывает, некоторые сдруживаются и договариваются вместе снимать квартиру после выписки и по очереди присматривать за детьми

Не зря наш центр называется «Үміт», ведь к нам попадают уже отчаявшиеся женщины, которые устали от жизни и не знают, что им делать, их никто не поддерживает, единственное их спасение — этот центр, где мы пробуждаем в них надежду на позитивные перемены. Кроме того, положительно влияет и то, что женщины со схожими судьбами начинают вступать в коммуникацию и понимать, что они не одни с подобной проблемой. Бывает, некоторые сдруживаются и договариваются вместе снимать квартиру после выписки и по очереди присматривать за детьми.

Женщина, которая получила пятнадцать ножевых ранений и сотрясение мозга, была вынуждена вернуться мужу-тирану

Если мы видим, что женщина не может одна прокормить детей, и у супруга нет какой-либо зависимости, он в состоянии обеспечивать семью и готов работать над улучшением отношений, то мы стремимся воссоединить семью. Но некоторые женщины просто привыкли от кого-то зависеть, не хотят брать ответственность за свою жизнь и поэтому возвращаются к своим обидчикам.

Иногда у жертв нет иного выхода, как вернуться к мужьям. У нас была одна женщина из ЮКО в возрасте 38 лет, которая получила пятнадцать ножевых ранений и сотрясение мозга. Вследствие полученных травм она быстро уставала, у неё дрожали руки, она не могла самостоятельно даже посуду помыть. Женщина поняла, что не может больше выполнять физическую работу, прокормить троих детей и была вынуждена вернуться к мужу-тирану, так как он был состоятельным человеком.

Одна из получательниц наших услуг была незаконной второй женой своего обидчика и имела от него двоих детей. У неё было высшее образование, стабильная работа, личный автомобиль и квартира, но имущество было записано не на ее имя. После пяти месяцев пребывания в центре она посчитала расходы на детей и решила, что не сможет оплачивать их кружки и секции, поэтому вернулась к гражданскому мужу. Она не хотела отрывать сына и дочь от того уровня и ритма жизни, в котором те привыкли жить.

Для некоторых детей кажется нормой то, что папа избивает маму

Также я провожу работу с детьми. Они могут быть агрессивными, замкнутыми, для некоторых кажется нормой то, что папа избивает маму. Сейчас у нас находится одна женщина с пятью детьми. Её тринадцатилетний сын во время инцидентов пытался защитить мать и младших и брал удары на себя. У мальчика плаксивость, а у девятилетней девочки недержание мочи, остальные дети также получили психологические травмы. Я провожу с детьми консультации, терапии в игровой форме. Дети не должны ненавидеть кого-то, чувствовать себя жертвами, поэтому я учу их принять ситуацию и отпустить. Я объясняю им, что они не имеют никакого отношения к тому, что творится у них в семье, что у них собственная жизнь, что есть и другая модель семьи. В работе с подростками я выясняю, какие способности, увлечения у них имеются, и мотивирую их тем, что если они будут работать над своими целями, то смогут стать успешными людьми, иметь другую, благополучную жизнь.

После выписки жертвы домашнего насилия остаются под нашим контролем. Кроме того, я даю им личный номер телефона и продолжаю консультировать по ватсапу, хоть это дополнительно не оплачивается. Просто для меня не безразлична их дальнейшая судьба.

«Не нарываться» — Такие дела

Когда муж избил Елену в первый раз, она простила его и пообещала себе «не нарываться». Через несколько дней он избил ее снова. Третьего раза Елена ждать не стала: убежала из дома вместе с двухлетним сыном в никуда

Елене 52 года, хотя выглядит она гораздо моложе. Уверенная, спина прямая — с первого взгляда и не сказать, что в ее прошлом ранний скоротечный брак,  дочь, с которой не осталось никакой связи, и бывший муж, от которого пришлось бежать.

«Был настойчив»

С Димой Елена познакомилась, когда ей было уже сорок, ему — на десять лет меньше. Встретились в магазине на окраине Екатеринбурга. Перекинулись парой слов и вроде бы разошлись. Елена говорит, что Дима ее не зацепил, но был настойчив: догнал, проводил до дачи, выпросил у подруги ее телефон, позвонил и всю ночь развлекал разговорами.

«Три месяца мы с ним просто дружили, даже не целовались, не обнимались, а потом начали отношения. Мы могли молчать, и это не напрягало, а потом начать разговаривать в одну минуту и одними словами. Чувствовали необходимость друг в друге».

Елена

Фото: Федор Телков для ТД

Вскоре Елена забеременела, Дима предложил пожениться. Сделал ремонт, чтобы Елена переехала к нему, дарил подарки, угадывал желания. Все было так хорошо, что даже не верилось, вспоминает она. В 2008-м году родился Ваня, отец души в нем не чаял — купал, играл, заботился.

«Я тебя убью»

Когда отношения в семье стали меняться, Елена помнит хорошо. Ване было полтора года, она в декрете, заработка мужа не хватало. Решили купить машину, чтобы он мог таксовать. Потратили на нее детское пособие, копившееся на карточке.

«В это время у него стали появляться разные девушки, а мы с Ваней начали мешать. Дома — ответственность, обязанности, а там — пикники, свобода. Он перестал давать деньги на еду; был уже май, а ребенок ходил в зимних сапожках. Я говорю: “Дима, надо купить обувь”, а он: “У меня нет денег”. Подруги говорили: “У него есть деньги, бери сама”. Но я не могла. Последней каплей стало, когда Ваня нашел какой-то сухарик и ходил — его сосал. У меня мир обрушился: ребенок при живых родителях, когда нет войны, голодает».

Когда Дима в очередной раз пришел домой под утро и лег спать, Елена увидела пачку денег в кармане штанов. Вспомнила Ваню с сухариком, слова подруг. Взяла, не глядя, несколько купюр и спрятала. Муж позвонил с работы через полчаса:»Зачем взяла деньги?» Еще через полчаса приехал озверевший домой, схватил и повалил на пол кухни. Встал коленями на руки, чтобы не могла шелохнуться. И с остервенением начал бить — как боксер бьет грушу.

«Он начал выдавливать мне глаза, а я не могла вырваться. Я не кричала, только говорила: “Дима, ты что делаешь, Дима, успокойся”. И тут понимаю, что за мной стоит Ваня и все это видит».

Елена смогла вырваться, но муж догнал ее в коридоре и снова повалил на пол. Сына толкнул в комнату, закрыл дверь. Жену начал душить. 

Елена

Фото: Федор Телков для ТД

«Тут я понимаю, что если он еще чуть-чуть сожмет руку на моей шее, меня просто не будет. А кому нужен мой ребенок? Говорю: “Я тебе отдам деньги”. Он слез, взял их, пересчитал, сказал, что не хватает тысячи. Но я отдала все, что было».

Дима уехал. В коридоре стоял и мелко дрожал Ваня — он умудрился открыть тугую дверь комнаты и видел, как папа душил маму. У Елены зазвонил телефон, она хотела ответить, но вместо голоса вырвался хрип. Напуганная подруга приехала и повезла ее снимать побои и писать заявление в полицию. А вечером Дима пришел с работы и стал молить о прощении.

«Он плакал: “Лена, я не знаю, что происходит, ты меня прости, я без тебя и Вани жить не могу”. Я смотрю на него и вижу, что он искренен. Понимаю, что мне некуда идти, но знаю — избил один раз, значит, это может повториться. Думаю: ну, не буду нарываться». 

«Он меня убивает»

Елена не нарывалась — просто соседи передали Диме, что его искал участковый. Через два дня Дима завалился домой с другом, они выпили. Как говорит Елена, муж пил впервые за три года их совместной жизни.

Когда Елена и Ваня легли спать, Дима ворвался в комнату с криком: «А ты что тут делаешь, ты на меня написала заяву в полицию, пошла вон отсюда!» Она схватила сына, положила в памперс телефон, чтобы не остаться без связи, если удастся выскочить, но он не выпускал. Бил ее, уходил на кухню, выпивал, возвращался — и снова бил, перечисляет Елена, Отвечал на звонки любовницы, приходил разъяренный — и бил. Друг сидел на кухне и не вмешивался.

Когда Дима выходил из комнаты, Елена набирала полицию — занято, строчила смс участковому: «Он меня убивает, приедьте по этому адресу». Тишина.

Утром, когда муж ушел на работу, Лене позвонила подруга Юля, позвала погулять с детьми. Елена в ответ разрыдалась в трубку: «Дима меня ночью чуть не убил». Юля приехала и забрала ее вместе с Ваней к себе.

Сейчас Елена, рассказывая о той ночи, совсем не плачет. В ее словах нет отчаянья или гнева — скорее удивление. Она до сих пор не может понять, почему счастливый и заботливый муж превратился в чудовище.

«Можем ребенка забрать»

Елена снова поехала в полицию, снова написала заявление. Затем пошла за помощью в отдел опеки, спросила, что делать. 

«Я пришла в опеку, чтобы мне помогли, прошу:“Защитите нас хоть как-то”. Отвечают:“Мы можем ребенка забрать, но вы же можете его навещать. У вас нет работы, нет жилья, нет денег”. Встаю и говорю: “Нет-нет, спасибо, я подумаю”, — и быстрее оттуда».

У Юли беглецы остались на одну ночь, следующую провели у другой знакомой, и так несколько раз, пока одна из них не предложила остаться подольше. Елена к тому времени начала работать косметологом. Пока она работала, за Ваней присматривал муж приютившей знакомой — пока однажды Елена не вернулась домой раньше и не узнала, что мужчина издевался над ее сыном: завязывал руки скотчем и закрывал в темном туалете. Пришлось снова искать убежище.

Елена и Иван

Фото: Федор Телков для ТД

В это же время Ваня заболел: «У него начались рвота, понос, поднялась температура, нас положили в больницу. Антибиотики ставят — легче, перестают колоть — опять начинается. Сделали развернутый анализ крови, а там — иерсиниоз. Врач удивилась — откуда? Им обычно болеют беспризорники, заражаются от собак, крыс».

В больнице они пролежали месяц. Алименты Дима платил небольшие и с перерывами, Елена работала сутками, чтобы платить за съемную комнату, няню и кормить сына. Сама она за полгода похудела с 50-го размера до 42-го.

«Никто у тебя ребенка не заберет»

Делу о побоях и угрозе убийством дали ход, суд признал Дмитрия виновным и назначил 240 часов общественно полезных работ. 

Тогда же, девять лет назад, появилась другая проблема — Ваня начал бросаться на других детей. Цеплялся за волосы, пытался душить. Несколько месяцев мама гуляла с сыном подальше от детских площадок и разговаривала, объясняла, учила.

К тому же муж стал угрожать, что отберет Ваню. Эта угроза казалась реальной — у Елены не было своего жилья и официальной работы. Однажды она поделилась переживаниями с одной из клиенток, и та дала ей адрес «Аистенка» — организации, которая помогает женщинам в кризисных ситуациях.

«Она сказала, что мне там помогут. Я пришла, реву, Лариса Владимировна [Лазарева, президент “Аистенка”] налила мне чаю и попросила: “Вкратце расскажи, что случилось”. Выслушала и сказала: запиши мой номер телефона и запомни, пока я здесь работаю, никто у тебя ребенка не заберет. И я поверила ей. Она дала мне номер юриста, сказала, что есть психолог, и передала пакет еды. Я приходила каждый месяц и мне давали продукты, которые нас очень выручали. Ваню отправляли на елки, на спектакли, Дед Мороз к нам приходил. Ваня был настолько рад, он до 10 лет верил, что Дед Мороз есть!»

Елена

Фото: Федор Телков для ТД

К счастью, дальше угроз бывший муж не пошел. Жизнь стала налаживаться, Елена продолжала работать с утра до ночи и через три года смогла купить в ипотеку комнату. Вот только алименты приходили от случая к случаю и гасить кредит становилось все труднее: накопился долг в 260 тысяч — и такую же сумму должен был по алиментам Дима. Когда банк пригрозил, что отберет комнату, она снова пошла в «Аистенок». Юристы организации помогли с советом и документами, долг расписали на три года. 

«Большая помощь»

Вскоре «Аистенок» снова пришел на помощь, когда Ваня опять стал агрессивным.

«Он стал драться, говорить про других: “Да я бы его убил, придушил, да я пойду сброшусь с крыши”. Меня это очень пугало. Мы начали работать с психологом Натальей Владимировной, она рассказывала мне, как корректировать отношения, и работала с Ваней. А я со своими проблемами пошла к психологу Яне Владимировне. Они меня сопровождают по жизни, это очень большая помощь».

После побега из дома с ребенком на руках Елена стучалась в разные двери. Но помогли ей только в «Аистенке». Сначала встать на ноги и обеспечить ребенка необходимым, потом разобраться в себе и понять, что жертва не виновата в насилии. «Аистенок» 16 лет помогает женщинам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, но это возможно только благодаря нашей с вами помощи. Пожалуйста, поддержите «Аистенок» — любая сумма даст шанс еще одной женщине на жизнь без насилия.

Сделать пожертвование

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — в телеграм-канале «Таких дел». Подписывайтесь!

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом банке.

Пожертвование осуществляется на условиях

Распечатать квитанцию Контактная информация Зачем указывать телефон?

Номер вашего телефона нужен, чтобы мы могли дополнительно подтвердить вашу личность и упростить вам доступ к личному кабинету. Мы не передаем ваши контактные данные сторонним организациям и не отправляем нежелательные рассылки.

Пожалуйста, подтвердите согласие

Пожалуйста, подтвердите согласие

Помочь лайком

Меня бьет мой муж.

Что делать? — Общество

Говорить об этом в обществе бывает «уят». Рассказывать об этом своим подругам решаются не все. Пойти с этой проблемой к психологу получается далеко не у всех. Однако такая проблема существует, игнорировать ее нельзя, более того, поднимать этот вопрос просто необходимо. Домашнее или бытовое насилие – проблема, о которой нельзя молчать.

Ранее мы писали, что в стране за три года насчитывается 575 женщин, пострадавших в результате домашнего насилия. В 2015 году их было 197, в 2016 — 206, с начала 2017 года — 172 женщины. В результате домашнего насилия в стране за три года погибли 124 женщины (49 — в 2015, 44 — в 2016, с начала 2017 года — 31). Это в три раза выше, чем статистика по смертям в результате изнасилований.

Редакция сетевого издания Dixinews.kz обратилась с вопросами к экспертам – адвокату Айман Умаровой, психологу Ольге Никаноровой, узнала мнение народного избранника, олимпийского чемпиона Серика Сапиева и народной любимицы – блогера Аиды Джексен, чтобы понять суть бытового насилия, постараться помочь тем, кто, возможно, столкнулся с домашним тираном и узнать, как можно защитить себя женщине в этом неравном бою.

Домашнее насилие, или «нет, он меня не бьет, он просто орет»

Как рассказала психолог со стажем Ольга Никанорова, женщины приходят на прием к психологу, зачастую просто с вопросом улучшить отношения с мужем.

— Женщины приходят с вопросом улучшить отношения с мужем, а когда начинаешь разбираться, получается, что там присутствует домашнее насилие. Больше психологического и эмоционального. Когда женщине указываешь, что она является жертвой, она говорит «нет, он меня не бьет, он орет, может что-то запрещает, может что-то кинуть…» Кажется, что она будто его оправдывает, — говорит Ольга Никанорова.

Мнение популярного блогера Аиды Джексен также совпадает с мнением психолога. Она считает, что эмоциональное и психологическое насилие ни в коем случае не может быть легче или приемлемее, чем физическое. 

«Многие под термином «домашнее насилие» представляют побои жены мужем, но это только отчасти. На самом деле, когда Вы вынуждены жить с человеком-агрессором, который Вас постоянно оскорбляет, унижает, указывает на ваши недостатки и умаляет достоинства, забирает деньги, не дает работать или учиться — это тоже является домашним насилием. Насилие происходит в отношении жен, сестер, келинок и даже собственных родителей. У моей подруги был муж, который работал на госслужбе занимал хорошую должность, хотя платили совсем немного. При этом своей жене он работать не позволял – страшно ревновал ее к окружающим мужчинам. Продукты он покупал сам, а ей не давал деньги даже на тампоны. Она была вынуждена бросить учебу, сидеть дома с детьми, ей также было запрещено общаться с подругами. Она все это терпела, но дальше становилось только хуже. Однажды, когда в очередном приступе беспочвенной ревности он ударил ее по лицу, сломав челюсть, только тогда она поняла, что семейная жизнь закончилась.

Как-то я прочитала оптимистичную статистику одного представителя МВД, что процент домашнего насилия снижается. Мне стало смешно, потому что этот процент снижается только благодаря полицейским, которые не утруждаются принять заявление от жертвы и, даже приняв, уговаривают его забрать. Я сама была свидетелем такой сцены, когда мою подругу жестоко избил родной брат, а полицейский вместе с ее родителями уговаривали забрать заявление и не портить карьеру тридцатилетнему «мальчику», — рассказывает Аида.

Первая причина – это ты?

Почему мужчины допускают такие действия в отношении своих, казалось бы, «любимых» женщин? Могут найтись и те, кто скажет, мол, сама виновата. Но на самом деле, вина и ответственность за бытовое насилие лежит полностью на агрессоре.

Фото: Instagram.com

Ольга Никанорова, психолог:

«Насилие над другим человеком нельзя оправдывать, это очень большая проблема. В доме, где есть насилие, где есть дети, они растут в атмосфере агрессии, даже если не физического, но психологического. Отсюда тоже может быть потом у детей проблемы – повторения сценария в будущем, или повышенная агрессивность». 

Фото: Dixinews.kz

Серик Сапиев, депутат мажилиса:

«Обычно же женщины и дети подвергаются домашнему насилию. Думаю, что первая причина – психологическая неустойчивость, какая-то болезнь мужчины. Вторая причина —  это алкоголизм, чрезмерное употребление алкоголя влияет на характер человека, делает его более агрессивным. Третья причина – социальная неустойчивость, нереализованность мужчины в обществе. Четвертое – какие-то детские психологические травмы, которые повлияли на то, что он начал порождать насилие».

Фото: Facebook.com

Аида Джексен, блогер:

«Меня всегда колотит от ярости и гнева, когда люди, узнав, что женщину избил муж, спрашивают: «А что ты такое сделала? Сама нарвалась, наверное? Довела мужика…» и так далее, тем самым перекладывая ответственность за насилие с насильника на жертву. Нужно понять только одно – ответственность за насилие лежит только на том, кто его применил и точка. 

Можно быть идеальной женой, не перечить, готовить его любимый борщ, заниматься сексом, когда попросит, но агрессор всегда найдет причины для того, чтобы вас избить, а если не найдет — изобьет просто так. 

Моя подруга очень спокойная выдержанная женщина. Ее избил брат просто потому, что она не опустила глаза, когда он на нее орал, срывая свое плохое настроение и неудачи на работе. Просто взял ее голову и прошелся по лестнице с третьего этажа по первый. Думаете неблагополучная семья? Отнюдь очень даже приличная и интеллигентная, никто бы не догадался. То есть причина домашнего насилия не всегда лежит в социальной неблагополучности семьи. Зачастую мужчины копируют поведение своего отца. И если отец поднимал руку на мать, то в большинстве случаев тоже самое будут делать и сыновья.

Наше общество патриархальное и мы многое прощаем мужчинам просто потому, что они мужчины. Мы относимся к ним снисходительно, оправдывая их агрессию природой и это начинается с самого детства, когда нам говорят, что если мальчик тебя обижает – значит ты ему понравилась. А девочкам драться неприлично и отвечать на агрессию тоже не прилично, надо достойно промолчать и уйти, или начать ставить на место словом. Но, к сожалению, это работает против вашего ребенка. Вырастая, такие девочки будут приравнивать побои к проявлению любви, когда надо было лишь просто один раз постоять за себя, поставив агрессора, не важно мальчик это или девочка, на место. Не вбивайте детям в головы идиотские гендерные стереотипы и, может быть, у нас будет здоровое общество. 

И еще, я думаю, помимо патриархального воспитания гендерных стереотипов неработающих законов причина домашнего насилия – это направленность работы власти с жертвами, а не с агрессорами. У нас есть какие никакие центры для жертв домашнего насилия, телефоны горячей линии и так далее, но работать надо также и с агрессорами, причем делать надо это принудительно как в Штатах. Ударил жену – отсиди 30 суток, заплати немаленький штраф в бюджет и пройди курс у психолога, а если пропустишь хоть один сеанс – добро пожаловать опять в тюрьму, уже на год. И да, курсы эти должны быть платными, а не за счет государства».

Почему такие истории замалчиваются? Ну, это стыдно.

В нормальном обществе говорить о том, что ты стала жертвой бытового насилия – не порицается. Мало кто скажет, что ты сама виновата, ведь любое насилие над человеком, будь то физическое или эмоциональное, не может быть оправдано.  

Так почему же в Казахстане такие истории замалчиваются?

 

Ольга Никанорова, психолог:

«Действительно, есть проблема, когда общество имеет большое влияние. Когда нет поддержки сложно на что-то решиться и поверить в то, что это не ты виновата. Важно про это говорить и действительно искать поддержку. Если кто-то сделал виноватой или отверг, это не значит, что все так поступят.

Ну, и это стыдно. И в семье, и в нашем обществе стыдно об этом говорить. Если брать эти отношения «тиран-жертва», то тиран делает очень многое, чтобы «завиноватить» жертву. Женщина часто считает, что она сама виновата, плохо старается, плохо угождает, поэтому в ответ ее наказывают. Опять же если брать психологию, это точно идет из детства женщины, самой жертвы. Часто, например, женщина просто не умеет проявлять недовольство, какую-то злость, не умеет защищать себя, свои границы. Она даже не отслеживает, что он как-то нарушает ее границы, не слышит ее, не замечает, а действует только из своих потребностей и желаний. И когда она попадает в такую ситуацию, она думает, что лучше если что-то там для него сделаю, как-то изменюсь, то он, наверное, изменится, но это засада, такого не бывает. Она точно не может повлиять на его поведение, потому что она не ответственна за это. Она может только о себе позаботиться. Это сложно, как я уже сказала, когда это идет из детства, или пример семейных отношений, мама с папой, или ребенку не позволялось вообще никакого недовольства проявлять, или гасилась какая-то агрессия, нарушались границы ребенка: нельзя закрыться в комнате, залезать в телефон, читать дневники. Потом взрослым человеком это воспринимается как норма, что не замечают, не уважают, не соблюдают личное пространство, в принципе в любой момент потребовать что-то, что ему нравится».

Фото: Forbes.kz

Айман Умарова, адвокат:

«Во-первых, безнаказанность за насилие может привести к системности и более тяжким последствиям. Терпеть насилие нельзя, однозначно. Во-вторых, жертвами становятся не только сами женщины, но и дети. Поэтому, опасность в том, что круг жертв от насильника не ограничивается только супругой… В-третьих, говорить открыто о насилии не стыдно, наоборот, это смелый поступок личности, способный бороться за свои права. Только так можно спасти себя и детей.

Единственное, когда можно «отпустить ситуацию», когда все решения приняты и нет больше угрозы повторной виктимизации. Я имею ввиду, когда брак расторгнут, местожительство супругов разное, дети проживают с матерью в безопасности, нет никаких угроз любого вида насилия. Когда каждый живет своей жизнью, не мешая друг другу, не нарушая прав друг друга, в том числе и детей».

Аида Джексен, блогер:

«Сколько бы мы не пытались влезть в тридцатку развитых стран, пока мы будем искать оправдания насилию, мы не сможем называться развитым и цивилизованным обществом. Мне бы очень хотелось посмотреть, как расходуются средства, выделенные государством на борьбу с домашним насилием. Кто ведет эту борьбу, кто этим занимается и насколько эффективно тратятся бюджетные средства. Вы ведь понимаете, что без значительных средств, направленных на борьбу с домашним насилием, нельзя серьезно поменять ситуацию. А вот насколько эффективно осваиваются средства – это уже другой разговор.

Общество принижает значимость проблемы. Общество оправдывает насилие и общество живет стереотипами и традициями, по которым ответственность за агрессию несет женщина, обвиняя ее в том, что она плохая жена или мать. Правоохранительные органы не защищают жертву, забюрократизированный процесс и борьба за показатели не дают эффективно применять законы и защищать жертв. При таком отношении, конечно, женщины стараются не выносить сор из избы и замалчивают проблему, пока не случится крупной трагедии».

«Она никогда не исправит взрослого человека». Что делать жертве?

Аида Джексен, блогер:

«В первую очередь, важно осознать, что она никогда не исправит взрослого человека. Взрослые люди очень редко меняются. Это большая иллюзия думать – что человек поменяет свое поведение, женившись или родив ребенка. Поменяется только его статус, а вот Ваше положение может усугубиться. Нужно взять на себя смелость принять факт того, что Вы живете с агрессором, и Вы рискуете не только своим здоровьем и жизнью, но и здоровьем и жизнью своих детей. Я не понимаю таких женщин, которые годами терпят побои и избиения, допускают издеваться над детьми. Нельзя оставлять зло безнаказанным, надо уметь постоять за себя, не смотря ни на что. Если Вы решили его наказать – не меняйте своего решения на следующий день, когда он в раскаянии будет валяться в ваших ногах, давя на вашу жалость, говоря, что его могут уволить с работы или что он исправится и больше не будет. Когда наказание станет неотвратимым, только тогда вы можете рассчитывать на свою безопасность».

Серик Сапиев, депутат мажилиса:

«Я думаю, что первое, что нужно сделать – это уехать от тирана, хотя бы на время. Посоветоваться с родными, близкими. Если такой возможности нет, то нужно позвонить по номеру телефонного доверия. Обязательно нужно получить какую-то психологическую поддержку, помощь. Конечно, административное наказание никто не отменял, поэтому нужно обращаться в полицию, не скрывая, что Вы или Ваш ребенок подвергается насилию. Тиранов нужно изолировать от своей семьи. Их нужно содержать где-то отдельно, чтобы они не могли нанести вред своим близким.

Если бы моя соседка подвергалась насилию, я бы попросил супругу поговорить с ней, с жертвой. Потому что она бы могла раскрыться, рассказать о своей проблеме, тогда бы уже можно было предпринимать какие-то меры. Не стыдно признать, что ты стала жертвой тирана, потому что такая проблема есть, ее нужно решать».

Что делать, если меня бьет муж. Советы психолога.

— Самое важное, в чем женщина нуждается в таких отношениях, даже если она кому-то жалуется или рассказывает — это поддержка в том, что здесь нет ее вины, что она этого не заслужила. С ней рядом такой человек — агрессор, тиран. И это происходит не потому, что она как-то не так себя ведет, или мало старается. Это не норма. Истинная вина, которая может быть — это то, что она все-таки не может позаботиться о себе: выставить какие-то границы, пойти к психологу или получить другую поддержку. Заботиться только о себе и не брать вину за поведение супруга. 

— Не нужно уговаривать себя в том, что если он в нее что-то кинул, или она об шкаф ударилась, что он ее не бьет. Нужно понимать, что мужчина сильнее, и что он действительно может покалечить. Но в таких случаях женщины настолько запуганы и боятся, что даже не отслеживают, что в какой-то момент он может просто не рассчитать и их убить. Элементарно, нужно вызывать полицию, защищать себя. 

— Я не знаю, как перебороть страх рассказывать об этом, потому что там много стыда. Тем более, насилие часто встречается и в успешных с виду семьях. Женщина вроде социально успешная, красивая, все может и все умеет, и признаться, что она подвергается насилию это правда очень стыдно и страшно. Я могу только посоветовать ходить к психологу, все-таки решиться на это. Потому что это та безопасная зона, где никто не обвинит и там будет поддержка. 

Что делать, если меня бьет муж. Советы адвоката.

Никогда не умалчивать. Нужно обратиться за правовой помощью. К сожалению, теперь по статье 108 (умышленное причинение легкого вреда здоровью) Уголовного кодекса РК, а также по статье 109 (побои) Уголовного кодекса РК невозможно привлечь к уголовной ответственности, так как они декриминализированы с 13 июля 2017 года. Теперь за те же деяния можно привлечь к административной ответственности. В то же время, наказание за деяния не умаляют права потерпевшей обращаться с иском в суд в порядке гражданского судопроизводства для взыскания материального и морального вреда. За нанесение средней тяжести, тяжкого вреда здоровью, истязания уголовную ответственность никто не отменял.

— Суды принимают во внимание, как правило, совокупность доказательств, а именно: заключения эксперта(ов), специалистов, показания свидетелей и т. п. Нет единого правила: какие доказательства суд может признать допустимыми и какие нет. Главное – суды берут во внимание доказательства, добытые законным способом.

Самый простой алгоритм действий следующий: 

своевременное (немедленное) обращение с заявлением в соответствующие органы, получение направления на прохождение судебно-медицинской экспертизы для фиксации телесных повреждений, их локализации, срока получения… и показания свидетелей. Что касается психологического насилия, здесь сложнее, необходимо заключение психолога и иные доказательства.

Как известно, насилие может быть не только сексуальным, но и физическим, психологическим, экономическим, с использованием детей…

Потерпевшая может насильника привлечь в административном или уголовном порядке (в зависимости от действий и последствий), также может подать гражданский иск на взыскание материального и морального вреда.

— При бездействии правоохранительных органов нужно обращаться в прокуратуру, в суд.

— Я, в основном, занимаюсь тяжкими и особо тяжкими преступлениями, редко, бытовым насилием. Самое известное дело, это дело Динары Чидериновой, которая стала жертвой насилия со стороны бывшего супруга, который раздробил челюсть Динары, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в порыве очередной агрессии. Примечательность ситуации, что сослуживцы поддерживали его, в некоторой степени даже жалея, мол, дескать, жена плохо готовит и т.п. Вот настолько деградировало наше общество. Супруга Динары Чидериновой – военнослужащего Боранбаева Б. осудили, но он попал под амнистию.

На самом деле, я полагаю, что в отношении Динары было покушение на убийство, которое изначально было неверно квалифицировано, суд не мог осудить его за покушение на убийство, так как он был предан суду по другой, менее тяжкой статье. Такие дела встречаются довольно часто и заканчиваются примирением или жены забирают заявлением под давлением мужа, родственников, а в случае с Динарой даже участковый оказывал на нее давление с целью помочь ее супругу.

— Какие особенности: с виду может быть тихий, милый человечек. Как у Грина: даже кошку погладит- мимо не пройдет… На работе интеллигентный, дома-тиран, очень много пьющих, вне зависимости от места работы. Одним словом, сложно определить на что способны наши мужчины, если чуть-ли не каждая вторая женщина подвергалась насилию. 

Вопрос в том, что в нашем обществе это не возбраняется до сих пор. Дурацкая поговорка: «Бьет, значит любит» существует как девиз для многих мужчин. Поэтому, единый портрет домашнего тирана составить невозможно, они разные, совершенно разные, но таких много.

Как мы видим, вопрос о домашнем насилии – острый. Говорить об этом, решать эту проблему, помогать тем, кто стал жертвой тирана – необходимо. Если среди наших читательниц есть те, кто, к несчастью, столкнулся с такой жизненной ситуацией, надеемся, что советы и мысли наших спикеров были полезны и для вас. Нельзя не отметить, что при подготовке этого материала, мы преследовали еще одну большую задачу – разъяснить обществу, что насилие не может быть оправдано, и не всегда женщина является «корнем всех проблем». Фраза Cherchez la femme (с фр. – ищите женщину) здесь абсолютно не к месту, ведь если и искать зачинщика проблемы, то это Он.


как самоизоляция повлияла на домашнее насилие – МБХ медиа

Правозащитники с начала “режима самоизоляции” предупреждали о росте случаев домашнего насилия. Такие данные уже зафиксировали в странах ЕС, где только спустя неделю объявленного карантина жалоб стало на треть больше. Уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова рассказала, что с 10 апреля случаев насилия и жертв от него в России стало в 2,5 раза больше, но МВД заявляет, что количество преступлений в семейно-бытовой сфере, наоборот, сократилось. Чтобы выяснить, повлияла ли на самом деле самоизоляция на уровень домашнего насилия в России, корреспондентка «МБХ медиа» Виктория Ли связалась с 176 российскими женскими и правозащитными организациями и нашла жертв домашнего насилия. Ответ неоднозначный: некоторые организации новых жертв не видят, у других всплеск обращений, а третьи называют сложившуюся ситуацию «зловещей тишиной» и затишьем перед бурей.

«Мешает жить он, а уходить должны мы, просто чтобы спасти свою жизнь»

«Самоизоляция обострила то, что уже было, только теперь у меня нет возможности передвижения и уверенности в будущем», — рассказывает Екатерина Агапова из Москвы. Она собиралась развестись и продать свой бизнес, но коронавирус ей помешал. Муж видел, что Екатерина не может уйти и стала тотально от него зависеть, рассказала мне женщина.

«Он почувствовал, что делать можно все, что хочешь. Оскорбления и унижения просто каждый день, если я вдруг осмеливаюсь ответить — мордобой.

Не хочется называть свое лицо мордой, но в его понимании это так, — рассказывает Екатерина. — Две недели назад он швырнул в меня банкой, вышвырнул мой телефон на улицу, толкнул меня на кресло и ударил два раза кулаком по лицу. На крики прибежала няня. Муж сказал: “Вызывай кого хочешь, мне никто ничего не сделает”. Что и произошло. Сотрудник полиции после беседы с мужем мне сказал: “Я вам советую развестись, чтобы друг друга не мучали”».

Екатерина вышла замуж четыре года назад, ей было 32 года. Насилие началось еще во время медового месяца, когда муж сначала обматерил ее в аэропорту, а потом толкнул на танцполе во время круиза так сильно, что Екатерина чуть не упала. «Свои действия он объяснил тем, что ему показалось, что я ему сейчас то ли что-то скажу, то ли сделаю. Списывал он это все на то, что колет тестостерон для физической формы. Никто ему это не назначал, он сам начитался. А у нас венчанный брак, поэтому я хотела ему помочь, хоть и понимала, что это тревожные знаки, — рассказывает Агапова. — В круизе я и узнала, что беременна, обрадовалась, думала, что начнет себя контролировать, чтобы я не нервничала. Но он продолжал. Мог будить меня по ночам и кричать оскорбления. Потом вся эта история начала уже переходить на ребенка, но на мне висели ипотеки, кредиты на несколько миллионов. Надеюсь, получится все закрыть к лету, несмотря на коронавирус».

В сентябре 2019 года муж вышвырнул Екатерину из дома, резко схватив за руку так, что остались гематомы, рассказывает женщина. Она зафиксировала телесные повреждения, вызывала полицию, но дело не возбудили. Летом того же года муж ударил ее по лицу при ребенке, женщина упала, но в полицию не обратилась, потому что следов не осталось, а камеры внутреннего наблюдения не работали. Муж угрожал, что заберет ребенка, а ее «запихнет в психушку».

На самоизоляции Екатерина продолжает жить с мужем под одной крышей. Он в спальне, а она с сыном в гардеробной на матрасе прямо на полу, а рядом няня на раскладушке. Екатерина спит с пультом охраны в руках.

«Я боюсь. Я стараюсь не оставаться одна дома. Я понимаю, что это не гарантия, даже мой пульт в руках это не гарантия. Но, если я сейчас уйду, я в этот дом больше не войду, он махом поменяет замки. Он хочет, чтобы из дома, в который вкладывались мы оба, ушла я — с ребенком и котами. Мешает жить он, а уходить должны мы, просто чтобы спасти свою жизнь».

“Ему все сошло с рук”

«Сейчас я нахожусь в критической ситуации. Я живу с ребенком у знакомых, не работаю. Кризисные центры не принимают, и идти мне некуда. Постоянные сообщения от бывшего мужа “Я убью тебя и эту маленькую тварь”, речь о его ребенке, меня просто добивают», — так начинается история Елизаветы, предоставленная мне организацией #ТыНеОдна, которая помогает жертвам домашнего насилия. Имя женщины изменено по ее просьбе, давать интервью журналистам она отказалась.

В 2016 году Елизавета вышла замуж и переехала из Санкт-Петербурга в Москву. Муж был против того, чтобы она работала, поэтому Елизавета сидела дома. Когда женщина забеременела желанным ребенком, начались проблемы. Муж срывался на нее из-за того, что не мог зарабатывать столько, сколько хотел. Усугубили ситуацию проблемы со здоровьем: у мужа эпилепсия и церебральная атрофия головного мозга после драки. Не помогла и его семья, которая изначально была против этого союза.

Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ

«Он начал вести себя неадекватно, например, когда дочери было три месяца, швырял в нее джинсы. Вел себя по-хамски без особых причин. Срывался на меня и на ребенка, чем дальше, тем чаще. Он шантажировал, обещал уничтожить документы, если я буду “открывать рот”, в результате у меня начались проблемы со здоровьем, и я начала угасать. После того, как он отобрал мои документы, я обратилась в полицию. Испугавшись, он все вернул, — рассказывает Елизавета. — Легче не стало. Он выгонял нас из дома, либо запирал в квартире. Вспышки гнева, издевательства, толчки. 20 августа в 2019 он меня избил, я обратилась в травмпункт и написала заявление. 9 января он вновь меня выгнал, несколько недель я была у своей знакомой.

Он взломал мои социальные сети и узнал о моем местонахождении, приехал, затащил мою знакомую в машину и издевался над ней.

Обращение в полицию не дало никаких результатов: ему все сошло с рук».

Елизавета работала переводчиком английского языка удаленно и несколько раз в неделю в частном детском саду. «Сейчас у меня нет никакого заработка, ни кола, ни двора. Только угрозы и страх. Что мне делать?!» — спрашивает женщина.

«Эта женщина перестала нам отвечать»

«Мы столкнулись с тем, что полиция еще меньше хочет реагировать, чем обычно», — рассказала мне юридический директор «Правовой инициативы» Ольга Гнездилова. Среди заявительниц организации сейчас три женщины из Москвы, которые пожаловались на ухудшение обстановки в семье на самоизоляции.

Первую девушку муж избил проводом на улице, убежать и обратиться за медицинской помощью ей помогла прохожая. У девушки зафиксировали серьезные травмы: множественные гематомы, посеченные ссадины и раны, было подозрение на сотрясение мозга, но ее не госпитализировали. Пострадавшая не имеет российского гражданства, хорошо говорит на русском, но не умеет писать. В отделении полиции у нее не хотели принимать заявление, заставляли писать самой и по-русски, а женщине, которая ее спасла, не давали помочь. Заявление мигрантка писала несколько часов.

«Сначала она жила в безопасном месте. Ее семья давила на нее, чтобы вернулась к мужу, и она ушла, видимо, к нему. Забрала ли она заявление, мы не знаем», — говорит Гнездилова.

Вторая заявительница обращалась в «Правовую инициативу» еще до карантина. Назову ее Анастасия. Она была вынуждена вернуться к мужу из безопасного места, потому что не смогла устроить троих детей в школу и садик по новому месту жительства. Анастасия неоднократно обращалась в полицию, но в возбуждении дела отказывали. Правозащитники обжаловали отказ, но сейчас работа судов по таким делам приостановлена, и нужно ждать.

Ольга рассказывает: «Муж — действующий сотрудник полиции, она обращалась к его начальству, его вызвали на беседу, спросили о причине конфликта, в чем она фактически виновата. Потом сказали, что ничего не могут сделать даже в дисциплинарном порядке, хотя у нее зафиксированы все телесные повреждения, она обращалась к медикам, вызывала полицию».

Третьей женщине, назову ее Александра, угрожает бывший сожитель. Он и раньше ее преследовал и угрожал, а сейчас начал дежурить у нее в подъезде и угрожает изнасилованием. Александра боится за себя и своего ребенка.

«Он пытается ее вернуть, но в очень агрессивной манере. Называет последними словами, следит, разговаривает ли она с мужчинами, постоянно говорит, что он ее изнасилует. Он довольно опасный человек, ходит с ножом. До карантина полиция неоднократно выезжала на ее вызовы, один раз изымали у него оружие, но она говорит, что он все равно ходит с ножом. Сейчас мы предложили ей юридическую помощь, но она боится, что это разозлит его еще больше. Она говорит, что полиция ничего не сделает, она его только разозлит, и он ее убьет, а ее ребенок останется сиротой. А сейчас эта женщина перестала нам отвечать».

«Люди сейчас, как никогда, спасаются и защищаются как могут»

Из 176 женских и правозащитных организаций по всей России на мои вопросы о домашнем насилии мне ответило 25. Председательница Дагестанской региональной общественной организации психологов и социальных работников «Психея» Элина Славинская рассказала мне, что люди больше звонят и «робко спрашивают» о вариантах помощи, но приходят в организацию очень немногие.

«За прошлый месяц позвонило человек 15-18. У меня ощущение, что это какое-то затишье перед бурей, а вернее бешеным цунами, которое нас еще накроет, — считает Славинская. — Обращения неадекватны происходящему. Это психотравмирующие факторы, ретравматизация, регрессия. У людей включаются механизмы психологической защиты, поэтому сейчас все так приглажено и тихо. Люди дезориентированы и “прибиты”. Тихо, зловеще тихо».

Руководительница Общественного движения женщин Тбилисского района «Надежда» в Краснодарском крае Кира Васильева рассказала мне, что и обычно «рядами и колоннами» женщины не обращались.

«С начала пандемии был один звонок, но пока молчок. Может, в городах и чаще обращаются, а на селе своя специфика, но не потому, что насилия нет, а в силу веками сложившихся традиций, отсутствия реакции в полиции, сами женщины боятся огласки и еще много других причин», — объясняет Кира.

Специалист по социальной работе хабаровского кризисного центра «Не одна» Марина Потурай рассказала мне, что жалоб о домашнем насилии нет совсем, но их не было и раньше. Министерство труда и социальной политики Магаданской области ответило мне, что в среднем от семей с детьми поступает 15-20 обращений в месяц, люди спрашивают о материальной помощи. Не изменилась ситуация во «Владимирском комплексном центре социального обслуживания населения», кировском приюте «Вифлеем в Вятке», тюменском центре «Семья», петербургском «Центре социальной помощи семье и детям», московском «Центре социальной поддержки женщин» и «Центре помощи женщинам и детям города Москвы».

Фото: Александр Музыченко / Коммерсантъ

Специалистка томского кризисного центра «Семья» и консультантка всероссийского телефона доверия Татьяна Дмитриева рассказала мне, что было одно обращение от девушки из сибирской глубинки. «Ее выгнал муж из дома с ее ребенком от первого брака. Обращалась везде, но никто не смог оказать помощь из-за карантина. История возмутительная, — говорит Татьяна. — У нас в Томске в приюте проживает одна женщина с двумя детьми, но насилие у нее давнее и запущенное. Она третий раз пытается уйти от мужа».

Директор центра «Насилию.нет» Анна Ривина рассказала мне, что женщины стали чаще писать, потому что не могут звонить. Руководительница «Независимого социального женского центра» в Пскове Елена Яблочкина говорит, что звонков на телефон доверия стало меньше, а защита прав женщин от насилия в семье из-за пандемии усложнилась.

«Женщины и дети оказались заложниками, закрытыми в своих домах.

Агрессор находится все время в доме рядом с женщиной, это означает, что даже возможность позвонить на телефон доверия или написать в чат становится не всегда возможной,

— говорит Яблочкина. — Мы вырабатываем новые формы оказания помощи, новые алгоритмы построения разговоров с пострадавшими. Насилия в семьях стало больше, а женщины и дети не могут обратиться за помощью. Мы бьем тревогу, потому что знаем специфику проблемы насилия и поведения агрессора и подвергающихся насилию и жестокому обращению. К сожалению, отсутствие в нашей стране закона о домашнем насилии очень усугубляет ситуацию для пострадавших. Люди сейчас, как никогда, спасаются и защищаются, как могут».

Сотрудница иркутского благотворительного фонда «Оберег» Анастасия Афанасьева говорит, что в фонд стали звонить чаще. Если раньше было два-три звонка в неделю, то сейчас звонят и пишут каждый день и «слезно просят заселиться». Ситуации чаще всего такие, говорит Афанасьева: пара осталась без работы, муж начинает злоупотреблять алкоголем, происходят скандалы из-за того, что нечем платить за жилье, расплачиваться по ипотеке или кредитам, нечем кормить ребенка.

«Даже наши друзья-волонтеры, одинокие мамы с детьми, оказались без средств к существованию, мы сейчас вынуждены оказывать поддержку им. Люди остались без денег, не думали, что так получится, — говорит Афанасьева. — Сейчас у нас проживает 65 человек: 22 мамы и 43 ребенка, можем вместить 85. За период самоизоляции к нам заселились шесть человек. Раньше тубдиспансер бесплатно делал флюорографию тем, кто не прикреплен к поликлинике города, но сейчас исследования делать не могут, а у нас размещены грудные дети, мы не можем рисковать их здоровьем, только поэтому мы многим отказываем, не можем допустить, чтобы пандемия дошла до нас».

Директор иркутского кризисного центра «МАРИЯ» Наталья Кузнецова рассказала мне, что специалисты центра стараются помочь дистанционно или принять женщину к себе с условием изоляции. «Агрессоры из-за тревожности стали более жестокими. Уйти некуда, большинство соблюдает изоляцию и не рискует. Безнаказанность делает свое дело», — говорит Наталья.

Руководительница самарского проекта «Знание» Анастасия Бабичева рассказала, что в среднем обращений стало больше на 20%, чаще стали обращаться свидетели насилия: знакомые, родственники, соседи.

«Это говорит о том, что проблема насилия в условиях ограничений стала более видимой. А также это подтверждает, что свидетель насилия — такой же участник ситуации, для которого совершаемое насилие также является болезненным и нежелательным опытом, — говорит Бабичева. — У нас небольшой проект, региональный, поэтому и количество обращений скромное. Обычно в месяц мы получаем пять-семь новых обращений. Сейчас эта цифра возросла до примерно десяти обращений в месяц».

В #ТыНеОдна за апрель поступило 1352 обращений, когда в обычное время это 500-700 жалоб. В «Зону права» с 30 марта обратилось 70 человек, примерно в два раза больше обычного. А в Центр «Сестры» в апреле обратилось вдвое больше женщин, чем в марте.

Министерство внутренних дел не ответило на мой запрос о домашнем насилии.

Соавтор закона о домашнем насилии Алена Попова рассказала, что агрессоры стали использовать более изощренные методы на самоизоляции. Например, прижигают руки, шею, пальцы горячим утюгом или плойкой.

«Основная проблема заключается в том, что закон (о противодействии семейно-бытовому насилию. — «МБХ медиа») до сих пор не принят и не введены охранные ордера, — объясняет Попова. — Жертва либо должна понимать, что она сбежит и должна будет оплатить штраф за нарушение этого принудительного домашнего ареста, который почему-то назван “самоизоляцией”, либо должна оставаться с агрессором. Мы фиксируем бурный рост обращений, и все обращения начинаются с одних и тех же строчек: “Девчонки, помогите, пожалуйста, не знаю, что делать”. А мы не можем машину примчать в какой-то регион или потребовать от коллег нарушения самоизоляции. Мы все понимаем, что наше государство не собирается никак защищать жертв насилия, а оно даже это не отрицает».

МВД России 10 мая заявило, что не фиксирует рост случаев домашнего насилия, а, наоборот, таких преступлений в марте было зарегистрировано на 6,5% меньше по сравнению с 2019 годом, а в апреле — на 23,4% меньше.

Екатерина, которая сейчас находится с мужем на самоизоляции и спит с пультом охраны в руках, говорит, что самое страшное — чувство безысходности и бессилие.

«Представляете, какую я только муть в браузер ни вбивала: “Мой муж меня материт, что делать?” — “Прокачайте себя, прокачайте свою женственность”. На тысячный запрос мне попала информация о домашнем насилии, а я даже не думала, что это так называется».

Если вы попали в ситуацию, связанную с домашним насилием, вы можете обратиться в следующие организации:

  • Сеть взаимопомощи женщин #ТыНеОдна
  • Проект «Крепость» находит убежище жертвам домашнего насилия в Москве
  • Специальная горячая линия «Зоны права» +7 (917) 897-60-55 (WhatsApp, Telegram)
  • «Правовая инициатива» srji. [email protected]
  • Национальный центр по предотвращению насилия «АННА». Всероссийский бесплатный телефон доверия для женщин, пострадавших от домашнего насилия: 8 (800) 7000 600, [email protected]
  • Центр помощи пережившим сексуальное насилие «Сестры». Телефон доверия: 8 (499) 901 02 01 (будни с 10 до 20), [email protected]

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

как мой любящий муж за год превратился в садиста / Происшествия Красноярска и Красноярского края / Newslab.Ru

В России каждый год несколько тысяч женщин страдают от домашнего насилия. При этом зачастую жертвы не всегда заявляют в полицию или, заявив, вскоре пишут отказную, мотивируя это примирением с «любимым» или жалостью к нему. Но терпение имеет свойство иссякать, и женщины начинают бороться за себя. Newslab поговорил с девушкой — жертвой домашнего насилия, которая сумела выбраться из кошмара только спустя полтора года издевательств.

«Классно, когда есть мужик в доме»

При знакомстве у Андрея (имя изменено) был очень положительный образ: мог помочь человеку на инвалидной коляске заехать в горку или купить детям-сиротам мороженое. Его приняли хорошо, очень понравился родителям и друзьям. Все радовались, что я в надежных руках. Тогда он не употреблял алкоголь, изредка — безалкогольное пиво. Говорил, что раньше «по пьяни» творил нехорошие вещи. Я думала, что просто задирался на других парней в барах, клубах. В целом, его поведение мне не внушало никаких опасений.

Мы начали встречаться. Потом он переехал к нам: с моей дочерью-подростком от первого брака мы жили в своем доме. Я думала: «Классно, когда есть мужик в доме». Как-то все наладилось, свет везде выключается, шкафчики закрываются. В общем-то, все было нормально. Через год начали планировать беременность. Это было наше совместное желание.

Первая ссора

Однажды, когда я была на четвертом месяце беременности, мы поехали на день рождения знакомого. Тогда Андрей уже начал выпивать. На вечеринке резко позвал меня домой. Приехали, выяснилось: кто-то из парней сказал ему, что «бывший хочет меня вернуть». Он психанул и кинул в меня кошкой. У меня был огромный синяк сбоку живота. Я сказала: «Убирайся и больше сюда не возвращайся». Около недели мы прожили раздельно. Потом он вернулся — и все опять вроде стало нормально. До Нового года прожили мирно. Андрей звал меня замуж периодически, но я не торопилась. После праздника все-таки согласилась.

Был хорошим, но устал

Последние месяцы беременности он очень старался для меня. Если зашкаливали гормоны, то сглаживал углы. Идеальное было время… Родился сын, муж был замечательным, много работал. В сентябре, когда сыну было около пяти месяцев, Андрей не приехал домой ночевать. Потом заявил: «Вам будет лучше без меня, я чувствую себя никчемным».

Видимо, слишком много на него свалилось каких-то трудностей, обременений. Конечно, я сейчас начинаю оправдывать его. Но это слабость.

Вторая крупная ссора произошла перед следующим Новым годом. Приехал его друг… и начался настоящий трэш. Андрей строил из себя суперхозяина: кулаком по столу треснул — и все вокруг бегают. В итоге мы разругались, он кинул в меня собакой. Я развернулась и посреди ночи уехала. Андрей начал звонить моей маме с матами и угрозами, говорил, что я уехала непонятно куда и непонятно зачем, даже сказал: «Чтоб эта тварь сдохла». Он звонил всем моим друзьям посреди ночи, лил на меня словесные помои.

Утром я вернулась домой. От собаки было полностью расцарапано лицо. Сказала, чтобы собирал вещи и уезжал вместе с другом. Как только товарищ уехал, Андрей начал ломиться домой: «Ты же понимаешь, что я все это написал, потому что был зол на тебя». Я настояла, чтобы он извинился перед моей мамой. Мы помирились.

На 23 февраля пригласили моих родителей к нам. Новогодняя история с грубым поведением Андрея повторилась. Папа не выдержал: «Я не позволю, чтобы с моей дочерью так разговаривали». Они чуть не передрались, в итоге родители уехали.

«Он загнул меня под руль и начал методично бить»

Все шло к расставанию. В мае мы разъехались. Было много ругани, унижения в мою сторону. Однажды он должен был посидеть с сыном. Ребенок был у бабушки, мы поехали за ним. В машине возле дома Андрей начал мне выговаривать. Я сказала спокойно: «У меня кроме ненависти к тебе больше ничего нет». Он ответил: «А у меня желание вывезти тебя в лес и избить».

Он потянулся в мою сторону. Как объяснил позже, хотел открыть дверь и выкинуть меня из машины. А я подумала, что он хочет ударить, оттолкнула его за лицо и поцарапала нос. Он взял меня за волосы, загнул под руль и просто методично начал бить головой, держа сзади за шею. После этого выбежал, выволок меня за волосы из машины. Пошел потом, попил водички спокойно.

Я забрала ребенка от бабушки, вызвала такси и уехала. Дома закрылись на замок. И услышала, что он приехал. Я хотела написать на него заявление, но меня отговорила подруга. Сейчас безумно жалею, что не сделала этого. Позвонила его другу, попросила, чтобы тот связался с Андреем, сказал, чтобы уехал с моего двора. В итоге этот друг увез его в другой город на несколько дней, чтобы сделать ему алиби. Будто они уехали гораздо раньше, и ничего описанного мной вообще не происходило.

«Одной рукой душил, другой бил методично по лицу»

После приезда Андрея в город я собирала его вещи, а он вывозил их. Я продолжала жить своей жизнью. Подала на развод и на алименты. Но чувства все равно накатывают. Осенью он попросил увидеться, я разрешила. Андрей приехал с пивом. Уложил ребенка и напился. Мы начали ругаться. Он собрался ехать домой нетрезвым. Я забрала ключи от машины. Он начал кричать: «Ты у меня жизнь забрала, сына забрала, еще и последнее — машину мою — хочешь забрать?». Выскочил на улицу, я закрыла дверь на замок, видела, что он уже на взводе. Сказала, когда успокоится, пусть возвращается и проспится.

Около часа ночи так и произошло. Я, ничего не подозревая, открыла дверь. Он схватил меня за волосы, протащил по крыльцу, оттащил за угол дома, сказал: «Здесь тебя никто не увидит». У меня частный дом, с окон этот угол не просматривается, плохо освещается. Пока он тащил, я просила его успокоиться.

Андрей сел на меня сверху и стал бить. Одной рукой душил, другой бил методично по лицу. Самое страшное, что я даже не кричала: боялась разбудить сына и напугать дочь. Я смотрела мужу в глаза, плакала, говорила: «Андрей, успокойся, что ты делаешь». Потом начала задыхаться и терять сознание. В этот момент у него на миг случилось просветление, он меня отпустил. Я ему сказала, что отдам ключи. Зашла домой, выкинула ключи из окна и он уехал.

Сразу после я ему скинула фото моих ран — а он попытался сделать вид, что ничего не знает. Ответил: «А что с тобой случилось? Кто тебя так? Иди сюда, пожалею».

Конечно, тогда надо было просто вызвать полицию. Но я не оценила масштабов бедствия.

«Я согласилась, чтобы на него завели уголовное дело»

В тот день я просто боялась выйти из дома. Думала, что он караулит за углом. Было страшно ложиться спать: Андрей знал все тайные лазы в дом. Мне показалось, что была трещина в челюсти. Потом стало больно наступать на ногу. Утром поехала в травмпункт. Рентген ноги показал осколочный перелом, практически сразу повезли на операцию. Поставили спицу. С ней ходила больше месяца.

У меня зафиксировали повреждения средней тяжести: осколочный перелом пятой плюсневой кости, многочисленные ушибы лица, кровоподтеки, ссадины на лице и теле, глаз подбит, гематомы на руках, ногах, бедрах, на подбородке синяки.

В таких случаях автоматически возбуждают уголовное дело, мне оставалось только сказать: «Да, претензии имею» и подписать документ. Странно только, что все это затянулось. Я вышла из больницы и думала, что мое дело сразу отдадут на судмедэкспертизу, а после ее заключения Андрею предъявят обвинение. Но пока ему даже не звонили, следователь сказал «дать ему время расслабиться, чтобы он не ожидал». Радует, что в полиции считают: все шансы довести дело до суда есть, и ему хотя бы «условку» дадут.

Кстати, потом я узнала, что первую жену он тоже пытался задушить. Из-за этого они развелись. И сейчас, когда дело, хоть и не быстро, идет к суду, я нашла ее, попросила выступить на заседании. Единственное, не понимаю, почему наши общие знакомые не сказали этого мне. Все знали, могли просто намекнуть, типа, будь с ним аккуратнее. Я бы лишний раз подумала.

Что происходит сейчас?

Когда я была в больнице, было нереально страшно. Думала переехать к подруге — у нее пустует квартира. Но дом без лифта, третий этаж, я на костылях. Это невозможно.

В первый день после выписки дома у меня была паника. Но сейчас, спустя время, я чувствую себя безопасно. Лаз, через который можно было попасть без ключа, заколочен. У меня бывает страх ночью, когда видно, что я хожу по дому. Думала продать его. Есть желание уехать куда-то. На всякий случай купила газовый баллончик.

Несколько раз Андрей попросил увидеться с сыном, я отказывала. Если его осудят, буду пытаться хотя бы ограничить родительские права. Лишить совсем вряд ли получится.

Что изменилось после этой истории?

Все лето у меня была какая-то надежда, что человек изменится, одумается, будет пытаться возобновить отношения. В эту семью я вложила очень много сил. Думала, что это навсегда, не будет никаких разводов. Я заботилась о нем. У нас были общие цели — хотели взять ребенка из детдома, даже записались в школу приемного родительства.

Материалы по теме

И с этим человеком я была готова работать над собой, развиваться. При этом чувствовала, что он деградирует. В общей сложности мы прожили вместе три года, спустя примерно полтора года после начала отношений проявилась его «темная сторона». Наверное, все должно было произойти, чтобы я вычеркнула Андрея из своей жизни.

Я стала больше копаться в себе. В начале лета очень винила себя, что недодала человеку заботы. Но, прочитав все наши переписки с самого начала на «трезвую» голову, поняла, что он мной просто манипулировал. Андрею постоянно требовалось доказательство его значимости, мужественности. У него очень ранимое мужское самолюбие.

Я благодарна, что это человека больше нет в моей жизни. У нас скоро развод. На суд по алиментам он не пришел.

Сейчас я не стремлюсь ни к каким отношениям. Мне правда страшно доверять свою семью мужчине. Раньше такого не было. Я не скажу, что я какая-то искалеченная или загнанная. Наоборот, это все сделало меня сильнее.Мне очень многие сейчас говорят: «Смотри, не помирись с ним». А я понимаю, что самое страшное, когда женщины в таких ситуациях прощают. Я не намерена этого делать.

Примечание от редакции: В настоящее время российское правительство не рассматривает домашнее насилие в качестве «серьезной проблемы» и считает, что его масштабы в стране «достаточно преувеличены». Такая позиция, как пишет «Коммерсантъ», высказана в официальном ответе Минюста в ЕСПЧ, где рассматриваются дела четырех пострадавших женщин, включая Маргариту Грачеву, которой бывший муж отрубил кисти рук.

Беседовала Влада Калиниченко специально для интернет-газеты Newslab.ru

Что делать жене-христианке, если муж жестоко ее избивает?

Что делать жене-христианке, если муж жестоко ее избивает?
    
     

Уточнить • доля • Отчет • На вопрос 18 ноября 2013 г. • Анонимный

Ответы сообщества отсортированы по голосам. Чем выше голос, тем выше будет ответ.

Эмо Тенорио Сторонник Шомер
 Ваша обязанность номер один - защитить себя и своих детей от угрозы любого насилия, независимо от его источника!

Это не ваша вина. Не совершайте ошибку самообмана, что вы можете исправить его, все будет хорошо.

Профессиональные услуги должны решать проблемы, стоящие за насилием. Будьте честны с собой: это был первый раз? Каковы шансы на 2 или 3 раунд?

Свяжитесь с правоохранительными органами, чтобы быстро задействовать всю правовую систему в ситуации.Обратитесь к своему пастору, в церковь или к тем, кто даст вам хороший совет и безопасность. Есть дети?

Будьте мудры, не возвращайте себя в опасную ситуацию сладкими бессмысленными пустыми словами. Иногда лучше и безопаснее уйти.

Считайте, что в какой-то момент все уйдут, теперь ВЫ выбираете возвращение на брачное ложе, чтобы спать с одним открытым глазом, ожидая?

Наберитесь мужества, моя сестра леди.  Надо много задуматься. Оставайтесь в молитве и общайтесь с теми, кто любит и заботится. 1 Кор 16:13 

19 ноября 2013 • 3 ответа • Голосовать за • доля • Отчет


Рэйчел Тингл
 Я не видел слишком много увещеваний, чтобы вызвать полицию.Я поделюсь этим с вами. Я пережил то же самое много лет назад, и мне было трудно позвонить в полицию. Затем я прочитал Римлянам 13: 1-5. Бог помог мне понять несколько вещей. Во-первых, нападение - это преступление. Это не просто мой муж насилует меня. Он нападает на меня, пытается убить меня, и это ПРЕСТУПЛЕНИЕ. Я помню, как консультант сказал мне, что они не всегда хотят тебя убить. Иногда они просто бьют вас, и вы бьете по столу на пути вниз, не в ту сторону. Итак, что мы делаем, когда становимся жертвами преступления? Какие у нас есть варианты?

Стих 4 - Власти посланы Богом, чтобы помочь вам. ... власти установлены Богом с той самой целью, чтобы наказать тех, кто поступает неправильно.

Ниже приведена отличная статья о том, как закон сдерживает грех.
http://www.ligonier.org/learn/articles/restraining-sin-civil-use-law/

Я согласен с разделением, но я также согласен с Писанием в том, что гражданский закон был введен в действие, чтобы ограничить грех от его полного выхода. Пожалуйста, будьте мудры, потому что это очень опасно. Уход - самое опасное время. Позвольте мне сказать это тоже, и я действительно хочу, чтобы вы это подумали.Если вы не готовы уйти, если какая-то часть вас вернется, если вы на самом деле не готовы разделиться и позволить этому человеку получить серьезную помощь, я бы посоветовал вам не делать этого. Часто люди спрашивают женщин, почему они продолжают возвращаться. Ответ в том, что в их сердцах никогда не было решимости уйти. Мы, со стороны, смотрим на насилие, и оно не имеет смысла. Никто не понимал моего страха перед отъездом, а также моей любви к бывшему в воспоминаниях о хороших временах.  Никто, кроме вас, не знает вашего предела.Для одних женщин это первый удар, для других - пуля в голову. Для некоторых смерть разлучит. Если вы понимаете, о чем я?

Я говорю это, потому что легко сказать отдельно, но в этом много всего, и есть последствия. Мой бывший преследовал меня, преследовал меня и мою семью вместе с моими друзьями. Это было ужасно! Он снова попытался прибегнуть к насилию и был арестован. Он звонил мне на работу, угрожал мне и все такое. Это было после того, как я решил, что это все. Вы должны быть готовы к тому, что вас ждет, и к тому, что вам придется делать, чтобы быть в безопасности.Я не знаю этого человека, масштабов его насилия или поведения, но вы должны быть готовы. Пожалуйста, знайте, что я был профессионально обучен говорить об этом, так что это долго. Уход требует очень твердого и спланированного решения. Вам нужно связаться с людьми, которые могут помочь вам и сделать это незаметно. Вы должны спланировать уход. Извините за длину, но мое сердце болит за вас, и я хочу, чтобы вы были в безопасности, и я хочу, чтобы он получил необходимую помощь. 

Планирование - это знание, куда вы можете пойти, наличие документов, финансовой поддержки, анонимности, консультационных услуг и т. Д.Не позволяйте этому ошеломить вас, потому что есть люди, которые могут помочь. Я считаю, что вам действительно нужна помощь. Вы в моих молитвах ... 

10 апреля 2014 • 2 ответа • Голосовать за • доля • Отчет


Сет Фриман
 Немедленно выйдите из опасной ситуации.Немедленно. Хотя развод по какой-либо причине, кроме прелюбодеяния, не подходит для двух христиан, это не означает, что развод - это неправильно. 

18 ноября 2013 • 1 ответ • Голосовать за • доля • Отчет


Шанна Дак «Пусть поиск будет произведен в царских архивах . ..» Ездра 5:17 NIV
 «Христианин» мужчина (или женщина), который жестоко обращается со своей супругой таким образом, не подчиняется Слову и не живет как христианин, но хуже язычника.. Хотя он может принести домой зарплату, он определенно не обеспечивает «нужды» своей семьи, а вместо этого злоупотребляет ими и бесчестит имя Христа. Я не могу понять, как женщина, остающаяся в этой ситуации, может привести других к спасению, скорее, такая ситуация только нанесет упрек Евангелию и может заставить любых детей в семье презирать христианство за то, что они позволили себе и своей матери страдать.

В целях безопасности женщине необходимо забрать своих детей, если таковые имеются, и где-нибудь найти безопасное убежище.Крайне жестокие мужчины нестабильны и в конечном итоге могут убить своих супругов.

Я думаю, что церковь, особенно в некоторых из наиболее консервативных деноминаций, закрывала глаза на физическое, словесное и психологическое насилие. Пастор и дьяконы церкви должны занять твердую позицию в этом вопросе и проповедовать с кафедры, что, в то время как христианка покорна своему мужу, муж-христианин ДОЛЖЕН жертвенно любить свою жену и относиться к ней с уважением, как к более слабой.  судно. Духовенство также должно дать понять, что, хотя женщина несет ответственность за свои действия, она НЕ заслуживает жестокого обращения.Часто супружеское насилие является делом для закона или для профессионалов, поскольку могут иметь место такие проблемы, как алкоголизм, сильный стресс или психическое заболевание. Но Церковь должна быть уверена, что мужчины понимают, что супружеское насилие - это грех, с которым нельзя мириться, и что жестокие мужья будут наставлены и в конечном итоге лишены общения в соответствии с Писанием. 

20 ноября 2013 • 0 ответов • Голосовать за • доля • Отчет


Беверли Метер
 Все вышеперечисленное правильно согласно Священному Писанию...... ЕСЛИ ты останешься, ты только
позволяя «Грехам отцов» [многократно передаваться из поколения в поколение], НАУЧАТЬ своим примером своим детям.  "Отцовский гнев, а не гнев ваших детей".

Вы должны отделить себя и позволить БОГУ овладеть вашим мужем
[когда вы продолжаете молиться за него] «Не преклоняйтесь под чужое ярмо».
НО ваше пребывание только дает вашему мужу разрешение на продолжение насилия!

Это ГРЕХ ... Мой отец, имеющий лицензию и рукоположенный служитель, дал показания в суде, чтобы убрать подвергшуюся сексуальному насилию жену и детей [из семьи его конгрегации], чтобы защитить их.[Жестокое обращение, известное в обществе в течение многих лет .... обычно кто-то знает, но многие не встают, чтобы помочь. ] Жестокий отец [который ходил в церковь со своей семьей] был осужден и заключен в тюрьму.

Спустя годы на собрании церкви к моему отцу подошел высокий красивый мужчина и спросил: «Ты знаешь, кто я, пастор?» Затем он представился и своему брату и сказал: «Мой отец спас их семью».

Он, его брат и его сестры теперь все работали в министерствах и миссиях со своими семьями; они считали моего отца «их духовным отцом». Согласно Священному Писанию, Он вмешался, чтобы скрыть и защитить их от зла. «Грехи Отца» были разрушены в их семье и ИСЦЕЛЛЕНЫ БОГОМ. 

10 апреля 2014 • 0 ответов • Голосовать за • доля • Отчет


Грегори Томлинсон Министр, муж, отец, дедушка, ветеринар, выпускник колледжа
 Оставьте его отдельно от себя, не сомневайтесь, убирайтесь.Неважно, какое у него есть оправдание для этого поступка. Бегите, вы подвергаетесь опасности, любая другая реакция вводит в заблуждение.

Ни у кого нет Божьей санкции физически причинять боль другому. Очевидно, ему не нравится жить с вами. Бегите, уезжайте, если у вас есть дети, подождите, пока это будет безопасно, и обратитесь в полицию СЕЙЧАС, если возможно.

Я молюсь за вас СЕЙЧАС ищите помощи он волк в овечьей шкуре получите помощь СЕЙЧАС! НЕ ЖДИТЕ 

20 ноября 2013 • 0 ответов • Голосовать за • доля • Отчет


Мелоди Саттер-Фишер Министр — евангелист — Сердце для бездомных
 Этот человек, очевидно, НЕ христианин, потому что если бы он действительно был, он бы не приложил руку к своей жене, чтобы причинить ей какую-либо боль. Жена - помощница мужа, то есть ЕСЛИ муж является духовным лидером в семье, он не может быть духовным лидером и действовать таким образом. Мы часто принимаем это за покорность во всем. Бог не хотел, чтобы кто-либо из нас подвергся насилию со стороны мужа или жены. Тебе, сестра во Христе, нужно бежать из этой ситуации, делать, как сказала Бернита, и искать Бога в молитве за свои ответы. Ищите совета Святого Духа, который направит вас, исцелит вас и упорядочит ваши повседневные шаги. Но ищите Его в безопасности, подальше от насилия этого человека.

10 апреля 2014 • 1 ответ • Голосовать за • доля • Отчет


Гленн Харрелл Министр двойного профессионального образования, писатель
 Что ей "делать"?
То же самое было бы неплохо сделать и женщине / жене нехристианки. 

На протяжении многих лет я работал с мужчинами (христианами и не-христианами), которые прибегали к личному насилию как средству разрешения конфликта.Большая часть конфликтов со стороны мужчины проистекает из нерешенных проблем в его прошлом. Если не решить проблему, они растут как раковые опухоли. При отсутствии лечения любой человек - мужчина или женщина - может нанести вред другому.

Мужчины (особенно мужчины) медлительны и сопротивляются обращению за помощью при эмоциональных проблемах.
Наша гордость говорит нам, что мы должны быть сильными сами по себе.
Наша культура говорит нам не плакать и не казаться слабыми.
Ирония заключается в том, что тот же мужчина, который причинит вред женщине или ребенку, в конечном итоге слаб и менее чем мужественен.Если мужчина бьет свою жену или причиняет ей вред в виде эмоциональных всплесков, содержащих критику и унижение, жена должна знать, что это произошло не просто так. Он долгое время питал эту внутреннюю ярость против самого себя. Предупреждающие знаки присутствуют почти всегда, и к ним нельзя относиться легкомысленно.  Например: депрессия - это гнев, обращенный внутрь. Алкоголь - смертоносный механизм выживания. Наркотики могут эффективно маскировать скрытую правду стыда, вины и страха.

Печальная реальность состоит в том, что мужчины (и женщины), которые позволяют своему эмоциональному и духовному «я» деградировать, катятся по скользкой дорожке, в которой консультирование (профессиональный, лицензированный терапевт) абсолютно необходимо.В этом нет ничего постыдного. Это просто факт жизни, что нам нужна помощь помимо нас самих. Бог снабдил и одарен людьми, чтобы они помогали нам нашим разумом, так же как Он имеет наши дух и тело. Все они время от времени нам нужны.

Позор наступит, когда мужчина или женщина проигнорируют первое нарушение и, возможно, позволят второе - третье…
Позор наступит, когда этот мужчина на самом деле оскорбляет / причиняет вред / бьет свою жену, и она поступает правильно. ВЫЗОВИТЕ ПОЛИЦИЮ. Они приходят и арестовывают преступника. (иногда на глазах у детей)
Позор придет, когда он или она будет сидеть в тюрьме, размышляя, как до этого дошло. Тем не менее, Бог может использовать этот позор, чтобы вызвать покаяние и желание получить помощь. И женщина, и мужчина нуждаются в помощи и совете. Жестокое обращение никогда не является приемлемым средством разрешения конфликта, и ни в одном браке нет «невинного» партнера.

Брак - это два очень грешных и эгоистичных человека, которые собираются жить вместе как один. Друг другу приходится очень много работать над собой и своим браком. Каждый должен полагаться на любовь и благодать Бога и ценить их превыше всего. Это внутренняя работа, которую может выполнять только Бог.Человеческое сердце должно знать трансформацию, которая происходит только от Иисуса Христа, живущего внутри. (Иоанна 3: 1-19) Самый большой подарок, который женщина или мужчина могут предложить друг другу в браке, - это такое искупленное сердце. Как бы ни было важно консультирование - НИКАКОЕ КОЛИЧЕСТВО СОВЕТОВ НЕ МОЖЕТ ЗАМЕНИТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ПОТРЕБНОСТЬ В ПРОЩЕНИИ ОТ БОГА И СПАСЕНИИ ЧЕРЕЗ ИИСУСА ХРИСТА как основу для жизни и жизни грядущей. 

Если вы хотите, чтобы ваш муж или жена вели себя подобно Христу - у них должен быть Христос внутри. Не как религиозное косметическое средство.

Муж и жена; Если вы видите признаки проблемы, действуйте сейчас - не ждите -
обратитесь за профессиональной помощью.Просто примечание: многие пасторы также хорошо подготовлены в области терапии и консультирования, но большинство из них - нет. Хороший пастор знает свою роль, а также свои ограничения. Чаще всего у него есть список квалифицированных советников, которые могут направить его прихожан.

Мы с вами можем скрыть правду от наших супругов, пасторов и друзей. Иногда даже от мудрого терапевта. Но, к счастью, Бога нельзя обмануть или обмануть. Он может помочь нам взглянуть в лицо самим себе. Его Слово может показать нам правду о нас самих. Его Дух может информировать и преобразовывать наши жалкие «я» в детей Бога, которые ежедневно растут в подобии нашего Спасителя Иисуса Христа.(Колоссянам 2: 6-7)

«Ничего не скрыто от Бога! Он все видит, и нам придется сказать ему правду».  (Евреям 4:13)
Благословения всем ... 

11 апреля 2014 • 0 ответов • Голосовать за • доля • Отчет


Ванесса Паннути
 Я считаю, что тело принадлежит Господу, и вы должны стараться предотвратить систематическое, постоянное злоупотребление им.Молитесь за своего партнера, потому что обидчики обычно в прошлом переживали ужасные переживания, которые приводили к искажению моральных ценностей. Подобно зашифрованному телевизионному экрану, их распознавание не является здравым. Я надеюсь, что однажды они увидят смысл.

Постарайтесь остановить вспышку насилия, но помните, что полиция остановит ее с помощью сведений о судимости и тюремного заключения на основе доказательств; даже если вы откажетесь делать заявление, вы пойдете по этому пути. Все эти реабилитационные программы или консультации по большей части являются дымом в глазах и не работают. Разделитесь, если совместная работа пагубно сказывается на вас обоих. Ваш партнер, очевидно, тоже ранен. Печально, что вас обманывают таким образом, вы, должно быть, думали, что находитесь с другим человеком в начале ваших отношений; научитесь распознавать предупреждающие знаки, и в будущем даже жесткие обидчики хорошо скрываются. 

12 августа 2014 • 0 ответов • Голосовать за • доля • Отчет


Добавьте свой ответ

Все ответы ПРОСМОТРЕНЫ и МОДЕРИРОВАНЫ .
Убедитесь, что ваш ответ СООТВЕТСТВУЕТ всем нашим рекомендациям.

Что дает хороший ответ? ▼

Хороший ответ дает новое понимание и перспективу. Вот рекомендации, которые помогут облегчить значимый опыт обучения для всех.

  1. Придерживайтесь Библейского утверждения веры.
  2. Ваш ответ должен быть полным и автономным .
  3. Включите подтверждающих аргументов и, если возможно, ссылок на Священные Писания.Постарайтесь ответить на вопрос «почему».
  4. Придерживайтесь правильного тона и духа любви и понимания.
  5. Для получения дополнительной информации см. Полное руководство по eBible

«Я ударил жену, когда она повысила голос»: Почему некоторые мужчины бьют своих жен

«Я сильно ударил ее и ударил ее лицом о стену… у нее пошла кровь над губой. Она не могла говорить несколько минут. У нее на лбу появилась огромная шишка. Когда я понял, что наделал, я немедленно отправил ее в клинику.”

Арун (имя изменено) — один из многих мужчин, которые избивали своих жен или оскорбляли их. Согласно правительственным данным, домашнее насилие или жестокое обращение со стороны мужа / родственника считается высшей категорией преступлений против женщин в Индии. Арун винит свою жену и говорит, что не любит, когда она все время ссорится. «У меня есть сестры; они никогда не спорили, но моя жена имеет собственное мнение и делает то, что хочет, и это меня беспокоит. Я к этому не привык ». Житель Бхопала, он управляет магазином мобильных телефонов и теперь пытается наладить отношения со своей женой после нескольких консультаций в НПО и полиции, а также угроз развода со стороны своего тестя.
Викас (имя изменено), таксист, проживающий в районе Кота штата Раджастхан, рассказывает похожую историю. Он говорит, что у него вспыльчивый характер, который привел к нескольким ссорам с женой; в некоторых случаях приходилось вмешиваться полиции. «У меня проблемы с гневом, и мне не нравится, когда она повышает голос, из-за чего я бил ее в прошлом. Он утверждает, что сейчас все в порядке, благодаря консультациям, которые они посетили. Однако он не позволил ей поговорить с репортером. « Jo baat karni hai mujhse karo (Все, что вы хотите знать, спрашивайте меня). »
По данным NCRB, в 2019 году было зарегистрировано более 1,26 миллиона случаев домашнего насилия, что почти на 20000 случаев больше, чем год назад. Из них самые высокие случаи были зарегистрированы в Раджастане (18 432), за которым следует Уттар-Прадеш (18 304). Домашнее насилие неизменно оставалось главной причиной насилия в отношении женщин, за ним следовали смерти из-за приданого, подстрекательство к самоубийству и выкидышу.
Уровень осуждений за домашнее насилие в 2019 году составил 14,6%, что ниже, чем показатель осуждений за все преступления против женщин, составлявший 22 человека.2%. От социологических или поведенческих факторов, таких как гнев, зависимость, воспитание, экономический статус и психологическая нестабильность, до исторических факторов, таких как патриархальная система, в которой обычаи и ценности созданы в пользу мужчин, и стереотип о том, что женщины — слабый пол, причины разнообразны. .
Во время периода изоляции, вызванного пандемией Covid, в этом году ситуация ухудшилась. В Национальную комиссию по делам женщин поступило значительно больше жалоб от женщин, ищущих защиты от насилия в семье.Запертые в четырех стенах, экономическая незащищенность и неопределенность означали, что настроения иссякли, что привело к еще большему насилию дома.
К сожалению, домашнее насилие не ограничивается какой-либо определенной частью общества. На видео, которое стало вирусным в сентябре, был замечен бывший генеральный директор полиции (прокуратуры) Мадхья-Прадеш Пурушоттам Шарма, избивающий свою жену. Шарма отказался брать на себя ответственность. «Мы женаты 32 года … в 2008 году она жаловалась на меня. Но с тех пор она продолжает жить в моем доме, пользуясь всеми удобствами и путешествуя за границу на мои расходы.Это семейный спор, а не преступление. Я не жестокий человек и не преступник. К сожалению, я должен пройти через это. Моя жена преследует меня и установила в доме камеры ». После инцидента 29 сентября Шарма был отстранен правительством штата от должности специального генерального директора. 28 октября министерство внутренних дел Союза подтвердило его отстранение. В письме, направленном главному секретарю штата Мадхья-Прадеш, министерство внутренних дел направило Правительство штата должно привлечь Шарму к 27 ноября.

Устранение первопричины
Эксперты говорят, что в большинстве случаев речь идет об осуществлении контроля. Пытаясь почувствовать себя сильными, мужчины проявляют агрессивное поведение, которое не обязательно ограничивается физическим насилием, но также может быть словесным и включать эмоциональные манипуляции. Сарика Синха, директор политических кампаний и коммуникаций, ActionAid India, неправительственной организации, занимающейся правами ребенка, правами женщин и реагированием на чрезвычайные ситуации, говорит, что это борьба за власть, глубоко укоренившаяся в патриархате.Злоупотребление алкоголем или другими веществами — всего лишь отговорки. «Будет ли мужчина в состоянии алкогольного или наркотического опьянения ударить своего начальника, коллегу или незнакомца, проходящего мимо него? Нет. Только жену, потому что он думает, что она слабая цель».
По словам доктора Раджива Мехты, психиатра из больницы им. Сэра Ганга Рама, домашнее насилие уходит своими корнями в патриархат. Иногда мужчины, совершающие преступления, также страдают от депрессии, мании, злоупотребления наркотиками или просто разочаровываются и считают женщин легкой добычей.
Консультации обычно являются первым шагом — со стороны НПО, членов семьи или даже полиции.Виджянта Арья, DCP, Северо-Западный Дели, говорит, что если консультирование не работает, жена может зарегистрировать FIR. «В большинстве случаев женщины не хотят сразу регистрировать РПИ против своих супругов. Они предпочли бы получить совет от своих мужей. Если консультирование не дает результатов, мы регистрируем случай ».

Большинство семейных консультационных центров, находящихся в ведении женских групп, финансируются советом социального обеспечения центра и советами социального обеспечения штатов. По словам Хариша Садани, соучредителя и главного функционера организации «Мужчины против насилия и жестокого обращения» (MAVA), консультации полиции или женских НПО на самом деле не решают первопричину. «Правоохранительная часть — это хорошо, но если вы не коснетесь сути этого так называемого мужественности, помолвка не будет долгой», — говорит он.
Даже когда дело доходит до судебной системы, больше внимания уделяется правовому аспекту. «Реформа не является делом судебной власти. Необходимость часа — верить в исправление мужчин, прежде чем наказывать их, и научить их уважать противоположный пол », — говорит старший юрист Шубхра Мендиратта. Дикша (имя изменено), адвокат и пережившая домашнее насилие, соглашается.Вынужденная покинуть свой дом, опасаясь за свою безопасность после того, как муж столкнулся с физическим и психологическим насилием, она говорит: «Никто не просил моего мужа исправиться и исправиться. Неправительственные организации и полиция предложили мне приют, но не ему, который действительно нуждается в реформировании ».
Путь вперед
По словам Сарики Синхи, сенсибилизацию нужно начинать с молодых. По ее словам, индийская школьная система должна внедрять гендерные исследования, когда дети еще только формируются. Садани также считает, что молодежь нужно повышать чувствительность. «Во время протеста Nirbhaya gangrape собралось большое количество молодых людей, чтобы выразить свою поддержку, и это была прекрасная возможность научить их принципам гендерного равенства. Законы были реформированы с целью расширения прав и возможностей женщин, но возможность была реализована наполовину, поскольку не касалась изменения отношения мужчин », — говорит он. НПО Садани активно работает над повышением осведомленности мужчин, особенно в Махараштре, путем сотрудничества с местными колледжами, университетами, женскими группами и низовыми общинными организациями.MAVA также запустила новую инициативу под названием Маануш в 3 штатах — Ассам, Гуджарат и Карнатака, в которой избранные молодые люди проходят обучение и наставничество по вопросам пола и сексуальности.

Еще один шаг — создание в стране реформаторских домов в соответствии с Программой вмешательства обидчиков (BIP) в США. BIP консультирует мужчин, которые подвергают жестокому физическому насилию ребенка, супругу или других лиц. Некоторые мужчины выбирают его добровольно, а другие — по решению суда. Консультанты этих программ опровергают мужчин их представлениями о патриархате и пытаются разъяснить им гендерное равенство.Эту идею предлагает и Дикша. «В нашей стране должны быть исправительные дома для мужчин, куда они могут пойти либо по собственному желанию, либо по решению суда», — говорит она.
Программа также показывает, что тюрьма — это не обязательно ответ. Согласно исследованию 2015 года, опубликованному Sage Journals, BIPS был более эффективным в снижении вероятности будущих арестов по делам о домашнем насилии, чем те, кто отбывал срок в тюрьме. Исследование 2007 года показало, что завершение программы вмешательства снизило риск повторной ареста с 39% до 61%.
Садани говорит, что в Индии тоже стоит попробовать что-то подобное. «Пора гражданскому обществу, группам социальной защиты, НПО и правительству инвестировать в молодых людей, иначе будущее будет очень мрачным».

Что делать, если муж избивает и оскорбляет жену

Любое действие, которое ставит под угрозу благополучие человека, называется жестоким обращением, в то время как домашнее насилие — это структурированный метод, при котором один из партнеров получает власть и контроль, вызывая страх и принуждение к неполноценности. Насилие — это не только физическое насилие, но также эмоциональное, экономическое, словесное и сексуальное насилие. Социальный позор публичного бесчестия — главная причина того, что женщина запутывается в этой жестокой среде, а еще одна основная причина — экономическая зависимость от своего обидчика.

В нашей культуре и обществе по-прежнему преобладает патриархальная система, которая, в конечном итоге, является причиной доминирования мужчин и их жестокости по отношению к своим собратьям-женщинам. Однако время изменилось, и теперь даже женщины не меньше мужчин во всех сферах личной и профессиональной жизни, и это создает разрыв между мужчиной и женщиной в соответствии с культурой, обществом и нормами, преобладающими в наших странах.

Это также становится одной из причин растущей неприязни мужчины к своей жене, которая в большинстве случаев приводит к тому, что мужчина, избивающий жену, подвергает свою жену физическому насилию.

Некоторые из причин, по которым мужчина избивает жену:

1. Его собственный комплекс неполноценности и незащищенности.

2. Его неспособность добиться признания или значимости в кругу общения.

3. Его ошибочно воспринимаемое понимание социального положения.

4. Низкие навыки социального взаимодействия.

5. Предвзятое отношение к женщинам и отношение к жене как к таковой.

6. Подозрительность, собственничество, склонность к контролю, консервативность и т. Д.

Домашнее насилие в форме физического насилия и жестокого обращения широко распространено в Индии. Я имею в виду, что это все вокруг нас. Все знают о людях в нашей семье или в нашем окружении, которые в какой-то момент сталкивались с физическим насилием или совершали его. Но как часто мы отворачиваемся и ничего не делаем, потому что не знаем, что делать?

Ниже приведены некоторые из инструментов, которые женщина может использовать для защиты от такого насилия:

  • Женщины обычно боятся сообщать о случаях физического насилия, опасаясь, что ее муж будет арестован, и что длительное судебное разбирательство принесет общественный позор. По этой причине были созданы «Особые камеры» , которые предоставляют консультации как мужьям, так и женам, где они обучают техникам общения, а консультанты постепенно работают над устранением агрессии. Первое усилие — всегда спасти брак, поскольку решение такого насилия не всегда — разлука. Тем не менее, это описание находится в руках жены, если она не хочет сожительствовать со своим мужем, то она не обязана проходить консультации.
  • Если есть подозрения, что может быть совершен какой-либо акт домашнего насилия, они могут сообщить об этом сотруднику службы защиты (PO).Правительство штата размещает ДО в каждом районе, хотя реальные сцены могут отличаться в разных районах. Согласно этому закону, вы должны обратиться в ЗП, чтобы подать жалобу.

Сотрудник службы защиты (ЗП) выполняет следующие обязанности:

  • Помогите жертве подать жалобу, если она хочет подать жалобу.
  • Предоставить ей информацию о ее правах в соответствии с Законом (Форма IV).
  • Помогите ей составить прошение о помощи в суде.
  • Подготовьте план действий по предотвращению дальнейшего домашнего насилия с указанием ее подробностей.
  • Оказать ей юридическую помощь через Государственную службу правовой помощи.
  • Помогите ей или любому ребенку получить медицинскую помощь в медицинском учреждении.
  • Предоставьте любой транспорт до медицинского учреждения или приюта.

Аналогичным образом, закон также предусматривает предоставление услуг. Существуют различные организации, которые помогают женщинам, попавшим в беду, предоставляя бесплатную юридическую, медицинскую или финансовую помощь.Такие организации в обязательном порядке должны зарегистрироваться в соответствии с Законом, и после регистрации они называются «поставщиками услуг» .

Есть также определенные государственные больницы и приюты, которые обязаны предоставлять медицинскую помощь и безопасное убежище жертвам такого насилия. Жертва может обратиться к этим службам самостоятельно, либо через сотрудника службы защиты или поставщика услуг.


В Индии действуют следующие законы, которые непосредственно касаются насилия в семье, включая избиение и жестокое обращение: Закон о защите женщин от насилия в семье 2005 года, раздел 498A Уголовного кодекса Индии .

  • Закон о защите женщин от насилия в семье, принятый в 2005 году, стал первым законодательным актом, который дал более широкое определение насилия в семье. Это гражданский закон, который обеспечивает защиту женщин в домашнем хозяйстве от мужчин. Этот закон не только защищает женщин, состоящих в браке с мужчинами, но также защищает женщин , которые состоят в отношениях с проживанием, более того, он защищает членов семьи, включая матерей . В соответствии с этим законом женщины могут получить защиту от домашнего насилия, право жить в своем общем домашнем хозяйстве, и они могут получать содержание от своего обидчика в случае, если они живут отдельно.

Этот закон призван обеспечить, чтобы женщин не выгнали из их собственных домов, и чтобы они могли обеспечить себя в случае жестокого обращения. Он также предназначен для защиты женщин от насильников — магистрат может издать охранный ордер в соответствии с этим Законом, чтобы гарантировать, что обидчик не контактирует и не приближается к жертве.

  • Второй закон, призванный помочь женщинам, сталкивающимся с насилием дома, — это раздел 498A Уголовного кодекса Индии. Это уголовный закон, который распространяется на мужей или родственников мужей, которые жестоки к женщинам.Жестокость означает любое поведение, которое доводит женщину до самоубийства или причиняет серьезный вред ее жизни или здоровью, в том числе психическому здоровью, а также включает домогательства во имя приданого. В случае признания виновным лицо может быть отправлено в тюрьму на срок до 3 года по этому закону.

Домашнее насилие во всех формах — это социальное зло, которое вращается вокруг нас, и нам пора перестать игнорировать его и начать вооружать себя и общество для борьбы с ним.

Под редакцией Пушпамрита Рой

Утверждено и опубликовано — Сакши Радже

В тот момент, когда я понял, что мой муж злоупотребляет мной

Далее следует эксклюзивный отрывок из Прощай, милая девушка: история домашнего насилия и выживания, — новых мемуаров Келли Сандберг (доступен с 5 июня).Здесь Келли описывает, как она обнаружила, что связывает себя с Калебом — человеком, которого она сначала считала «забавным, теплым и поддерживающим». Но после рождения их сына, Рида, Калеб раскрыл жестокую и опасную темную сторону, с которой, помимо затяжной депрессии, Келли было трудно бороться — пока проницательный терапевт не помог ей понять, что на самом деле происходило в ее собственном дома.


НАЧАЛО: «ДЕТИ НЕ БЫЛИ В НАШЕМ ПЛАНЕ»

В тот день, когда тест вернулся с двумя синими полосками, я надел джинсы и футболку The Flicks — ту, с Альфредом Хичкоком на спине — и поехал на работу.The Flicks был независимым кинотеатром, и я работал там с артистами, у которых были вытатуированы стихи на предплечьях, крашенные волосы и кроссовки Converse. Мы хотели заниматься искусством. Дети не были частью нашего коллективного плана.

В то утро я прошел через кухню — мимо помощника менеджера, который готовил суп из сладкого картофеля с карри на большой газовой плите, — остановился перед кофемашиной, включил ее, чтобы приготовить латте, и остановился.

Я не знала, могу ли пить кофе.Теперь кофе может быть ядом. Я слушал жужжание кофемолки для эспрессо, измельчения зерен на фрагменты, и смотрел на свое отражение в матовой стали. Я не готов , пробормотал я.

Мы были вместе всего пять месяцев и виделись всего несколько раз в неделю.

Пару недель назад, когда мы сидели на моем диване и разговаривали, лицо моего парня Калеба внезапно покраснело. Он посмотрел вниз и провел рукой по голове, что, как я знала, означало, что он нервничал или неуверенно.Он быстро поднял глаза и выпалил: «Келли, я хочу жениться на тебе».

Я сидел ошеломленный. Это было не столько предложение, сколько декларация. Мы были вместе всего пять месяцев, а поскольку Калеб жил в лесу, мы виделись всего несколько раз в неделю. Дважды он паниковал и пропадал на неделю или дольше. В первый раз я списал его отсутствие на нервную дрожь. Во второй раз я позвонил и оставил сообщение на его мобильный телефон: «Если вы заинтересованы в отношениях со мной, вы позвоните мне сегодня, и вы будете продолжать звонить мне на регулярной основе.Если нет, то прощай ».

Автор.

Эллисон Леонард

Он позвонил почти сразу, а затем вечером появился в моей квартире с извиняющимся лицом и позой. Он сказал, что не хотел меня терять. Теперь он знал это.

Наши отношения не были идиллическими или блаженными, но в тот момент, когда он заявил, что хочет на мне жениться, все, что я мог вспомнить, были счастливые моменты. Я посмотрел в его большие голубые глаза и вспомнил, что лежал на бежевой кушетке, пока он играл на гитаре и пел «Бледно-голубые глаза».

Я знал, что это не несет ответственности. Мы почти не знали друг друга. Он хотел четверых детей. Он хотел вернуться домой в Западную Вирджинию. Я не этого хотел. Но я хотел его.

«Хорошо, — выпалил я в ответ, — но у меня нет четверых детей. Я даже не знаю, хочу ли я детей ».

Он откинулся назад. «А как насчет двух детей?»

Я справлюсь. В конце концов, все это было теоретически. «Хорошо, — сказал я. «Двое детей».

Всего через две недели после предложения тест вернулся с двумя синими полосами.Я пошел на работу утром, но через час ушел, плача. Я свернулась калачиком в постели и плакала весь день. Калеб был на рыбалке с другом, но он приехал, как только получил мое сообщение. Он забрался со мной в постель, его глаза были разбиты и уязвимы.

«Давайте сделаем аборт», — прошептала я. «Давай поженимся», — сказал он.

«Давай сделаем аборт», — прошептала я, прижимая колени к груди.

«Давай поженимся», — сказал он, проводя рукой по голове.

«Я не готов», — сказал я. «Для любого из этого».

Он долго смотрел на меня, а затем сказал: «Келли, я думаю, что если ты сделаешь аборт, наши отношения не переживут этого. Придется расстаться. Я не хочу, чтобы это случилось, а вы? »

Я не хотел расставаться. Я чувствовал себя таким связанным с ним.

«Хорошо, — сказал я. «Мы оставим себе ребенка».

«А мы можем пожениться? Я не хочу, чтобы мой ребенок рос без женатых родителей ».

Я кивнул, но не почувствовал радости.Только страх.


16 МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ: «ОДИНОЧЕЕ, ЧЕМ Я КОГДА-ЛИБО БЫЛ»

Той осенью мы переехали в Бойсе. Это был чистый домик на ухоженной улице в ухоженном районе с большим огороженным двором и садом. Это был дом, в котором семья могла быть счастлива.

Но мы были в другой части города, чем наши друзья, и мне стало одиноко. Я проехал на велосипеде по жилым кварталам к близлежащей речной тропе, где продолжил три мили до кампуса.Эта велопрогулка по спокойной реке Бойсе стала ярким событием моих дней. Пока я ехал на этом байке, я почувствовал свободу, которой не чувствовал дома. Тяжесть спала, и на воде засиял солнечный свет.

К тому времени тяжесть стала частью моего тела. Даже солнечный свет казался тяжелым. Наш сын Рид продолжал приносить радость, но кроме этого, я так мало чувствовал. Когда лето сменилось осенью, солнечный свет становился все тяжелее и тяжелее. Я чувствовал его вес на своей коже. Я делал все, что мог, чтобы найти больше энергии.Я знал, что упражнения очень важны, поэтому сажал Рида в прогулочную коляску и бегал трусцой или гулял по нашему району. Я всегда спрашивал, не хочет ли Калеб пойти со мной, и он почти всегда отвечал «нет». Расстояние между нами росло, и в этом браке я чувствовал себя более одиноким, чем когда-либо прежде.

Иногда я плакал, когда он говорил «нет», и он кричал на меня: «Перестань плакать. Вы хотите, чтобы я все делал с вами. Вы не уважаете мое писательское время «.

Иногда я лежал в постели и плакал без всякой причины, а он стоял в дверях и кричал на меня: «Перестань плакать.О чем ты плачешь? » Тогда я бы только больше плакал и говорил: «Я не знаю, почему я плачу. Я просто не знаю.

К тому времени мы еще больше спорили, и я начал его бояться. Он загонял меня в угол, пока кричал на меня, и я чувствовала себя такой беспомощной. Однажды он прижал меня к стене и прижал. Я запаниковал, набросился и ударил его по лицу.

У его очков оборвалась проволока, и линза выпала. Он отодвинулся, держа линзу в руке, и я в ужасе уставился на него.Что я натворил? Я умолял его простить меня, и он сделал это, схватив меня на руки и сказав, что все в порядке, что он понял.

Рид, которому сейчас 12 лет.

Предоставлено Келли Сандберг

Я был так благодарен за его прощение. Он заклеил линзы обратно в очки, а затем предложил прогуляться со мной. Мы дошли с коляской до реки и вывели Рида. Рид пополз к берегу и бросил в воду камни, а Калеб держался за рубашку сзади, чтобы он не прыгнул в воду.Пока я смотрел, как Калеб защищает Рида, тяжесть снова исчезла, сменившись нежностью. Калеб держал меня за руку по дороге домой, а когда мы вернулись домой, он уложил Рида спать, приготовил мне ужин, а затем уткнулся моей головой ему в грудь. Одиночество утихло. Никто из нас не был идеальным, но у нас была близость. Мы были всем, что у нас было.

Пришел октябрь, и свет по-прежнему обладал такой яркостью и тусклостью одновременно. Я больше не пытался быть счастливым; Я только пытался не впадать в депрессию.

Я брал Рида на долгие прогулки и чувствовал, что балансирую на лезвии бритвы. С одной стороны этого края была красота, а по другую — отчаяние.

Пока мы с Ридом шли вдоль реки, я мог видеть дворы шикарных домов. Мне было интересно, каковы их семьи. Чувствовали ли они, что чего-то не хватает? В конце концов я пошел в студенческий поликлинику и сказал врачу, что чувствую себя подавленным. Она провела для меня обследование депрессии, и после того, как я закончил отвечать на вопросы, она вышла из комнаты, а затем вернулась.«Мы не можем позволять тебе так продолжать», — сказала она. «Ты думаешь о самоубийстве?»

«Да, — ответил я, — но я бы никогда этого не сделал. Я только фантазирую об этом ».

«Как часто вы мечтаете об этом?» она спросила.

«Каждый день», — сказал я.

«Как часто вы фантазируете о [самоубийстве]?» она спросила. «Каждый день», — сказал я.

Я вышла из ее офиса с рецептом на прозак. Я не особо интересовался спасением себя, но надеялся, что наконец нашел способ спасти свой брак.

Я продолжал посещать терапевта и рассказывать ей о том, насколько я несчастен в своем браке. Прозак только достиг для меня управляемого состояния онемения. Я хотел, чтобы она научила меня быть счастливым. Иногда я приводил Калеба, чтобы увидеть ее со мной, и он всегда говорил о том, как я критически отношусь к нему, и как он разочарован, живя со мной. После одного сеанса она дала нам задание: мы должны были отдохнуть на неделю от критики. Несмотря ни на что, мы не могли критиковать друг друга.Первые пару дней были замечательными. Мне нравилось не критиковать его. Мне нравилось позволять вещам скользить.

Однако вскоре он стал меня критиковать. «Это критика», — сказал бы я. «Ого, ты прав», — говорил он, и мы оба смеялись. Для нас это стало игрой, но в конце недели мы оба поняли, что не я в браке склонен к критике. Мы вернулись в кабинет моего терапевта и сели рядом на кушетке. «Что вы поняли на этой неделе?» она спросила.

Калеб не останавливался. «Я понял, что на самом деле очень критично отношусь к Келли, — сказал он, — и что я слишком суров к ней». Я так гордился им за то, что он был с ней честен. Я протянул руку и сжал его руку.

Она казалась удивленной. «Вау», — сказала она. «Я этого не ожидал. Что ты при этом почувствовал, Келли?

Я сделал паузу, а затем сказал: «Я тоже был удивлен, но сейчас мне лучше. Я думаю, что сейчас нам лучше ».

В тот день мы с Калебом пошли домой и поздравили себя.Мы сделали то, что нужно было сделать. Мы получили терапию. Я начал принимать лекарства. Мы старались не спорить так много. У нас все будет хорошо. Я знал это.

На следующей неделе мы снова поссорились, и я снова пошел на прием к терапевту. Она была явно разочарована, узнав, что мы все еще боролись. «Когда дела накаляются, — сказала она, — тебе нужно куда-то идти. Вам нужно выйти из ситуации ».

«Но я не могу», — сказал я. «Он не позволит мне».

«Что ты имеешь в виду, он тебе не позволит?»

«То есть он встанет передо мной или загонит в угол.Однажды он даже прижал меня к стене. Я запаниковал и ударил его по лицу, чтобы он позволил мне уйти ». Она откинулась назад, ее лицо было обеспокоено. «Келли, это домашнее насилие. То, что он делает с вами, — это насилие в семье ».

«Ударить кого-то, чтобы сбежать, — не то же самое, что ударить кого-то, чтобы контролировать его», — сказала она.

Я запуталась. «Но он никогда не бил меня», — сказал я. «Это я его ударил».

«Да, — сказала она, — но ударить кого-то, чтобы сбежать, — это не то же самое, что ударить кого-то, чтобы контролировать его, и когда он прижимает вас к стене или загоняет вас в угол, тогда это физическое запугивание, и это метод контроля.Это часть модели насилия ».

Она полезла в картотечный шкаф. «Я дам вам этот флаер», — сказала она. «Он предназначен для приюта для жертв домашнего насилия, и я хочу, чтобы вы оставили его на случай, если он вам понадобится». Она вытащила пурпурный листок и протянула мне.

Я уставился на бумагу. Я понятия не имел, что думать. Я знал, что меня не обижали. Он никогда меня не бил, и я был силен. Я был независим. Я не был тем, кто подвергнется насилию. Я засунул бумагу в сумку и поехал домой на велосипеде.

Келли и Калеб были женаты 10 лет, но в конце концов она смогла его бросить. С тех пор она получила докторскую степень. в творческой документальной литературе из Университета Огайо и сейчас научный сотрудник постдокторантуры в том же университете.

Если вы или кто-то из ваших знакомых подвергаетесь риску домашнего насилия, вы можете позвонить на национальную горячую линию по вопросам домашнего насилия по телефону 1-800-799-7233 или зайти на thehotline.org.

Из книги: Goodbye, SWEET GIRL, автор: Kelly Sundberg.Авторские права © 2018 Келли Сундберг. Перепечатано любезно издательством Harper, издательством HarperCollins Publishers.

Этот контент создается и поддерживается третьей стороной и импортируется на эту страницу, чтобы помочь пользователям указать свои адреса электронной почты. Вы можете найти дополнительную информацию об этом и подобном контенте на сайте piano.io.

Насилие со стороны партнера: что вы можете сделать?

До середины 1970-х годов никто особо не говорил о жестоком обращении между взрослыми партнерами.Нас учили думать, что преступное насилие происходит на улице или в барах. Дом считался безопасным местом.

Теперь мы знаем, что насилие в семье очень часто. Более 4 миллионов американских женщин в год подвергаются физическим нападениям со стороны своих партнеров-мужчин; насилие также может происходить в однополых отношениях, а некоторых мужчин избивают в гетеросексуальных отношениях, хотя чаще всего женщины подвергаются избиению со стороны мужчин. Некоторые из этих нападений очень серьезны. С 1990 по 1994 год почти 11 000 человек в возрасте 18 лет и старше умерли в результате убийства одним партнером другого, причем женщины почти в два раза чаще становятся жертвами такого смертельного насилия со стороны партнера, чем мужчины.Насилие между партнерами случается во всех группах общества. Никакая группа не застрахована. Если ваш интимный партнер избил вас, вы не одиноки.

Насилие в отношениях никогда не бывает нормально и не имеет оправдания. «Маленькая пощечина» — это насилие. То же самое можно сказать о толкании, толкании, бросании вещей, угрозе насилия или принуждении партнера к сексуальным действиям против ее или его воли. Все эти вещи, а также удары кулаками, ногами, укусы, удушья, ожоги и ранения оружием случались с жертвами насилия со стороны партнера.Если насилие или угроза насилия любого рода имели место более одного или двух раз, очень вероятно, что это повторится снова. Это может стать более частым или более серьезным. Если это описывает вас и ваши отношения, вы подвергаетесь риску.

Очень часто обидчики говорят жертвам, что они слишком остро реагируют и заставляют обидчика прибегнуть к насилию. Вы не слишком остро реагируете и не вызываете насилие. Это нормально — чувствовать страх и гнев, когда ваш супруг или партнер проявляет к вам насилие.Ваша реакция на ранее совершенное насилие не может служить оправданием для агрессии по отношению к вам.

Это распространенный вопрос, который люди задают жертвам, и сами жертвы задают себе эти вопросы. Это почти всегда сложнее, чем просто уйти. Иногда обидчик не позволяет вам уйти и может угрожать убить вас или других членов семьи, если вы это сделаете. Это не всегда праздные угрозы. Исследования показывают, что женщины с большей вероятностью будут убиты своими товарищами, когда они попытаются уйти.Вы можете бояться оставаться в одиночестве. Вы можете беспокоиться о том, как содержать себя и своих детей без обидчика. Вы можете ошибочно обвинять себя в том, что вы устроили насилие, и чувствовать стыд и страх раскрыть себя. Прекращение брака или серьезных отношений может противоречить вашим религиозным или другим убеждениям. Для вас важно получить помощь в том, чтобы научиться решать эти проблемы самостоятельно.

Если вы стали жертвой насилия:

Начните думать о том, как вы можете спланировать свою собственную безопасность и счастье.Ждать, пока обидчики изменятся, и изо всех сил стараться доставить им удовольствие не получится. Узнайте, какие ресурсы доступны в вашем районе для жертв насилия со стороны партнера. В безопасное время, когда обидчика нет рядом, позвоните в местный приют для женщин, пострадавших от побоев, или на горячую линию по вопросам домашнего насилия. Расскажите им, что произошло; спросите их, что вы можете сделать, чтобы защитить себя и положить конец насилию. Обдумайте ответы на свои вопросы и позвоните еще раз, если вам нужно будет узнать больше.

Если вы собираетесь бросить своего обидчика, составьте план безопасности, прежде чем говорить о разлуке.Обсудите с кем-нибудь в приюте или в кризисной зоне модель насилия обидчика и подумайте, какие риски могут возникнуть, если вы говорите об уходе. Постарайтесь хранить достаточно денег в защищенном месте, чтобы использовать их, когда они вам понадобятся. Некоторым жертвам лучше всего обратиться в приют, где они могут быть в безопасности, прежде чем они сообщат обидчику о своем уходе.

Если вы можете сделать это безопасно, поощрите обидчика пойти в группу для обидчиков. Сейчас существует множество таких групп для мужчин, которые избивают своих партнеров.В некоторых крупных городах также есть группы для геев и лесбиянок, избивающих своих партнеров, а также для людей из определенных этнических или религиозных групп. В такой группе обидчики могут получить помощь от экспертов, специально обученных обращению с жестокими людьми, и могут научиться изменять свои убеждения и поведение. Возможно, вам все равно придется жить отдельно от обидчика, пока этот человек находится в группе. Изменение модели насилия может занять много времени. (Позвоните на горячую линию по борьбе с домашним насилием, чтобы получить информацию о группах в вашем районе).

Если вы думаете, что находитесь в непосредственной опасности, скорее всего, так и есть. Вы отлично умеете определять, когда дела идут совсем плохо. Немедленно бегите в безопасное место или позвоните в полицию, если можете. Когда приедет полиция, спросите, какие средства правовой защиты вам доступны, и используйте все необходимое, чтобы быть уверенным в своей безопасности. Не позволяйте полиции оставлять вас наедине с обидчиком по прибытии. Если вы получили травму, обратитесь за медицинской помощью. Убедитесь, что врач или медсестра записали ваши травмы и отметили, что эти травмы были результатом нападения, а не падения с лестницы или столкновения с дверью.

Если вы обидчик:

Получите помощь, чтобы прекратить агрессивное поведение. Причинение боли людям, которых вы любите, будет стоить вам их доверия и уважения, а также собственного самоуважения. Вы можете навсегда потерять своих близких. Никто не любит быть жестоким или раненым.

Осознайте, что вы можете измениться. Другие прошли через это и нашли способы остановить свои модели насилия. Их жизнь и отношения с теми, кого они любят, стали лучше.Позвоните на государственную или местную горячую линию по борьбе с домашним насилием (для получения информации не обязательно называть свое имя) и попросите направления к группе обидчиков или к опытным терапевтам в вашем районе. Будьте честны с людьми, управляющими группой, или с индивидуальным терапевтом, рассказывая о вашей истории насилия. Скажите руководителю или терапевту, что вы хотите изменить свое агрессивное поведение. Не ждите, пока судья потребует, чтобы вы обратились за помощью.

Если вы друг или член семьи:

Вы можете что-то сделать.Поощряйте жертву добраться до безопасного места и помогайте уберечь этого человека. Противостаньте обидчику, если вы можете сделать это безопасно (вы можете захотеть, чтобы с вами был кто-то другой, когда вы это сделаете). Не принимайте оправданий насилию от людей, которых вы любите.

Позвоните на национальную горячую линию по борьбе с домашним насилием или на местную горячую линию и получите информацию о местных ресурсах и услугах поддержки. Сообщите потерпевшей о возможных вариантах и ​​помощи, доступной ей и ее детям.

Позвоните в полицию, если потерпевший не может.Иногда это может помочь остановить или уменьшить насилие.

Для всех:

Узнайте о насилии между партнерами. Поддержите местные инициативы по снижению уровня насилия и помощи жертвам в их безопасности. Ниже приводится список книг, которые могут быть вам полезны.

Браун, А. (1987). Когда убивают избитых женщин. Нью-Йорк: Свободная пресса.

Джонс, А. и Шехтер, С. (1992). Когда любовь идет не так: что делать, если ты ничего не можешь сделать правильно.Нью-Йорк: Харпер Коллинз.

Лобель, К. (Ред.) (1986). Назовите насилие: Разговор о лесбийском избиении. Сиэтл, Вашингтон: Seal Press.

Никарти, Г. (1982). Освобождение: пособие для женщин, вступающих в жестокие отношения. Сиэтл, Вашингтон: Seal Press.

Никарти, Г. (1987). Те, кто сбежали: женщины, оставившие жестоких партнеров. Сиэтл, Вашингтон: Seal Press.

Сонькин, Д.Дж. И Дурфи М. (1989). Учимся жить без насилия: пособие для мужчин.Сан-Франциско: Volcano Press.

Уокер, Л. (1979). Избитая женщина. Нью-Йорк: Харпер и Роу.

Уайт, E.C. (1985). Цепочка, цепь, смена: для чернокожих женщин, сталкивающихся с физическим и эмоциональным насилием. Сиэтл, Вашингтон: Seal Press.

Ряд публикаций APA Public Interest по вопросам насилия можно найти, посетив веб-сайт Public Interest Initiatives Publications on Violence и книги APA о насилии.

Если вам нужна помощь сейчас:

Вы можете позвонить на национальную горячую линию по вопросам домашнего насилия по номеру 1-800-799-SAFE (1-800-787-3224 TDD) 24 часа в сутки, 365 дней в году.Если у вас есть доступ в Интернет, вы можете зайти на их веб-сайт или отправить электронное письмо. Горячая линия предоставляет консультации по поддержке и связывает с 2500 местными службами поддержки, такими как приюты, программы правовой защиты и помощи, а также программы социальных услуг для пострадавших от насилия женщин и их детей. Горячая линия также предлагает программы консультирования и ссылки на местные службы поддержки для насильников.

Автор: Анджела Браун, доктор философии, и Лаура С. Браун, доктор философии.

Опубликовано:

Американская психологическая ассоциация
Управление общественных интересов
Вашингтон, округ Колумбия
Опубликовано 1991 г.
Обновлено 1997 г.

Этот материал может быть воспроизведен без разрешения Американской психологической ассоциации.Цитирование источника приветствуется.

«Мой муж бьет меня, когда он на пике своей любви ко мне»: место, где домашнее насилие является признаком любви | Независимой

Салимате всегда говорили, что она должна гордиться тем, что родилась в семье, которая избивала жен.

«Вы дочь женщины, у которой муж сломал руки. Ноги вашей бабушки сломал ее муж. Вы, должно быть, любимы, — сказала Салимата, цитируя слова своей матери.

19-летняя женщина из этнической группы сонинке в Мавритании, замужем за мужчиной, который также ее избивает, сказала, что научилась верить тому, что говорила ей мать.

«Я чувствовала себя животным, которого нужно дисциплинировать», — сказала она. «Со временем я пришла к выводу, что мой муж бьет меня только тогда, когда он находится на пике своей любви ко мне».

Мавритания, бедная, преимущественно мусульманская страна, имеет глубокие социальные и расовые различия, каждая группа со своими уникальными нормами брака.

Хотя развод широко распространен среди большинства мавров, он практически невозможен среди мавританцев африканского происхождения, таких как сонинке и фулани.

И хотя домашнее насилие осуждается среди мавров арабского и берберского происхождения, оно рассматривается как акт любви и общепринятая практика для Сонинкеса, сказал социолог Сиди Бояда, советник министерства социальных дел.

Айхету Самба — 60-летняя бабушка фулани, которая живет в скромном доме в районе Нуакшот.

«Раньше наши девочки выходили замуж в восьмилетнем возрасте и обычно выходили замуж за своих двоюродных братьев и сестер», — сказала она, ухаживая за одним из своих внуков.

Закон Мавритании предусматривает «вменяемость» и «брачный возраст» в качестве предварительных условий для вступления в брак, оставляя открытой дверь для раннего брака, давая родителям право выбора.

Надевая красочный шарф, демонстрирующий ее наследие фулани, Самба улыбнулась и сказала: «Женщина фулани всегда гордится тем, что ее избивает ее муж», и часто делится своим опытом с другими женщинами, чтобы продемонстрировать свою любовь к ней.

«Это одна из наших традиций», — сказала она. «Мы рассматриваем избиение жены как обычную и нормальную практику, которая иногда включает обливание тела жены холодной водой».

«МОИ НОГИ СЛОМАНЫ»

Профессор социологии Нуакшотского университета Усман Ваге, тоже фулани, сказал, что мавританские женщины африканского происхождения принимают побои, чтобы избежать развода, убеждая себя в том, что насилие со стороны мужей является признаком любви. «Как говорится в популярной песне:« Мои ноги были сломаны, и я остался дома », — сказал он Фонду Thomson Reuters.

Марием Джалло, 25-летняя женщина из племени фулани, является исключением. Она в разводе пять лет.

«Муж меня постоянно бил. Он страстно любил меня, но это не помешало ему ударить меня по очень банальным причинам », — сказала она.

Джалло, которая любит мыльные оперы, сказала, что однажды ее муж пришел домой, когда она смотрела телевизор, и ударил ее. Через несколько минут он попытался наверстать упущенное, сказав, что не может видеть, что она занята чем-то другим, кроме него.

По ее словам, ее муж пытался воспрепятствовать разводу, и ее семья обвинила ее в неудачном браке.

Алюн Иди, 27-летний мужчина из племени фулани, сказал, что он много раз бил свою жену из-за того, что она не слушалась его, добавив, что это никогда не повлияло на их отношения.

«Я так люблю свою жену и не могу жить без нее, но мы унаследовали это от наших предков, что является частью наших традиций», — сказал Ален. «Это также отличное решение для многих семейных споров».

Бытовое насилие в отношении женщин было признано уголовным преступлением в 2001 году, и согласно законодательству Мавритании избиение жены является преступлением, наказуемым лишением свободы на срок до пяти лет.

Ахмед Безеид ульд Алмами, юрист, который работает с группами по защите прав женщин, сказал, что он получает в среднем пять жалоб каждый месяц от женщин, сообщающих о жестоком обращении со стороны своих мужей.

Но судебное преследование случается редко, поскольку женщины часто отказываются от обвинений, опасаясь отправить своих мужей в тюрьму или развестись, сказал он.

Однако, по словам участников кампании, удлинение очередей у ​​офисов женских правозащитных организаций говорит о том, что терпимость к насилию в отношении женщин уменьшается.

Ассоциация домашних женщин зарегистрировала более 2000 жалоб в первой половине 2016 года по сравнению с 1700 жалобами в 2014 году, по словам главы ассоциации Аминету Минт Аль Мохтар.

Сотрудник Министерства юстиции Хаймуда Рамдхане сказал, что правовая система Мавритании предоставляет женщинам-жертвам бесплатные услуги, включая адвокатов, медицинскую и психологическую поддержку.

«В настоящее время разрабатывается новый закон, который блокирует возможность отзыва жалоб на жестоких мужей для защиты общественных интересов и наказания всех, кто также участвует в сокрытии преступлений против женщин», — сказал Рамдхейн Фонду Thomson Reuters, не указав сроков. .

Несмотря на усилия по преследованию и судебному преследованию жестоких мужей, некоторые мавританские женщины продолжают подвергаться избиениям.

«Когда апатия нарушает наши отношения, ему больше не будет дела до того, что я делаю, даже если я сожгу дом», — сказала Салимата. «Именно в этот момент я буду скучать, когда меня побьют».

Thomson Reuters Foundation

Что вам нужно знать

За закрытыми дверями или под покровом тишины домашнее насилие уносит жизни примерно четырех миллионов человек каждый год, подавляющее большинство из которых составляют женщины. и влияет на расширение кругов миллионов людей: детей, родственников, друзей, работодателей.

Исследования показывают, что насилие происходит по крайней мере один раз в двух третях всех браков, и примерно 95% жертв домашнего насилия — женщины. Примерно 40% всех детей, подвергшихся физическому насилию, также были свидетелями физического насилия между своими родителями.

Многие дети, подвергшиеся жестокому обращению или ставшие свидетелями жестокого обращения со стороны родителей, вырастают и сами становятся жестокими или становятся жертвами жестоких отношений. И цикл продолжается. К счастью, вы можете что-то с этим поделать.

По словам Лизы Энджел, адвоката, дипломированного специалиста по семейному праву и члена комиссии губернатора по борьбе с домашним насилием, специальные законы в Северной Каролине призваны обеспечить быстрое и эффективное избавление от домашнего насилия. «Самое важное, что может сделать жертва такого рода насилия, — подчеркивает она, — это найти в себе смелость действовать».

Не становитесь смертоносной статистикой

Некоторым людям кажется, что они просто не могут справиться с юридической системой, не говоря уже о злоупотреблениях, которым они подверглись.Регина, например, нашла смелость переехать со своими детьми, один из которых также подвергся насилию, в новую квартиру. В то время, по ее словам, «я не думала, что смогу пережить травму, если подадим в суд дело о домашнем насилии». Ответ ее мужа? Он выследил ее в ее новом доме и снова ударил. Это был досадный тревожный сигнал, который ей нужно было действовать.

Если ваш супруг агрессивен, примите немедленные меры

Ангел — бывший президент Совета директоров Женского центра округа Уэйк и член совета-учредителя Project Together, проекта pro bono, посвященного домашнему насилию, — особенно ясно высказывается по этому поводу: «При необходимости вызовите полицию.Когда вы будете в безопасности, обратитесь в агентство по оказанию помощи в случае домашнего насилия в вашем округе. Они могут дать вам совет и направить в безопасное убежище ».

Если вы опасаетесь за свою безопасность, выйдите из дома; В противном случае сначала поговорите с адвокатом

Как выяснила Регина, насилие может быть постоянной угрозой, где бы вы ни находились. Вот почему, по словам Энджела, «я не могу это подчеркнуть: если ваш супруг (а) агрессивен, вы должны предпринять все необходимые шаги для защиты своей безопасности и безопасности своих детей. Только после того, как вы почувствуете себя в безопасности, можно сосредоточиться на юридических вопросах.

В целом, по ее словам, вы можете выйти из дома и не возвращаться, и вы можете забрать детей с собой, если иное не предписано постановлением суда. Однако она отмечает, что, если позволяют обстоятельства, нецелесообразно выходить из дома, не посоветовавшись с адвокатом. «Уход из дома без того, что суд сочтет уважительной причиной, может повлиять на вашу ситуацию с алиментами, и если вы выйдете из дома, вы не сможете вернуться, пока суд не разделит имущество».

Этот процесс займет много времени, и вы не сможете получить право владения домом после раздела собственности.Лучший совет? По словам Ангела: «Оставайтесь в доме до тех пор, пока вы не обсудите этот вопрос с адвокатом, если только ваш супруг не прибегает к насилию. Как показывает случай Регины, жертвы насилия не всегда имеют возможность сделать этот выбор — иногда уйти — единственный безопасный вариант ».

Закон Северной Каролины должен быть на вашей стороне, — говорит Энджел. «Если на вас напали, существует несколько преступлений, в которых ваш обидчик может быть обвинен, для начала: изнасилование и сексуальное преступление, нападение, преступное посягательство в семье, сообщение угроз, преследование или домогательства по телефону.И снова она рекомендует как можно скорее обратиться в полицию.

Используйте гражданские суды в ваших интересах

Гражданский кодекс также может предоставить некоторое облегчение. «Во многих случаях, — говорит Ангел, — можно получить постановление суда без обычных требований об уведомлении, так что вы можете сохранить дом и машину, а также временную опеку над своими детьми; приказ может также предусматривать, что ваш супруг (а) должен держаться подальше от вас и детей. А если ваш супруг нарушит такой приказ, он будет арестован.

В случае Тамиквы восстановление ее жизни включало как гражданские, так и уголовные средства правовой защиты: постановление о согласии на домашнее насилие, соглашение о раздельном проживании и участие окружного прокурора после того, как ее муж выстрелил в нее из пистолета, пока их дети спали наверху.

Для Ангела это иллюстрирует важный момент. «С юридической точки зрения это не выбор« или-или ». Вы должны использовать все необходимые инструменты, чтобы защитить себя и своих детей ».

Подготовьте полную жалобу

В жалобе на насилие в семье должны быть перечислены все факты, а не просто указаны результаты насилия.Терри смогла представить очень убедительную картину своего положения, просто подчеркнув свои недавние взаимодействия с мужем. Как она лаконично выразилась: «Я была готова к переговорам; он зациклился на деньгах, а потом снова сошел с ума ».

Перед тем, как вы уйдете Не выходите из дома, пока не сделаете эти 7 шагов. Прочтите сейчас

Ангел говорит, что факты, которые вы представляете, наиболее убедительны для суда, когда действия произошли недавно или в течение определенного периода времени, и когда они » быть как можно более конкретным.

Понимание Закона о домашнем насилии

В 1979 году Северная Каролина отреагировала на проблему домашнего насилия, приняв главу 50B, Закон о домашнем насилии. Энджел разбирался в тонкостях этого закона много лет. «Закон изменялся и уточнялся на протяжении многих лет, и, хотя он не идеален, он имеет ряд хороших качеств. Он защищает мужчин, женщин и детей и обеспечивает быстрый метод разлучения супруга и его или ее обидчика ».

В соответствии с этим законом насилие в семье определяется как попытки причинить или умышленно причинить телесные повреждения, а также создать у человека страх перед «неизбежными серьезными телесными повреждениями» путем угрозы применения силы.«Статут защищает не только нынешних супругов, но также бывших супругов и людей, состоящих в свидании, поэтому вам не обязательно состоять в браке, чтобы быть защищенным». Для этих целей отношения на свиданиях предполагают постоянную и длительную романтическую связь.

Когда дело доходит до подачи жалобы, вы можете «сделать это сам».

Бланки для самостоятельной подачи жалобы можно получить у секретаря Верховного суда. «Однако, — предупреждает Ангел, — эти формы не следует использовать, если речь идет об опеке, алиментах или алиментах , потому что они не позволяют подавать обоснованные иски в этих областях.”

Адвокаты также могут использовать эти формы или составлять индивидуальные жалобы. «Это такие вещи, — говорит Энджел, — что в одних ситуациях может быть здорово, а в других может просто сбивать с толку. Не все хотят или должны сами оформлять юридические документы, даже в самых благоприятных обстоятельствах ».

Памела определенно столкнулась не с лучшими обстоятельствами, когда она думала о том, чтобы пойти по пути «сделай сам». «Я устал — физически, эмоционально. Больше похоже на шок.Так что даже когда несколько друзей из самых лучших побуждений пытались заставить меня сделать это, я просто не мог. Я так долго был жертвой, что действительно не думал, что у меня хватит сил сделать это в одиночку. Чтобы подать жалобу, Памеле понадобился профессионал, который мог провести ее через весь процесс и сделать, по ее словам, «тяжелую работу».

Найдите правильное решение

Это усиливает центральное сообщение, которое Ангел хочет донести. «Нет единого правильного ответа для всех жертв». И это распространяется и на зал суда.«Независимо от того, есть ли у вас запретительный судебный приказ в отношении вашего обидчика или какой-либо другой тип судебного постановления, Закон о домашнем насилии позволяет судьям утверждать ряд мер защиты».

К ним относятся:

  • Передача вам дома и исключение другой стороны из домашнего хозяйства
  • Выселение вашего супруга и помощь вам в возвращении в ваш дом
  • Требование от вашего супруга предоставить другое жилье
  • Заказ алиментов для вы и / или ваши дети
  • Установление права владения личным имуществом
  • Предоставление временной опеки над ребенком
  • Выдача приказов о воздержании от насилия или домогательств
  • Общее положение, которое позволяет суду « выдавать любой защитный ордер или утверждать любое соглашение о согласии на добиться прекращения актов домашнего насилия.’

Ангел добавляет, что «все эти средства правовой защиты являются дополнением к защите, на которую вы можете иметь право в соответствии с другим законом. Кроме того, формулировка акта намеренно широка, поэтому можно создать и другие виды защиты ».

Знайте, что защитные приказы могут и чего нельзя делать

Несмотря на этот длинный список мер защиты, Энджел говорит, что есть несколько проблем, о которых следует помнить. «Охранные ордера истекают по истечении установленного срока, не более года. Из этого правила нет исключений, но вы можете запросить продление на срок до следующего года.”

Кроме того, копии приказа должны быть выданы каждой стороне, а также полиции или отделу шерифа округа, в котором вы проживаете — и вы или ваш адвокат должны убедиться, что это будет выполнено. «Как бы правоохранительные ни хотели или старались помочь, некоторые вещи находятся вне их контроля. Лучший из когда-либо составленных защитных приказов бесполезен, если не будет какого-либо завершения. Мы обнаруживаем, что жертвы, которые сами пытаются решать юридические вопросы, иногда доходят до этого момента и не понимают, что им нужно сделать что-то еще.

Свет в конце туннеля

Помните Регину? Когда она обратилась в правовую систему, ее сначала встретил сопротивление бывшего мужа, который отказался урегулировать вопрос об опеке и посещениях во внесудебном порядке или согласился на охранный ордер. Это привело к судебному разбирательству, на котором были даны противоречивые показания. Однако суд, в конечном итоге, принял решение в пользу Регины — издал охранный ордер и предоставил ей право опеки над детьми. «Это было тяжело», — говорит она. «Но не тяжелее, чем мы пережили.

Хотя, по словам Энджела, «это не обязательно будет приятным процессом», обращение в суд может быть эффективным — а в некоторых случаях единственным — инструментом для прекращения оскорбительных отношений. И общая картина такова: тысячи людей нашли в себе силы спастись от домашнего насилия .

Найдите кого-нибудь, на кого можно опереться на

Рассказывая о своем долгом профессиональном опыте, Ангел говорит, что «эмоциональная поддержка может быть абсолютно необходимой для всех, кто участвует в распаде насильственного брака.

LEAVE A RESPONSE

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *