Трикотажная одежда для дома и отдыха для мужчин и женщин, в интернет магазине Ирис — домашний трикотаж!

Домашний трикотаж от производителя в Иваново, в интернет-магазине «Ирис — домашний трикотаж» Трикотаж дешево, купить ночные сорочки, купить туники, купить трикотаж

Разное

Боль от потери близкого человека: «Проживание горя»: как быть сильнее ситуации

Содержание

Как помочь себе и другим при утрате близкого человека?

Как жить дальше без них? Прошло много времени, а боль утраты так и не проходит. Что делать?

Как помочь себе и другим в скорби от тяжелой потери близкого человека (например, если любимая жена или муж, дети погибли в случайной автокатастрофе, при падении самолета или из-за коронавируса), когда теряется всякий смысл жизни? Как жить дальше без них? Прошло много времени, а боль утраты так и не проходит. Что делать?

Потеря по-настоящему близкого и родного человека подчас переживается больнее, чем лишение собственного органа – руки, ноги, глаза. Физическая инвалидность порождает социальные ограничения, но остаётся множество того, что может приносить радость, наполнять жизнь смыслом. Смерть любимого бьёт в самую сердцевину земной жизни. Она лишает её смысла. Всё пространство вокруг заполняют боль и отчаяние. И если в картине мира хоть в какой-то степени присутствует Бог, то в этот момент всё общение с Ним сводится к одному вопросу «За что?».

За что мне такая боль, почему Бог так несправедливо со мной обошёлся?

Не всякая вера выдержит подобное испытание. Как писал один богослов, «вы никогда не знаете, насколько сильно вы верите во что бы то ни было, пока истинность вашей веры не станет вопросом жизни или смерти. Легко утверждать, что данная веревка достаточно крепкая, если вы собираетесь обвязать ею коробку. Но, предположим, на этой же веревке вам предстоит повиснуть над пропастью. Вот тут-то вы и поймете, насколько вы уверены в крепости вашей веревки». Такой пропастью становится для многих смерть близких. На одном краю пропасти стоит одинокий в своём горе человек, а на другом оказывается весь остальной мир и даже Бог.

Бог не создавал зла, за которым следуют боль и страдание. Поэтому источник любого страдания коренится в самом человеке, в его отношениях с Творцом. У боли утраты могут быть две принципиально отличные друг от друга причины. Иногда они могут действовать одновременно, но всегда одна из двух будет преобладающей.

Первая и более редко встречающаяся причина – это искренняя боль за умершего в грехах человека, тревога о его посмертной участи, обвинение себя в том, что не сделал всего возможного для духовного исправления ближнего.

Ослеплённый такой болью человек забывает, что одно из главных имён нашего Бога – Любовь, что Он заведомо любит каждого человека несравненно больше, чем кто-либо из нас, что Он попускает смерть человека на вершине его духовного роста. Это нам по нашему человеческому рассуждению кажется, что проживи молодой человек ещё лет двадцать, сколько бы добра он мог сотворить, сколько страстей в себе исправить, в том числе с нашей помощью. Но существующий вне времени Бог видит, что это не так, что с каждым дополнительно прожитым днём этот человек всё больше будет от Бога отдаляться. И вот тут возникает вопрос о нашем доверии Богу, о доверии к Его всеведению, Его безграничному милосердию и любви. Такого доверия в момент смерти близкого нам откровенно не хватает.

Нам кажется, что Бог поторопился, не дал нам сделать для ближнего всё что мы могли, что Он Сам не сделал для нашего почившего родственника всего необходимого для избавления его от посмертных мук в аду. Но чего тогда будут стоить наши молитвы за дорогого нам человека, если мы полностью не доверяем Тому, Кому молимся, если вместо благого сострадания к умершему и радостной надежды на милость Божию нас больше всего беспокоит чувство вины за то, что мы оказались недостаточно хороши?

Преподобный Паисий (Святогорец) Однажды к преподобному Паисию Святогорцу пришёл чёрный от горя мужчина, сын которого спрыгнул с дома и погиб. То, что он умер, — говорил отец, — я еще могу вынести, а то, что он в аду, — не могу! Улыбнулся тогда старец и сказал: «Кто тебе, благословенный человек, сказал, что он в аду? — Но он же совершил самоубийство? — Благословенный человек, с 5-го этажа до земли, знаешь, как много может измениться? Если он хотя бы «Господи, помилуй» сказал!»

Как бы хорошо мы не знали человека, глубину его сердца видит только Бог и только Он знает, с каким самым сокровенным и искренним желанием человек умирает.

Поэтому посмертная участь людей остаётся для нас тайной, которую Бог иногда приоткрывает и являет Церкви через Своих святых угодников. Окончательная участь всех остальных умерших станет явной только в день Страшного Суда. Но не тайной, а непреложной истиной является безграничное милосердие Божие, уповая на которое, надо до конца своих дней молиться за умершего в грехах человека.

Настоящая любовь, по слову апостола Павла, никогда не перестаёт. И тому, кто любит своего близкого такой любовью, мало будет прожить с ним счастливую земную жизнь. Он не захочет расставаться с ним и в вечности. Но такая встреча возможна только в Небесном Царстве, в которое попадут те люди, для которых нет никого дороже Христа, нет ничего важнее, чем непосредственное общение с Ним. И своего близкого такие люди в земной жизни любят, видя в нём прекрасный образ Христов. Поэтому, когда один из любящих умирает, другой, не зная достоверно, в каком состоянии пребывает душа умершего, будет с удвоенной силой искать встречи с Христом, непосредственного общения с Ним, будет за двоих учиться быть на Него максимально похожим, поститься, молиться, изучать Священное Писание, участвовать в Церковных Таинствах и деятельно жить по Евангелию в надежде, что Господь ответит на его желание, выражаемое во всех перечисленных аскетических усилиях, и подарит ему и его почившему близкому радость встречи с Собой в раю.

Именно об этом будет наша молитва за умершего. Церковное предание содержит немало примеров облегчения посмертной участи закоренелых грешников.

Вторая и самая распространённая причина – это боль за себя. На кого ты меня оставил? Как «Я» теперь буду жить без тепла, внимания и понимания? Кому «Я» теперь нужен? Ради чего мне жить без моего милого сыночка? Эта боль не отпускает даже тогда, когда мы стали свидетелями праведной кончины нашего близкого. Эта боль не о нём, а о себе. Нечто временное, преходящее – присутствие в моей жизни близкого человека – было моим, теперь навеки утраченным сокровищем. Не Бог и Его Царство. Я хранил своё сокровище на земле и использовал дивный Божий дар – любимого человека, мою заботу о нём – для себя, для придания своей жизни полноты и смысла. И попущенную мне Богом скорбь я воспринимаю, не как исцеляющий мою духовную немощь дар, а как орудие палача.

Выход из тупика отчаяния в данной ситуации только один – надо начать искать смысл в том, что никто у меня отнять не сможет, что не хранится на земле, – в Боге.

Именно смысл, а не облегчение земной скорби. Расхожая поговорка «время лечит» справедлива только отчасти. Острота боли со временем действительно проходит, но жизнь без смысла оставляет душу пустой. И в этой пустоте поселяются бесы тоски, равнодушия и отчаяния.

Первое с чего стоит начать в изменении своих отношений с Богом – с искренней Ему благодарности за попущенную скорбь. Звучит как издевательство. Но если бы не эта страшная боль, если бы мы умерли раньше нашего любимого, так никогда и не полюбив Бога, то в вечности мы бы не встретились ни с Богом, ни с любимым. Близкими можно быть только во Христе, совместное пребывание в аду не избавляет от вечного одиночества. Бог – не садист. Наша боль никакого удовольствия Ему не доставляет. И те, кто всю жизнь Ему верны, совсем иначе проживают смерть своих близких. Но если мы жили для себя, используя ближнего как опору, как оправдание своего земного существования, у Бога не остаётся иного средства обратить наше внимание на Него, кроме как лишить нас этой опоры.

«Наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял; [как угодно было Господу, так и сделалось;] да будет имя Господне благословенно!» (Иов. 1:21) – сказал ветхозаветный праведник Иов, после того, как в один день потерял всё своё имущество и всех своих десятерых любимых детей. Наивно думать, что праведность избавляет человека от боли утраты всех детей, предательства жены и друзей, лишения всего земного благополучия. Не миновала эта боль и Иова. История этого великого ветхозаветного святого лучший пример для тех, кто в горе утраты ищет новый смысл в Боге. Учебники школьного богословия почти не освещают ту внутреннюю борьбу, которую пережил Иов после того, как вслед за гибелью детей и имущества оказался поражённым жестокой проказой. Внешне его состояние было похоже на поведение многих из нас в горе. Он проклял день своего рождения, непрестанно задавал Богу вопрос о причине его страданий, и даже высказал желание судиться с Творцом.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
Не было в его речах только одного – он никогда не просил вернуть себя в состояние исходного благополучия, но, напротив, искал что-то, что хранилось в самой глубине его сердца, о чём он лишь смутно догадывался и что вышло наружу только под действием запредельного страдания. И это «что-то» было желание непосредственного общения с Живым Богом, а не формальное исполнение религиозных обрядов, обеспечивающее благополучие земной жизни. И Бог ответил на это сокровенное желание праведника – открылся Иову. В момент встречи со Вседержителем Иов не попросил Его о воскрешении детей и возврате имущества, но сказал: «Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя; поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле» (Иов. 42:5,6).

Исцеляющее боль утраты обретение нового смысла не может происходить только в голове, всё своё существо необходимо обратить к Богу. Надо деятельно искать встречи с Ним во всех жизненных обстоятельствах: в церковной и домашней молитве, в Священном Писании, Таинствах и делах милосердия. Подавая милостыню незнакомым людям, надо просить их молиться об упокоении души нашего близкого. Самый надёжный и кардинальный способ избавиться от боли о себе любимом – это вообще забыть о себе, выйти к людям, оглядеться вокруг и увидеть, сколько в мире горя и страдания, как много тех, кому сегодня гораздо хуже, чем мне. Увидеть чужую боль и бескорыстно взять её на себя.

Праведные Алексей (Мечёв) и Иоанн (Кронштадский)

Именно к этому один будущий святой призвал другого будущего святого – Иоанн Кронштадтский Алексея Мечёва, когда последний впал в глубочайшее уныние после смерти любимой жены. Вняв совету кронштадтского пастыря, молодой священник стал великим старцем, поддержал в смутные революционные годы множество страдающих людей, сам был прославлен в лике святых, и воспитал сына, ставшего священномучеником.

Нет такой боли, которой не мог бы исцелить Всемилостивый Бог, Который приходит на помощь к каждому, кто ищет в первую очередь не утешения, а встречи с Ним, кто хочет всей своей жизнью ответить на Его любовь. Все утешения вне Бога только притупляют боль, но не устраняют её источник. И если мы правда любим наших усопших дорогих людей, то будем искать не своего временного утешения, но будем биться в кровь за нашу общую встречу со Христом в Его Царстве.

Как помочь ребёнку пережить утрату?

Как помочь ребёнку пережить утрату?

Потеря близкого человека – это всегда тяжело, а детям это даётся ещё труднее. От того, как ребёнок справится с утратой, во многом зависит его будущее.

Как вы можете помочь детям пережить потерю?

▪Не удивляйтесь никаким поведенческим или личностным изменениям.

▪ Заботьтесь о них и утешайте, проводите с ними больше времени.

▪ Проследите, чтобы они знали, куда вы уходите, когда вы вернетесь.

▪ Разрешите им говорить о случившемся, когда им этого хочется.

▪ Поощряйте их к тому, чтобы они дали вам знать, когда они думают об этом или когда возникают новые реакции.

▪ Обозначайте словом – особенно с маленькими детьми – чувства, которые они испытывают: например, «тебе грустно», «тебе страшно», «ты печалишься» и т. п.

▪ Поговорите с учителями – чтобы они правильно поняли изменения в поведении детей.

▪ Будьте терпеливы, если у детей появляются затруднения, связанные с концентрацией внимания, с выполнением школьных заданий и в других областях.

▪ Следует понимать, что новые физические реакции, такие, как головная боль, слабость и т.п. являются ответом на переполняющие детей страхи и попыткой избежать их.

▪ Помогите детям поделиться своими страхами и беспокойством.

▪ Помогите детям часто возвращаться к добрым воспоминаниям о погибшем, особенно в самые трудные дни.

▪ Не торопите их, говоря: «Ну, пора уже об этом забыть».

 

Возрастные особенности переживания утраты детьми разного возраста:

В своем реагировании на утрату ребенок по мере взросления постепенно приходит к взрослым способам восприятия и переживания потери.

1.В возрасте от 3 до 6 лет дети воспринимают смерть сродни сну или путешествию. Ребенок не в состоянии понять значение слов «смерть», «всегда» или «никогда больше не вернется». Ребенок будет искать умершего человека, но, в конце концов, откажется от своих попыток и смирится; он будет реагировать на утрату, становясь надоедливым и раздражительным, или замыкаться в себе.

2.Младшие школьники (7—9 лет) часто задумываются о смерти, потому что они уже понимают, что смерть неизбежна и окончательна. Они знают, что основные жизненные обстоятельства изменить невозможно.  В этом возрасте дети понимают реальность смерти, но им трудно вообразить себе, что они или близкие им люди могут умереть.

3.Для возраста 10—12-лет характерно периодическое чередование состояния грусти и развлечений, поэтому, чтобы минимизировать пугающие фантазии и сильные переживания у детей, важно давать им точную и подробную информацию о смерти и разрешать им задавать вопросы.

4.Мышление старших подростков уже похоже на способ мышления взрослых. Однако психологические защитные механизмы ослаблены, подросток изучает себя: «Кто я?» Ему необходимы ролевые модели поведения взрослого, чтобы найти себя или отказаться от чего-то в себе. Подростки могут регрессировать на более ранние представления о смерти, но обычно они заняты поисками смысла смерти.

 

  Когда необходимо обратиться за профессиональной помощью:

▪ ребенок горько плачет в течение долгого времени

▪ у ребенка случаются частые и продолжительные приступы гнева

▪ происходят резкие изменения в поведении ребенка

▪ заметно снижаются школьные успехи и оценки

▪ ребенок надолго замыкается в себе

▪ ребенок теряет интерес к друзьям и к занятиям, которые он прежде любил

▪ ребенку снятся кошмары и нарушается сон

▪ ребенок часто жалуется на головные боли и другие недомогания

▪ ребенок резко худеет

▪ ребенок становится апатичным, молчаливым и теряет интерес к жизни

▪ ребенок видит будущее в мрачном свете, или вообще не проявляет интереса к этой теме.

Важно помнить, что все процессы протекают индивидуально и всем нужно разное время для восстановления. Будьте рядом!

 

Психологическая поддержка при смерти близких людей

Случилось страшное… Как пережить утрату?

Уход близкого человека – это горе. Как пережить эту боль и самому остаться «живым»? Горе является естественной реакцией на любую потерю, будь то смерть, разлука или любая другая утрата. 


В состоянии острого горя у человека проявляются такие симптомы: 

  • Спазмы в горле, постоянная потребность вздохнуть.
  • Потеря аппетита.
  • Плохой сон.
  • Попеременно чувство вины и гнева.
  • Чувство опустошения и бессилия.
  • Бесцельное блуждание, забывчивость, неспособность завершить начатое.
  • Чувство нереальности произошедшей утраты и надежда увидеть ушедшего человека вновь.

  • Рыдания в самый неожиданный момент.
  • Острое чувство обиды на близкого человека за то, что он покинул близких.
  • Проигрывание снова и снова воспоминаний о последних днях.

Эти все состояния естественны в данной ситуации, но как бы они не были остры, эти явления носят временный характер.


Переживание горя проходит такие стадии:

  • Шок. Это состояние может длиться от нескольких часов до нескольких недель. Проявляется в отрицании случившегося, в заторможенном или дезорганизованном мышлении. Человек может находиться в оцепенении, происходят эмоциональные срывы.
  • Протест. От первой недели до трех месяцев. Человек протестует против случившегося. Может находится в панике и бесцельных метаниях. Он думает об ушедшем, ему снятся о нем сны.
  • Дезорганизация (Острое горе). От трех до шести месяцев.Человек находится в смятении. Происходит утрата жизненных смыслов, теряется интерес к жизни, снижается забота о себе.

Перестройка (Реорганизация). От трех месяцев до двух лет. Человек начинает с удовольствием вспоминать об ушедшем, возвращается к прежнему функиональному уровню. Обретает новый смысл жизни. Возвращается самоуважение и внимание к себе. 

Это все стадии переживания «нормального горя». 

Все процессы происходящие в это время естественны. Но если человек зацикливается на одной стадий, то это уже повод обратиться за профессиональной помощью. Не пережитая утрата может привести к длительной и тяжелой депрессии.


Записаться на консультацию вы можете по телефону +7(495) 961-27-67 (лечебный центр на метро Новокузнецкая)

* Акция распространяется только на первичных пациентов клиники
**Руководство медицинского центра принимает все меры по своевременному обновлению размещенного на сайте прайс-листа, но во избежание возможных недоразумений, рекомендуем уточнять стоимость услуг по телефонам:  +7 (499) 490-88-81 или +7 (495) 628-22-05, или на ресепшн у администраторов, Вам сообщат необходимую информацию.

*** Размещенный прайс не является офертой. Медицинские услуги оказываются на основании договора.


Вылечить боль утраты

нина башкирова

Общество 04 июля 2017

Человек лег спать и не проснулся. Поехал на работу и попал в смертельную аварию… Внезапный уход близкого становится потрясением. На родственников и друзей обрушивается огромное чувство вины перед умершим: вот тогда я сказал не так, а вот тогда что-то не сделал, не успел… Эти мысли гнетут, вызывая тяжелейший стресс. Пережить утрату многим людям помогает популярная в мире психотерапевтическая методика — логотерапия. В чем ее суть, рассказывает клинический психолог Городского психотерапевтического центра Ксения Хохлова.

Иллюстрация Pixabay,com

— Ксения Александровна, что такое логотерапия?

— Это одно из направлений экзистенциальной психотерапии, которое рассматривает человека не изолированно, а в его взаимодействии с миром, где приход и уход из жизни естественен и неизбежен. Метод разработан австрийским психиатром и неврологом Виктором Франклом в середине XX века. И в отличие от психоанализа Фрейда в логотерапии движущей силой человека является не либидо, а стремление к поиску смысла даже в самом, на первый взгляд, бессмысленном и жестоком событии. Например, при утрате близких.

— Но как искать смысл в том, с чем невозможно смириться?

— Утрата тяжела, но ведь мы можем любить «на расстоянии». Важно найти для себя какую-то перспективу и, опираясь на свою любовь, как-то трансформировать ее. Вот пример основателя методики врача-психотерапевта Виктора Франкла, который, будучи узником концлагеря, ничего не знал о судьбе своей жены. Но он чувствовал ее присутствие, мысленно разговаривал с ней. И это помогло ему выжить. Ведь контакт с дорогим тебе человеком может быть и на внутреннем уровне, в памяти или воображении…

Но здесь важно не уйти в другую крайность. Бывает, люди не могут пережить горе, долго берегут вещи ушедшего и даже его комнату сохраняют, как музей. Это значит, что человек не пережил утрату, он не верит в нее, не отпускает, поэтому ему больно что-то менять. Это тревожный сигнал.

— А если человек общается с умершим постоянно — это не тревожный сигнал?

— Тоже тревожный. Человек может отгородиться от мира и уйти в депрессию. А важно оставаться в настоящем времени и видеть какие-то перспективы в будущем. Коллеги рассказывали об одном пациенте, у которого во время теракта погибла дочь. От переживаний у него случился инфаркт, его спасли, но он не хотел жить, поэтому силы его угасали. Тогда врачи вызвали психолога. Мужчина вышел из шокового состояния, только когда сумел заплакать. А первая фраза, свидетельствующая о его выздоровлении, была: «Ну ничего, у меня есть старшие дочери, и я буду жить ради них». Потом он трансформировал энергию своего горя в помощь таким же, как он, пострадавшим от терактов, основав благотворительный фонд.

Я к тому, что смыслы жизни можно найти всегда, и лежат они часто вне человека, в его взаимодействии с окружающими, с миром, в творчестве и созидании. В концлагере Виктор Франкл наблюдал за собственными переживаниями и поведением заключенных и заметил, что выживают не самые сильные и здоровые, а те, у кого есть что-то, ради чего они хотят выжить. Кто-то мечтал вернуться к маленькой дочке, другой верил, что отыщет своих родителей. Сам психолог надеялся восстановить отобранную фашистами рукопись.

Кстати, потеряв во время войны всех своих близких, Франкл сумел найти в себе силы жить дальше. Он написал множество работ, основал собственную школу, заведовал кафедрой, женился, у него были дети и внуки, а умер он в 92 года.

— А в логотерапии существует алгоритм работы с пациентом, который пережил трагедию?

— В минуты сильной душевной боли поиск смысла будет непродуктивен. В этот момент важно помочь человеку выразить свои эмоции, например, проговорить свои чувства или написать письмо ушедшему. На следующем этапе можно помочь пациенту выйти в позицию наблюдателя, то есть заставить его более объективно смотреть на жизнь. И только после этого можно начинать работать со смыслом. Виктор Франкл приводит такой пример. К нему пришел мужчина, у которого умерла жена, с которой он прожил долгие годы в любви и согласии. Психолог задал ему вопрос: «А что было бы, если бы вы ушли первый, а ваша жена осталась жить?».

«Это было бы ужасно для нее, — ответил старик. — Ведь я сильнее ее, поэтому могу как-то справляться, а она стала бы одинокой и беззащитной и страдала бы намного сильнее».

Оказалось, что смерть близкого человека с такой точки зрения выглядит уже не так травматично.

— А людей, склонных к суициду, логотерапия может уберечь от опасного шага?

— Те, кто на это решился, находятся в состоянии «тоннельного видения». Они воспринимают свою ситуацию как уникальную, а себя считают одинокими. И в этот момент человеку нельзя давать советы и сравнивать с другими: «Посмотри, другим еще хуже». Нужно задавать ему вопросы, которые раскроют смысл его переживаний. Необходимо найти его болевую точку, затронуть сущность внутреннего конфликта. Лишь при таком диалоге у человека может появиться надежда, что его понимают.

— Логотерапия почему-то не так популярна в нашей стране, хотя для русского человека характерно стремление к поиску смысла жизни. Все герои отечественной классики пытаются дать ответ на этот вопрос…

— Да, искать смысл присуще русскому человеку, и в своих работах Франкл как раз ссылается на Достоевского и Толстого. И сейчас в России экзистенциальная психотерапия развивается и обретает все большую популярность. Правда, в учебных заведениях такой отдельной дисциплины еще нет — в университетах только знакомят с этой методикой. А углублять знания можно на специальных курсах и семинарах.


Материалы рубрики

«Боль утраты», Клайв Льюис — Благотворительный фонд помощи хосписам «Вера»

Наблюдения

Я никогда не думал, что горе похоже на страх. Мне не страшно, но чувства, которые я испытываю, похожи на внезапный испуг, та же внутренняя дрожь, то же беспокойство, постоянная зевота, мне трудно глотать.

Иногда это похоже на легкое опъянение, иногда — замешательство. Как будто между внешним миром и мной существует невидимая мягкая, как одеяло, перегородка. Мне трудно воспринимать то, что говорят окружающие. Вернее, я не желаю слушать их разговоры. Мне не интересно, о чем они говорят. С другой стороны, я хочу, чтобы они говорили исключительно обо мне. Я ненавижу оставаться один в комнате. Вот если бы «они» разговаривали между собой, а не со мной. Бывают моменты, они всегда неожиданные, когда что-то внутри меня пытается уговорить меня, что не так уж все ужасно, не так безнадежно. Кроме любви в жизни есть другие радости. Ведь был же я счастлив до встречи с Х. У меня есть еще много, как говорят, источников удовольствия. Брось, не так уж все плохо. Я немного стыжусь этого внутреннего голоса, но это кажущееся облегчение быстро проходит. Внезапный толчок раскаленной памяти — и весь этот «здравый смысл» улетучивается, как исчезает крохотный муравей в пламени свечи. И меня отбрасывает назад, к слезам и страданию. «Слезы Магдалины». Иногда я предпочитаю эти моменты агонии, по крайней мере, они честны и чисты. Но это погружение в море жалости к себе, это противное липко-сладкое удовольствие, которое испытываешь при этом, мне отвратительно. Я отдаю себе отчет даже во время этих приступов, что я искажаю ее образ. Стоит только поупиваться этими настроениями буквально несколько минут, и вместо живой женщины я проливаю слезы над куклой. Слава Богу, память о ней так сильна ( всегда ли она будет так сильна?), что такие минуты проходят, не оставляя видимых следов. Ее ум был сильный и гибкий, как леопард. Ни страсть, ни нeжность, ни боль не могли разоружить ее разум. Он чуял первые признаки слюней и сентиментальности, вспрыгивал и валил тебя с ног, прежде чем ты успевал сообразить что произошло. Сколько моих мыльных пузырей она моментально прокалывала своей острой булавкой! Я быстро научился не нести вздор, разве только из чистого удовольствия наблюдать ее реакцию — и снова горячий раскаленный толчок — быть ранимым и смешным в ее глазах. Ни с кем другим я так не боялся показаться смешным.

И никогда ни от кого я не слышал о том, что скорби сопутствует лень. Это не касается моей работы — здесь машина крутится, как обычно — я не способен к малейшему усилию, мне тяжело не только написать, даже прочесть письмо, зачем бриться по утрам, какая разница, гладкое или небритое у меня лицо? Говорят, что несчастный человек жаждет отвлечься, как угодно, лишь бы уйти от себя. Но бывает и так: человек, уставший, как собака, просыпается среди ночи от холода, ему нужно лишнее одеяло, чтобы согреться, но он скорее пролежит всю ночь, трясясь от холода, чем встанет и достанет это одеяло. Не трудно понять, почему одинокий становится неряшливым, а со временем грязным и отвратительным.

Тем не менее, возникает вопрос: Где же Бог? Это самый тревожный симптом. Когда ты счастлив, так счастлив, что не нуждаешься в Нем, ты даже чувствуешь, что обращение к Нему лишь отвлечет тебя, и если все-таки ты опомнишься и обратишься к Нему с благодарностью, Он, по крайней мере ты так чувствуешь, принимает тебя с распростертыми объятиями. Но попробуй обратиться к Нему, когда ты в отчаянии, когда все надежды напрасны, и что тебя ожидает? Двери захлопывается перед твоим носом и ты слышишь, как дважды поворачивается ключ в замке, гремит засов — и потом тишина. Нечего больше ждать, поворачивайся и отправляйся, откуда пришел. Окна темны. Похоже, что в доме никого нет. И неизвестно, был ли кто там прежде. Когда-то казалось, да. И прежняя уверенность в том, что дом был населен, была такой же сильной, как теперь — там никого нет. Что это значит? Что означает Его явное присутствие во времена благополучия и полное отсутствие тогда, когда тебе необходима Его помощь в самый тяжелый момент твоей жизни?

Сегодня я поделился этими мыслями с С. Он напомнил мне, что то же самое произошло с Христом: «Почему ты оставил меня?». Я знаю, но от этого не становится легче и понятнее. Я не думаю, что существует опасность утратить веру в Бога. Истинная опасность состоит в возможности поверить в то, что Он — плохой. Я боюсь не того, что я прихожу к выводу «оказывается, Бога нет!», но: «Так вот какой Он, оказывается, и нечего себя обманывать».

Старики покорились и сказали: «Да будет так». Как часто горькую обиду подавляет смертельный страх, и притворная любовь, да, именно притворная, пытается прикрыть истинное чувство ужаса.

Да, проще всего сказать: Бога нет, когда мы больше всего в нем нуждаемся, потому что Его — нет, Его не существует. Но тогда почему Он есть тогда, когда, если быть откровенным, мы можем обойтись без Него?

Как бы то ни было, в одном я уверен: брак был создан для меня. Я никогда не поверю, что религию придумали, чтобы прикрыть наши бессознательные желания и заменить ею секс. Потому что эти несколько лет, что мы были вместе, мы наслаждались любовью во всех ее проявлениях: времена серьезные и веселые, романтически- приподнятые и приземленные, иногда — иногда драматические, как гроза, временами — удобные и уютные, как домашние шлепанцы. Ни единая крупица тела и души не остались неудовлетворенными. Если бы Бог заменял собой любовь, мы по идее должны были бы потерять к Нему всякий интерес. Кому нужна подделка, если у тебя есть подлинник? Но этого не происходит. Мы оба знали, что помимо друг друга нам нужно было что-то еще, нечто, чему нет названия, какая-то смутная потребность. Другими словами, когда любящие вместе, им больше ничего не нужно, не нужно, к примеру, читать, есть, дышать.

Несколько лет назад умер мой друг, и какое-то время я испытывал сильное чувство уверенности, что он продолжает жить, даже более полнокровной жизнью. Я молил Бога, чтобы Он дал мне хотя бы сотую долю такой уверенности после ее ухода. И снова никакого ответа. Запертая дверь, железный занавес, пустота — абсолютный нуль. «Тому кто просит, ничего не отпустится». Было глупо и просить. И теперь, даже если похожее чувство уверенности и посетит меня, я не стану ему доверять. Я подумаю, что мои мольбы вызвали самогипноз, не более того.

В любом случае, я постараюсь держаться подальше от спиритов, я ей это обещал, она знала кое-что об этой компании.

На словах легко исполнять обещания, которые ты давал умершему. Но я начал убеждаться, что уважение к воле покойного — ловушка. Вчера, например, я вовремя остановился, прежде чем сказать о какой-то ерунде: ей бы это не понравилось. Это несправедливо по отношению к другим. Скоро я начну употреблять «Этого бы хотела Х.» как инструмент домашней тирании, ее «желания» станут все более прозрачным прикрытием моих собственных желаний.

Я не могу говорить о ней с детьми. Как только я пытаюсь заговорить о ней, я вижу на их лицах не скорбь, не любовь, не жалость, не страх, но самое фатальное из всех видов «непроводимости» — стыд. По их виду можно предположить, что я совершаю что-то непристойное. Они страстно желают, чтобы я замолчал. То же самое ощущал я, когда после смерти матери мой отец упоминал ее имя. Я их не осуждаю. Так уж устроены мальчики.

Иногда я думаю, что стыд, обыкновенное чувство неловкости, бессмысленное смущение часто больше мешают совершать добрые поступки и просто чувствовать себя счастливым, чем что бы то ни было И не только в юности. Правы ли мальчики? Что бы подумала сама Х. об этой ужасной тетради, к которой я все время возвращаюсь? Не отвратительны ли эти записи? Когда-то я прочел такую фразу: «Всю ночь я провел без сна, думая о зубной боли и о бессоннице». Это очень похоже на жизнь. Часть любого страдания является тенью или отражением этого страдания. Факт тот, что ты не просто страдаешь, но и одновременно думаешь о том, что ты страдаешь. Я не только проживаю каждый бесконечный день, испытывая горе, но каждый день я живу, думая о том, что каждый прожитый день я испытываю горе. Может быть, эти записи только усугубляют мои страдания? Просто подкрепляют монотонное, как движение мельницы, кружение мыслей вокруг одного и того же. Но что же мне делать? Мне нужно какое — то лекарство, чтение — недостачно сильная пилюля.

Записывая все свои мысли (нет, лишь одну сотую), мне верится, что я как-то отвлекаюсь. Так бы я оправдывался перед Х. Но скорее всего она нашла бы слабое звено в моей защите.

Дело не только в мальчиках. Странный продукт моей утраты это то, что я полностью осознаю, что у всех, кого бы я ни встретил, я вызываю смущение. На работе, в клубе, на улице я встречаю знакомых, которые подходя ко мне, на ходу пытаются быстро сообразить, надо ли заговаривать со мной об «этом». Я ненавижу, когда они заводят разговор об «этом» и не переношу, когда они избегают этой темы. Некоторые просто стараются увильнуть. Р. избегает меня уже целую неделю.

Больше всего мне нравятся хорошо воспитанные юноши, почти мальчики, которые подходят ко мне, как входят на прием к зубному врачу, жутко краснеют, стараются побыстрее отделаться, а потом, когда самое неприятное позади, быстро и по возможности соблюдая приличия, исчезают в дверях бара. Может быть, людей, потерявших близких, следует изолировать и помещать в специальные заведения типа лепрозория?

В некоторых я вызываю кое-что похуже смущения. Для них я тень самой смерти. Когда бы я ни сталкивался со счастливой жeнатой парой, я знаю, о чем они думают, глядя на меня: «Один из нас когда-нибудь будет на его месте».

Сначала я опасался посещать наши любимые места, где мы с ней были счастливы когда-то — наш любимый паб, парк. Однажды я решился сразу, как посылают в полет пилота после того, как он побывал в аварии. К моему удивлению, никакой разницы. Ее отсутствие в этих местах ощутимо не более чем повсюду. Оно не имеет привязанности к определенному месту. Думаю, если тебе вдруг запретят употреблять в пищу соль, ты не будешь замечать ее нехватку в одном блюде больше чем в другом. Весь процесс еды будет другим, каждый день, любая пища. Это так просто. Весь жизненный процесс изменился. Ее отсутствие — как небо, распростершееся надо всем.

Хотя нет, это не совсем так. Есть одно место, где ее особенно не хватает, и этого места мне не избежать, ибо это я сам, мое тело. Когда-то оно было значительно, так как оно было телом возлюбленного Х. Теперь же мое тело — опустелый дом. Однако зачем обманывать себя? Я знаю, наступит время, и мое тело обретет былую важность для меня, и я даже забуду, что с ним было что-то неладно.

Рак, рак и рак. Моя мать, отец, жена. Кто следующий, думаю я. Тем не менее, Х., умирая от рака и зная это, призналась, что она больше не чувствует прежнего ужаса. Когда это стало реальностью, сама идея и имя болезни до какой-то степени утратили силу. И какое-то время я почти понимал ее. Это очень важно. Мы никогда не переживаем просто Рак, Войну или Несчастье ( также и счастье ). Мы живем одним часом, одной минутой. Взлеты и падения. Лучшие времена омрачены множеством мелких несчастий, и наоборот, самые тяжелые скрашиваются хорошими счастливыми минутами..Мы никогда не осознаем до конца воздействия того или иного события в нашей жизни, мы даем ему название, которое в корне неверно. Сама жизнь — взлеты и падения, остальное — чистая идея.

Сейчас даже не верится, что мы бывали счастливы и веселы тогда, когда не оставалось никакой надежды. Как долго, содержательно и насыщенно проговорили мы в последнюю ночь!

Хотя нет, мы были не совсем вместе. Есть граница, за которой это уже не твоя «плоть». Невозможно до конца разделить слабость, страх и боль другого существа. То, что переживает другой, конечно, ужасно. Может быть, вам так же плохо, как близкому вам человеку, но я бы не стал особенно доверять тому, кто настаивает на этом. Все-таки разница есть. Ибо, говоря о страхе, я имею в виду животный страх, смертный ужас, охватывающий весь организм перед концом, удушье — ощущения крысы в мышеловке. Этот ужас нельзя разделить ни с кем. Сознание сострадает, тело сострадает меньше. Уж по крайней мере, телесная близость знакома любой любящей паре. Весь любовный опыт тренирует два тела переживать не идентичные, но дополняющие друг друга, взаимосвязанные, даже если и противоположные чувства.

Мы оба знали это. Я испытывал свои собственные, а не ее страдания, у нее были свои, а не мои. Конец ее страданий означал лишь «совершеннолетие» моих. Мы пошли дальше каждый своей дорогой. Эта леденящая душу правда, это ужасное правило уличного движения («Вам, мадам, направо, а вы, сэр, следуйте налево») — лишь начало разлуки, которая есть сама смерть. Эта разлука ожидает всех. Я думал, почему именно нам с ней так фатально не повезло, нас разлучили. Но, полагаю, все любящие думают так про себя, оказавшись в такой же ситуации.

Однажды она сказала мне: «Если мы даже умрем в один день и в один час, лежа рядом, все равно это будет та же разлука, которой ты так боишься». Разумеется, она не знала больше, чем я. Но она была ближе к смерти, и ей было легче попасть в цель. Она часто цитировала: «Один ты пришел в этот мир и один уйдешь». И она говорила, что она это чувствовала.. И было бы совершенно невероятно, если бы было иначе. Нас свело время, пространство и плоть, мы общались друг с другом, как по телефонным проводам, стоит перерезать один проводок — и связь прервана. Так или иначе, должен же когда-нибудь прерваться наш разговор? Если только не предположить, что этот вид связи заменяется совсем другим, но достигающим той же цели. Спрашивается, зачем же было разрушать старый способ?

Бог — не клоун, который вытаскивает из-под носа. тарелку супа, чтобы тут же подсунуть другую тарелку того же супа. Даже природа не устраивает такие фокусы, она никогда не повторяет дважды одну мелодию.

Очень трудно выносить тех, которые говорят : «Смерти нет» или «Смерть не имеет значения». Смерть есть и она имеет значение, и ее последствия неизбежны и непоправимы. С таким же успехом можно сказать : Рождение не имеет значения.

Я гляжу на ночное небо. Ни в чем я так не уверен, как в том, что никогда, ни в каком времени и пространстве я больше не увижу ее лица, не услышу ее голос, не коснусь ее. Она умерла. Она мертва. Неужели так сложно это понять?

У меня не осталось ни одной ее хорошей фотографии. Когда я пытаюсь вспомнить ее лицо, мне не удается его увидеть отчетливо в моем воображении. А вот лицо абсолютно незнакомого человека, мелькнувшее в утренней толпе, я вижу с безошибочной точностью, стоит мне закрыть глаза. Несомненно на это есть простое объяснение. Мы видим лица тех, кто нам ближе и дороже всех, в разных ситуациях, под разными углами, в разном освещении, с разными выражениями, мы видим их, когда они гуляют, спят, плачут, едят, говорят, задумываются — и все эти разнообразные выражения смешиваются в нашей памяти и сливаются в неясное расплывчатое пятно. Но голос ее я слышу так яственно. Иногда, вспоминая ее голос, я могу разрыдаться как малое дитя.

2

Впервые за это время я решился перечитать свои записи. Мне стало неприятно. Читая эти записи, можно подумать, что ее смерть не имеет значения сама по себе, а важно лишь то, как она повлияла на меня. Сама Х. как бы выпала из поля зрения. Как я мог забыть, с какой горечью она восклицала : «Как много еще осталось всего, ради чего так хочется жить!»

Счастье пришло к ней довольно поздно. Она могла прожить еще 1000 лет и никогда бы не заскучала. Ее вкус ко всем удовольствиям чувства, разума и духа никогда не притуплялся. Она наслаждалась всеми радостями жизни, как никто другой, кого я знал. Она была как голодный, перед которым поставили изобильную еду и сразу же отобрали. Рок, судьба (или как это называется) обожает дарить огромные возможности, чтобы затем обмануть ожидания. Бетховен оглох…Как ни посмотри, все это смахивает на злую шутку, фокус злобного кретина.

Я должен думать больше о Х. и меньше осебе. Звучит неплохо. Но тут есть загвоздка. Я думаю о ней постоянно. Я вспоминаю, как она выглядела, как она разговаривала, как она двигалась. Но все эти факты и детали отбирает и сортирует мой разум. Меньше месяца прошло после ее смерти, и я уже чувствую, что начался медленный процесс превращения живой Х. в придуманную мною женщину. И это несомненный факт. Я больше не буду ничего выдумывать (по крайней мере, надеюсь). Но что, если мои записи все равно будут все больше и больше сосредотачиваться на моей персоне? Нет больше самой реальности, которая меня могла во-время одернуть, как это делала, всегда неожиданно, живая Х, будучи самой собой, а не мной.

Самый ценный дар, который мне дала женитьба, это то, что рядом со мной всегда было существо, очень близкое, тесно связанное со мной и в то же время отличное от меня и даже сопротивляющееся, одним словом — сама реальность. Неужели весь этот труд пойдет насмарку? Неужели я допущу, чтобы Х. будет уходить все дальше и дальше, пока не станет не более чем одним из снов, которые меня посещали в молодые годы, когда я был еще не женат?

О, родная моя, вернись хоть на минуту и прогони этот страшный призрак ! О, Господи, зачем Ты приложил столько стараний, чтобы вырвать это существо из его оболочки, если его затягивает, засасывает назад?

Сегодня мне надо было встретиться с человеком, которого я не видел 10 лет. Все эти годы я считал, что я прекрасно его помню — его внешность, манеру говорить, его любимые словечки. Но в первые же пять минут реальный человек полностью разрушил живущий в моей памяти образ. Это не значит, что он сильно изменился. Наоборот, я мысленно говорил себе: «Да, конечно, конечно, я просто забыл, что он думал о том-то, как он не любил того-то, что он знал о том-то, или его манеру откидывать назад голову». Но его облик за эти 10 лет потускнел и вылинял в моей памяти, и когда я увидел реального человека, я был поражен удивительной разницей. Могу ли я надеяться, что этого не произойдет с моей памятью о Х.? Что это уже не началось? Медленно, бесшумно, как падают на землю снежные хлопья, и снег будет идти всю ночь — хлопья моего воображения, моей избирательной памяти будут накрывать ее образ…И в конце концов полностью погребут под собой реальные очертания. Всего 10 минут, 10 секунд — и реальная, живая Х. могла бы все исправить. Но даже если бы мне были даны эти 10 секунд, в следующую же секунду снова начнут падать хлопья. И острый, грубый, очищающий вкус ее уникальности снова исчезнет.

Какое жалкое лицемерие — говорить: «Она будет вечно жить в твоей памяти». Жить? Вот именно жить-то она и не будет. С таким же успехом можно, как древние египтяне, забальзамировать умершего и думать, что он будет всегда с нами. Что еще может убедить нас, что их нет, они ушли, исчезли навсегда? Что осталось? Труп, память и (в некоторых вариантах) привидение. Все это издевательство и ужас. Три разных слова, которые означают одно: она умерла. Я любил Х. Я не хочу любить мою память о ней, ее образ, существующий в моем собственном воображении. Это будет что-то вроде инцеста.

Я хорошо помню, как я был неприятно поражен в одно прекрасное утро много лет назад. Полнокровный жизнерадостный работяга с лопатой и лейкой в руках вошел в церковный дворик и, закрывая за собой ворота, крикнул через плечо своим приятелям: «Скоро вернусь, я только маму навещу!» Он имел в виду, что он польет цветы и приберет могилу матери. Меня все это ужаснуло, подобное проявление чувств, вся эта кладбищенская ерунда всегда и до сих пор мне ненавистны и совершенно неприемлимы.

Но в свете моих теперешних мыслей я начинаю задумываться: если некоторые (я — нет) могут принять и понять поведение этого парня, то, пожалуй, можно немало сказать в защиту такой позиции. Клумба 6 на 8 футов стала мамой, символом, тем, что связывает его с ней. Ухаживание за могилой означает навещать маму. Может быть, это в какой-то мере лучше, чем хранить и ласкать образ, запечатленный в моем воображении, в моей памяти? Могила или образ, в принципе, одно и то же: нити, связывающие с необратимым, символы невообразимого. К тому же мысленный образ имеет дополнительный недостаток — он делает все, что ты пожелаешь, он будет улыбаться или хмуриться, будет нежным, веселым, грубым, может спорить с тобой — все зависит от твоего настроения. Ты — кукольник, дергающий за веревочки. Конечно, это не совсем так. Память еще свежа, подлинные невольные воспоминания, слава Богу, возникают неожиданно и вырывают веревочки из моих рук. Но роковая подчиненность образа, полная зависимость от меня со временем будут возрастать. С другой стороны, могильная клумба — это упрямая, упорная, часто несговорчивая часть действительности, каковой, не сомневаюсь, была его мама при жизни. Кстати, такой же была Х.

Или есть. Могу я, положа руку на сердце, сказать, что я верю, что она — есть? Большинство моих знакомых, с которым я встречаюсь, скажем, на работе, уверены, что ее больше нет. Естественно, они не делятся этой точкой зрения со мной, во всяком случае, пока. Что думаю я сам? Я всегда молился за упокой души неблизких мне людей, я молюсь за них и теперь. Но как только я пытаюсь помолиться за Х., что-то меня останавливает. Мною овладевают смущение и замешательство, я чувствую нереальность происходящего, как-будто я произношу слова в пустоту, и все, о чем я говорю, плод моего воображения. Объяснение достаточно простое. Вы никогда не знаете, насколько сильно вы верите во что бы то ни было, пока истинность вашей веры не станет вопросом жизни или смерти. Легко утверждать, что данная веревка достаточно крепкая, если вы собираетесь обвязать ею коробку. Но, предположим, на этой же веревке вам предстоит повиснуть над пропастью. Вот тут-то вы и поймете, насколько вы уверены в крепости вашей веревки. Так же и с отношениями между людьми. Долгие годы я полагал, что полностью доверяю Б.Р. Но вот наступило время, когда мне надо было решить, доверить ли ему важный секрет. Тут -то я понял цену своего «безграничного доверия». Я понял, что я никогда не доверял ему до конца. Сила истной веры проверяется только испытанием на риск. Вероятно, моя вера (я думал, что я верю) позволяла мне молиться за чужих мне людей и казалась истинной, потому что по большому счету я был равнодушен к их судьбе.

Но тут возникают другие сложности. Где она сейчас? Вот именно, где она находится в данный момент? Если она покинула свое тело, а тело, которое я так любил, несомненно, больше не является ею, значит ее нет нигде. Ведь «настоящее время » это дата или определенная точка во времени, в котором мы проживаем. Как если бы она уехала куда-нибудь без меня, и я бы задумался, взглянув на часы: «интересно, доехала ли она уже до Юстона?» Но если она не существует в одном с нами временном отрезке, где одна минута состоит из 60-ти секунд, как для всех живущих, что значит «сейчас»? Где разница между «был», «есть» и «будет»?

Мои добрые знакомые утешают меня: «Она теперь с Богом». Это верно в какой -то степени. Она, также как и Бог, недоступна и не поддается никакому воображению.

Но я полагаю, как бы ни был важен этот вопрос сам по себе, все это не имеет отношения к горю, которое я испытываю.

Предположим, те несколько лет земной жизни, которые мы провели вместе, были только началом, или прелюдией, или земным проявлением двух невообразимых, сверхкосмических бессмертных творений. Эти «творения» можно представить себе в виде сфер или шаров, и там, где космическое тело Природы пролетает сквозь них, оно рассекает их на две половинки, две полусферы, которые и соприкасаются на время своего земного существования. Но именно этого я жажду, именно это я оплакиваю, именно этого мне так не хватает, двух половинок круга, за пределами их соприкосновения.

Вы мне говорите «Она продолжает существовать», но моя душа, мое тело, все мое существо взывают: «вернись, вернись ко мне, будь этим кругом, соприкоснись с моим на космическом корабле Природы!» Но я знаю — это невозможно. Я хочу того, чего я никогда не получу. Старая добрая жизнь, шутки, споры, бокал вина, до боли знакомая, обыденная — жизнь. С какой стороны ни посмотри, «Х. умерла» означает «Все это умерло с нею». Это стало частью прошлого. И прошлое это прошлое, это прошедшее время, еще одно название смерти или самих небес, где находится все то, что было и умерло.

Поговорите со мной о религиозной истине, и я с удовольствием послушаю, Говорите о религиозном долге, я покорно выслушаю. Но не пробуйте говорить со мной о том, что религия утешает, иначе я подумаю, что вы меня просто не понимаете.

Конечно, если вы буквально верите во встречу с родными и близкими в загробном мире, которое люди воображают совершенно по-земному, это меняет дело. Однако этого не подтверждают никакие тексты, все почерпнуто из плохих гимнов и дешевых литографий, в Библии об этом ничего не сказано. Да и звучит совсем уж неправдоподобно. Действительность никогда не повторяется. Нельзя отнять что-то, а потом вернуть в том же виде. Спиритуалисты живо заглатывают приманку: «все там совершенно такое же, как здесь». В Раю тоже курят сигары. Вот чего бы нам хотелось. Реставрировать прошлое счастье.

Именно этого хочу и я, об этом плачу по ночам, шепча в пустоту страстные мольбы.

Как цитирует бедный С., «Не оплакивайте тех, у кого не осталось надежды». Меня поражает, как мы прилагаем к себе слова, адресованные лучшим из нас. То, что говорит Св. Павел, может утешить тех, кто любит Бога больше, чем умерших, а мертвых больше, чем самого себя. Когда мать оплакивает свое дитя, она скорбит не по ребенку, которого потеряла, а по тому, что потерял ее ребенок, утешение она находит в вере, что ее дитя обрело другую жизнь, оно не утратило своего предназначения навсегда. Но утешение также в ее вере, что потеряв самое дорогое существо, смысл ее существования, она не утратила самого главного, она надеется» прославлять Бога и находить в Нем вечную радость«. Утешение матери в вечном божественном духе, который будет с ней всегда. Но нет утешения ее материнству. Радости материнства отняты у нее навсегда. Никогда и нигде не подержит она сына на коленях, не искупает его, не почитает ему сказку, не помечтает о его будущем, никогда не увидит своих внуков.

Мне говорят: «Ей сейчас хорошо», мне говорят «Она успокоилась». Откуда у них такая уверенность? Я не хочу сказать, что я боюсь самого худшего. Чуть ли не последние ее слова были: «Я в мире с Богом», а она не всегда была с Ним в мире. И она никогда не лгала. И ее было трудно обмануть, особенно, если этот обман был в ее пользу.. Я не говорю, что она солгала. Но откуда они взяли, что со смертью кончаются все страдания? Половина христианского мира и миллионы верующих на Востоке уверены в обратном. Откуда они знают, что она успокоилась? Почему разлука, которая так ужасна для оставшегося, не должна приносить боль ушедшему?

«Потому что она сейчас в руках Бога». Но если на то пошло, она и раньше была в руках Бога, и я видел, что с ней сделали. Что, к нам вдруг относятся более милосердно, как только мы покидаем бренное тело? Если доброта Бога неразрывно связана с причинением боли, это значит, либо Бог злой, либо — Бога нет: ибо в единственной жизни, которая нам дана, Он причиняет такие запредельные страдания, которые даже невозможно себе вообразить. Если Он заставляет нас так страдать при жизни, то Он может вполне причинять невыносимую боль и после смерти.

Иногда сразу напрашивается: «Бог простил Богу». Но если мы истинно верим, то ведь Он не простил, Он распял Его.

Нечего себя обманывать, мы от этого ничего не выиграем. Мы обречены страдать, и это неизбежно. Действительность, если прямо взглянуть ей в глаза, невыносима. Как и почему она и здесь и там расцвела и выросла в ужасный феномен, называемый осознанием? Почему она вызвала к жизни нас, которые видим эту действительность и содрогаемся от ужаса? Кто (еще не знакомый с нею) захочет не только увидеть ее, но и приложить все старания, чтобы ее найти, даже если в этом нет никакой необходимости и даже если лишь один взгляд на нее оставляет в наших сердцах незаживающую язву? Кто? Такие как сама Х., которая всегда хотела знать правду любой ценой.

Если Х. больше нет, то ее никода не было. Я ошибся, приняв облако атомов за живого человека. Людей не существует и никогда не существовало. Смерть просто обнажает вечную пустоту, которая была всегда. С тех, которых мы считаем живыми, еще просто не сорвана маска. Все банкроты, но некоторые еще не объявили банкротства. Однако и это полная бессмыслица: пустота там, где никого никогда не было? Объявить себя банкротом — кому? Другим скоплениям искорок или соединениям атомов? Я никогда не поверю, а еще точнее, не могу поверить, что один набор физических превращений можно заменить или по ошибке принять за другой.

Нет, меня пугает не материализм. Если бы материалисты были правы, мы, вернее, то что мы принимаем за «мы», могли бы избежать мучений, проще простого — проглотить горсть снотворного. Я больше боюсь другого — что мы крысы в мышеловке, или того хуже, лабораторные крысы. Кто-то, помнится, сказал: «Бог всегда приумножает». А что, если Бог занимается вивисекцией?

Рано или поздно, пытаясь найти ответ, я буду вынужден взглянуть правде в глаза и задать этот вопрос на простом человеческом языке.

Что, кроме нашего собственного отчаянного желания, оправдывает нашу веру в милосердие Бога? Весь наш опыт утверждает обратное. Что мы можем на это возразить?

Мы возражаем — а сам Христос? Но вдруг и Он ошибся? Его последние слова могут иметь простое объяснение. Он понял, что Бог-отец совсем не такой, каким он должен быть. Ловушка, которую заранее тщательно продумали, приготовили и искусно подложили приманку, наконец, сработала — на кресте. Злобный розыгрыш удался.

Почему все мои молитвы застревают в горле и все надежды кажутся тщетными — потому что я все еще прекрасно помню, как мы с ней страстно молились и напрасно надеялись. Надеялись не только потому что мы хотели надеяться, но и потому что нам давали, даже навязывали надежду: ошибочными диагнозами, рентгеновскими снимками, внезапными улучшениями состояния, которые воспринимались как чудо. Шаг за шагом нас вели по «тропе цветущего сада», и раз за разом, когда Он, казалось, был особенно милосерден, на самом деле, у Него уже была наготове очередная пытка.

Это я записал вчера ночью. Это была даже не мысль, а скорее, вопль. Попробую еще раз. Разумно ли верить, что Бог жесток? Неужели Он может быть таким жестоким? Что, Он — космический садист, злобный кретин?

Если подумать, это уже чистая антропология, это еще глупее, чем представлять Его в виде доброго царя с длинной бородой. Этот образ — типичная модель Юнга. Этот облик сближает Бога с добрыми мудрыми сказочными королями, добрыми волшебниками, фокусниками и героями народных сказаний. Формально мы представляем его человеком, но в то же время предполагается высшее существо, и уж по крайней мере, мы представляем кого-то, кто старше нас, мудрее нас, знающего гораздо больше того, что доступно нашему воображению. Сохраняется тайна. И тем самым остается место для надежды. Следовательно, и для страха, и не просто опасения, что с тобой сыграют злую шутку. Вчера ночью я представлял себе кого-то, похожего на С.С. — когда-то он был моим соседом по столу и за ужином любил рассказывать, что он сегодня проделывал с кошками. Если Он такой же как С.С. (пусть это сильное преувеличение), то, конечно, он не способен ничего ни создать, ни управлять чем бы то ни было. Он мог бы только расставлять капканы с приманками. Но он бы никогда не додумался о таких приманках, как любовь, смех, нарциссы или закат солнца в морозный день. И он создал вселенную? Такое существо не способно просто пошутить, или поклониться, или принести извинения или завести друга.

Можно ли всерьез рассматривать идею недоброго Бога, как бы с «черного хода», в духе крайнего кальвинизма? Вы можете возразить, что мы все погрязли в грехе. Мы настолько грешны, что наши представления о добре и зле ничего не стоят, хуже того, то, что мы считаем добром, может оказаться злом в чистом виде. Если наши худшие опасения подтверждаются, тогда Бог обладает всеми качествами, считающимися дурными: безрассудность, тщеславие, мстительность, несправедливость, жестокость. Но то, что нам видится черным, на самом деле белое. Наша собственная греховность окрашивает все в черный цвет.

Ну, и что с того? Все наши рассуждения и предположения уничтожают саму идею существования Бога. Само определение «добрый» становится бессмысленным, как, скажем, «абракадабра». Нет никакого основания Ему повиноваться, даже бояться Его не стоит. Да, Он угрожает, Он дает обещания. Но зачем им верить? Если жестокость Он считает милосердием, то и ложь — добро. Если это так, то какая разница? Если Его идея добра так отличается от того, что мы считаем добром, тогда Его рай — это по-нашему ад и наоборот. Наконец, если сама реальность в корне не имеет для нас никакого смысла, или другими словами, мы полные идиоты, какой смысл пытаться раздумывать о Боге, или вообще о чем бы то ни было? Этот узел все равно развязывается, как ни пытаешься его затянуть.

Как я смею даже думать о подобной гадости и ерунде? Может быть, я надеюсь, что если чувства настолько искажены, то я буду меньше чувствовать? Не являются ли мои записи бессмысленными попытками человека, не желающего примириться с фактом, что единственный способ прекратить страдания это принять и перестрадать их? Кто все еще надеется, что существует какое-то средство от боли, нужно только хорошенько поискать? Что бы мы ни делали в зубоврачебном кресле, хватаем ли врача за руки или смирно сидим, сложив руки на коленях, сверло продолжает сверлить.

А горе по-прежнему похоже на страх, вернее, ужас. Или ожидание, будто сидишь и ждешь, что вот-вот случится что-то ужасное. Вся жизнь приобретает постоянный привкус временности. Не стоит ничего начинать. Я никак не могу угомониться, меня одолевает зевота, я не могу найти себе места, я слишком много курю. До сих пор мне вечно не хватало времени, теперь в жизни не осталось ничего, кроме времени. Чистое время, пустое бесконечное время

Единая плоть. Или, если вам больше нравится, другое сравнение — корабль. Потерян мотор с правого борта, я — оставшийся мотор с левого борта, должен как-то дошлепать до пристани. Вернее, пока не закончится плавание. Как я смею даже мечтать о пристани? Скорее всего меня встретит пронизанный ветром пустынный берег, черная ночь, оглушающий грохот шторма, впереди показались сваи, а мелькнувший на берегу огонек — скорее всего, размахивающий фонарем пьяный забулдыга. Так выглядит ее подход к берегу. Такой же был у моей матери. Я называю это — их подход к берегу, а не прибытие.

3

На самом деле я думаю о ней не все время. Например, во время работы или разговора это просто невозможно. Но эти периоды, когда я не думаю о ней, пожалуй, хуже всего. Потому что еще даже не осознав причины, я чувствую, что мне не по себе, мне чего-то не хватает. Бывают такие сны, в которых вроде бы не происходит ничего страшного, ничего значительного, о чем можно было бы рассказать за завтраком, но в то же время вся атмосфера сна, особый привкус кошмара оставляют впечатление ужаса. Также и здесь. Я замечаю, что ягоды рябины начинают краснеть, и на секунду не могу сообразить, почему именно рябина ввергает меня в депрессию. Слышу бой часов, и в нем чего-то не хватает, какой-то не такой звук. Что случилось с миром, почему все выглядит таким плоским, бесцветным, изношенным? И тут я вспоминаю.

Вот еще что меня пугает. Природа возьмет свое, постепенно утихнет мучительная боль, пройдут ночные кошмары, но что потом? Просто апатия, мертвая скука? Наступит ли когда-нибудь время, когда я перестану вопрошать, почему весь мир превратился для меня в убогую улочку, потому что грязь и мерзость запустения стали для меня нормой? Неужели за скорбью следует скука с налетом легкой тошноты?

Чувства, чувства и чувства. Начну-ка я думать. Если трезво подумать, что нового привнесла смерть Х. в мое восприятие мира? Какое основание для сомнений в том, во что я всегда верил? Мне прекрасно известно, что каждый день во всем мире умирают люди, происходят вещи и пострашнее. Должен сказать, что я это учитывал, меня предостерегали, да я и сам себя предостерегал — не рассчитывай на всемирное счастье. Более того, страдания предусмотрены, они — часть плана. Нам было сказано: «Благословенны те, кто скорбят», и я соглашался с этим. Я не получил ничего, чего бы я не ожидал. Конечно, большая разница, когда это случилось с тобой, а не с другими, и не в воображении, а в действительности. Да, но как может человек в здравом уме понять эту разницу? Тем более, если его вера была истинной и его сочувствие к горестям других было искренним? Объяснение достаточно, даже слишком, простое. Если мой дом рухнул от одного дуновения, значит это был карточный домик. Вера, которая «все принимала во внимание», была воображаемой. «Принимать во внимание» не значит «сопереживать». Если бы меня действительно волновали чужие горести, как я полагал, я не был бы так придавлен собственным горем. Это была воображаемая вера, играющая с безобидными фишками, на которые наклеены бумажки со словами: «болезнь», «боль», «смерть» и «одиночество». Я верил, что моя веревка достаточно крепка, пока это было не так уж важно, но когда встал вопрос, выдержит ли она мой вес, выяснилось, что я никогда и не верил в ее крепость.

Любители бриджа утверждают, что надо непременно играть на деньги, иначе теряется интерес. Так же и здесь. Если вы ничего не ставите на кон, то и неважно, есть Бог, нету Бога, милосердный Он, или злобный космический садист, есть ли вечная жизнь или ее нет. И вы никогда не осознаете, насколько это для вас важно, пока не начнете играть не на фишки и не на шестипенсовики, а поставите на кон все, что имеете, до последнего пенни. Только это может встряхнуть такого, как я, и заставить пересмотреть свои взгляды, начать думать и верить по-новому. Такому требуется дать хорошего тумака, чтобы привести в чувства. Иногда правды можно добиться только пытками, и только под пытками ты сам узнаешь правду.

Я должен признаться (сама Х. добилась бы этого признания в два счета), что если мой дом построен из карт, чем скорее его развалить, тем лучше. И развалить его может только страдание. И тогда все рассуждения о Космическом садисте и Вечном вивисекторе становятся бессмысленной и никчемной гипотезой.

Не говорит ли моя последняя запись о том, что я неизлечим, даже когда реальность разбивает мою мечту на мелкие куски, я все равно продолжаю хандрить, запутываю все еще больше, пока еще не прошел первый шок, а уж потом тупо и терпеливо начинаю склеивать осколки. И так будет всегда? каждый раз, когда разваливается мой домик, я должен строить его заново? Не этим ли я занимаюсь сейчас?

Конечно, не исключено, что как только произойдет то, что я называю «восстановлением веры», окажется, что это очередной карточный домик. Я не узнаю этого до очередного щелчка, скажем, когда я сам заболею неизлечимой болезнью, или грянет война, или я погублю себя, совершив какую-нибудь ужасную ошибку на работе. Но возникают два вопроса: в каком смысле это можно назвать карточным домиком, потому что то, во что я верю, всего лишь сон, или мне только снится, что я верю?

Если посмотреть правде в глаза, на каком основании можно больше доверять тому, что я думал неделю назад, чем тому, что я думаю теперь? Я почти уверен, что в основном, я сейчас более нормален, чем был в первые недели. Как можно доверять отчаянному воображению человека, находящемуся в полубессознательном состоянии, как после сотрясения мозга?

Потому лишь, что тут не было никакой попытки выдавать желаемое за действительное? Потому что мои мысли были настолько ужасны, что именно поэтому они скорее всего наиболее приближаются к истине? Ведь исполниться могут не только приятные, но и страшные сны. Так уж они были отвратительны? Нет, мне они даже по-своему нравились. Я отдаю себе отчет, что я слегка сопротивляюсь более приятному варианту. Все мои рассуждения о Космическом Садисте были скорее всего не отражением мыслей, а выражением ненависти. Я получал от них мстительное удовольствие, единственное удовольствие, доступное человеку, испытывающему мучения, удовольствие дать сдачи. Просто оскорбительное ругательство — выложил Богу начистоту все, что я о Нем думаю. И конечно же, как всегда, оскорбив кого-нибудь в сильных выражениях, добавляешь: «Я на самом деле сам не верил в то, что говорил». Я только хотел оскорбить Его и Его последователей. Подобные высказывания всегда доставляют некоторое удовольствие. Высказал все, что накипело. После этого чувствуешь себя получше некоторое время.

Но настроение еще не доказательство. Конечно, кошка будет визжать и царапаться, пытаясь вырваться из рук ветеринара, а если удастся, то и укусит. Вопрос в том, кто он: врачеватель или вивисектор. Поведение кошки не проливает света на этот вопрос.

Я могу поверить в то, что Он — врачеватель, если я думаю о моих собственных страданиях. Сложнее, когда я думаю, как страдала она. Муки горя не сравнить с физической болью. Только дураки утверждают, что моральные страдания во сто крат страшнее физических. Разум всегда обладает способностью восстанавливаться. Самое худшее, что может произойти, тяжелые мысли возвращаются снова и снова, но физическая боль может быть абсолютно бесконечной. Горе — это бомбовоз, летающий кругами и сбрасывающий очередную бомбу, описав очередной круг и возвращаясь к цели. Физические страдания подобны постоянному огневому валу в окопах первой мировой войны, обстрелы, длящиеся часами, без передышки. Мысли не бывают статичными, тогда как боль часто статична.

Что из себя представляет моя любовь, если я думаю больше о своих, а не ее страданиях? Даже мои безумные мольбы «Вернись, вернись!» — прежде всего то, чего я хочу для себя. Я никогда не задумывался, если бы такое оказалось возможным, было ли бы это хорошо для нее? Я хочу ее возвращения ради восстановления моего прошлого. Для нее я не мог пожелать ничего худшего: испытать смерть и вернуться на землю, чтобы снова, пусть позже, пройти через умирание? Первым мучеником считается Стефан, может быть, мучения Лазаря были похуже?

Я начинаю понимать. По силе моя любовь к ней была приблизительно такой же, как моя вера в Бога. Правда, не буду преувеличивать. Насколько моя вера была воображаемой, а любовь эгоистичной, знает только Бог. Я не знаю. Может, слишком сильно сказано, особенно, что касается моей любви. Но ни то, ни другое не было, как я полагал, истинным, и в том и в другом было довольно много от карточного замка.

Какая разница, как я скорблю и что я делаю со своим горем? Какая разница, как я ее помню и помню ли вообще? Ничто не облегчит ее прошлых страданий. Прошлых страданий. Откуда я знаю, что все ее страдания в прошлом?

Я никогда не верил, считая это абсолютно невероятным, что самая преданная Богу душа немедленно, как только из горла умирающего вырвется последний хрип, обретает мир и покой. Поверить в это теперь — это выдавать желаемое за действительное. Х. была яркой личностью, прямая, светлая душа, как шпага из закаленной стали. Но она не была святой. Грешная женщина, замужем за грешным мужчиной. Два пациента Бога, которых еще надо излечить. Я знаю, требуется не только осушить слезы, но и отчистить пятна, чтобы шпага заблистала еще ярче.

Но пожалуйста, о, Боже, осторожнее, осторожнее. Месяц за месяцем, неделю за неделей Ты растягивал ее бедное тело на дыбе, когда она еще в нем находилась. Не хватит ли?

Самое ужасное, что совершенный милосердный Бог в данном случае ничуть не лучше Космического Садиста. Чем больше мы верим, что Бог причиняет боль, только чтобы излечить, тем меньше мы надеемся, что он услышит наши страстные мольбы быть «поосторожней».

Жестокого можно задобрить взяткой, или он сам, наконец, устанет от своего утомительного занятия, или на него может найти неожиданный приступ милосердия, как у алкоголика вдруг наступает период трезвости. Но предположим, что вы имеете дело с искусным хирургом, у которого самые лучшие намерения. Чем он добросовесней и добрей, тем безжалостней он будет резать. Если он приостановится в ответ на ваши мольбы, или вообще прекратит операцию, не закончив, то все страдания, которые вы испытали вплоть до этого момента, окажутся напрасными. Но так ли уж необходимы эти запредельные пытки? Что ж, решайте сами, на выбор. Мучения неизбежны. Если они бессмысленны, значит нет никакого Бога, а если Он есть, то Он злой. Но если Бог есть и он справедлив, значит пытки необходимы. Потому что никакое хотя бы мало-мальски порядочное существо не допустило бы ненужных страданий.

В любом случае, мы обречены страдать

Что имеют в виду те, что говорят: «Я не боюсь Бога, потому что я знаю, что Он милосерден»? Они никогда не бывали у зубного врача?

Там не менее страдания нестерпимы. И ты лепечешь: «Если бы я смог принять эти муки, пусть самые ужасные, вместо нее». Но никто не знает, насколько серьезна такая высокая ставка, потому что в действительности ты ничем не рискуешь. И если бы такая возможность вдруг представилась, мы бы открыли для себя, насколько серьезно мы были готовы к такой жертве. Да и позволен ли нам подобный выбор?

Это было позволено только Одному, сказано нам, и я снова начинаю верить, что Он сделал все возможное во искупление грехов. Он отвечает на наш лепет: «Ты не можешь и не смеешь. Я мог и я посмел».

Сегодня утром случилось нечто неожиданное. По многим причинам, которые сами по себе отнюдь не таинственны, я почувствовал какую-то легкость на сердце, чего не чувствовал много недель. Во-первых, я думаю, что начинаю приходить в себя физически после огромного напряжения и усталости. Накануне я проработал 12 часов и не очень устал, ночью неплохо поспал; и после двух недель низкого серого неба и неподвижной влажной духоты, вдруг выглянуло и засияло солнце, подул свежий ветерок, и вдруг в тот самый момент, когда я впервые за все это время тосковал о ней меньше, я вспомнил ее особенно хорошо. И это, действительно, было нечто, почти лучше чем воспоминание; какое-то внезапное и необъяснимое видение. Сказать, что я увиделся с нею, было бы чересчур, тем не менее напрашиваются именно эти слова. Как будто кто-то приподнял завесу горя, и исчез разделявший нас барьер.

Почему мне никто не говорил обо всем этом? Как легко я осудил бы другого в такой же ситуации? Я мог бы сказать: «Он оправился после своей утраты. Он стал забывать свою жену», а истина вот в чем: «Он помнит ее лучше, потому что он частично оправился». И это факт. Мне кажется, я могу объяснить, почему это имеет смысл. Вы не можете ясно видеть, если ваши глаза затуманены слезами. И вы никогда не получите именно того, чего вы хотите, если вы слишком сильно хотите, а если даже и получите, то не сумеете толком распорядиться полученным.

«Нам необходимо серьезно поговорить» — подобное вступление заставляет всех погрузиться в молчание. «Сегодня я непременно должен хорошенько выспаться» — и вы, скорее всего, проведете бессонную ночь. Лучшие напитки бездарно переводятся, когда испытывают особенно мучительную жажду. Не происходит ли то же самое, когда мы думаем о наших умерших, и именно из-за нашего отчаяния опускается железный занавес, и нам кажется, что мы взираем в пустоту? Те, кто просит (тем более, кто очень просит), ничего не получат. И возможно, не сумеют.

И так же, наверное, с Богом. Постепенно я начал ощущать, что дверь приоткрыта, нет больше замка и засова. Может, моя отчаянная нужда была виновна в том, что дверь захлопнули перед моим носом? Может быть, как раз тогда, когда ваша душа вопит о помощи, Бог не может дать ее вам? Так же как тонущему трудно помочь, если он барахтается и хватается за все подряд. Может быть, вы оглохли от своих собственных воплей и поэтому не слышите голоса, который жаждете услышать?

С другой стороны, «стучи, да отверзнется». Но «стучать» не значит барабанить и пинать двери ногами, как безумный. И еще: «Воздастся тому, кто имеет». Прежде всего, нужно обладать способностью получать. Если у вас нет этого умения, то никто, даже самое могущественное существо, не сможет вам ничего дать. Может быть, именно страстность вашего желания временно разрушает вашу способность получать.

Любые ошибки возможны, когда вы имеете дело с Ним. Очень давно, когда мы еще не были женаты, однажды утром, когда она собиралась на работу, ее вдруг охватило необъяснимое чувство, что Он находится здесь, рядом, буквально за ее плечом, как бы требуя ее внимания. Конечно, не будучи святой, она подумала, как водится, что от нее требуется исполнить какой-то долг, или в чем-то покаяться. Наконец, она сдалась- мне известно, как мы стараемся это отсрочить — и предстала пред Ним. Оказалось, наоборот, Он хотел воздать ей, и ее мгновенно наполнила радость.

Мне кажется, я начинаю понимать, почему горе похоже на ожидание страха. Потому что нарушение целого комплекса самых разных импульсов становится привычным. Каждая моя мысль, каждое чувство, каждое движение души были связаны с Х. Она была их мишенью, ее нет больше. Я по привычке беру свой лук, прилаживаю стрелу, натягиваю тетиву и вдруг вспоминаю…и кладу лук на место. Столько дорог могут привести меня к ней. Я же упорно иду единственной, одной из многих. Но я наткнулся на пограничный заслон, дальше ходу нет. Передо мной открывалось столько дорог; теперь, куда не повернись — сплошной тупик.

Ибо хорошая жена соединяет в одном лице всех, кто тебе необходим на жизненном пути. Кем она для меня не была? Она была мне дочерью и моей матерью, моей ученицей и моим учителем, моей слугой и моим господином. И всегда, соединяя в себе все эти качества, она еще была мне верным товарищем, другом, спутником, однополчанином. Моей возлюбленной; и в то же время она давала мне все то, чего мне не могла дать никакая мужская дружба (а у меня было немало друзей). Более того, если бы мы никогда не влюбились друг в друга, мы все равно были бы всегда вместе и наделали бы много шуму. Это я имел в виду, когда однажды похвалил ее за «мужские достоинства». Она немедленно заставила меня замолчать, спросив, как мне понравится, если она сделает комплимент моим женским качествам. Это был хороший ответный выпад, моя дорогая. Но тем не менее, было в ней что-то от амазонки, от Пентесилии и Камиллы. И ты, как и я, гордилась этим и была рада, что я заметил и оценил это.

Соломон называл свою жену Сестрой. Можно ли считать женщину совершенной женой, если хоть один раз, в определенный момент, в определенном настроении, мужчина не почувствует потребности назвать ее Братом?

Меня все время тянет сказать о нашем браке: это было слишком хорошо, чтобы продолжаться вечно.. Хотя на это можно посмотреть по-разному. Если посмотреть пессимистически — как только Бог увидел, насколько счастливы Его создания, Он сразу решил положить этому конец. «Не разрешается!». Так хозяйка званого вечера, пригласившая вас на шерри, немедленно разлучает двух гостей, как только те увлеклись по-настоящему интересным разговором. А с другой стороны, это может означать: «Они достигли совершенства. Это стало тем, чем должно было стать. Посему дальше продолжать не имеет смысла». Как будто Бог сказал: «Молодцы! Вы достигли мастерства. Я очень вами доволен. А теперь переходим к следующему упражнению». После того как вы научились решать квадратные уравнения, вам даже нравится их решать, но тема пройдена, учитель переходит к очередному материалу.

Потому что мы выучили что-то и достигли какой-то цели. Между мужем и женой всегда происходит скрытая или явная борьба полов, до тех пор, пока совместная жизнь не стирает все противоречия. Считать женскую верность, прямоту и храбрость признаками мужественности — такое же высокомерие, как нежность и чувствительность мужчины называть женственностью. Какой же несчастной и извращенной частью человечества должно быть большинство мужчин и женщин, допускающих подобную самонадеянность! Брак излечивает ее. Соединяясь в браке, двое сливаются в одно полноценное человеческое существо. «Он сотворил их по образу своему и подобию». Как это ни парадоксально, но торжество сексуальности приводит нас к тому, что гораздо выше пола.

И вот один из них умирает. И мы думаем, что любовь срезали на корню; так танец прерывается посреди па, или сорван только распустившийся цветок, что-то вмешивается извне и нарушает естественное развитие вещей. Не знаю. Если, как я упрямо предполагаю, мертвые испытывают боль разлуки не меньше, чем живые (это может быть одним из испытаний, которым мы подвергаемся в чистилище), тогда для всех любящих без исключения горе — универсальная и неотъемлимая часть любовного опыта. Оно следует за браком так же, как брак является естественным следствием периода ухаживания, как осень сменяет лето. Это не конец процесса, а очередная его фаза, не прерывание танца, а следующее па. Мы отдаем часть самого себя своей любимой, пока она жива. Затем мы начинаем исполнять следующее, трагическое па нашего танца, когда мы должны научиться отдавать часть самих себя, несмотря на то, что исчезла телесная оболочка партнера, научиться любить саму суть покойного, а не нашу память, или собственное горе, или освобождение от него, или нашу собственную любовь.

Теперь, когда я возвращаюсь мыслями назад, я вижу, что совсем недавно я был больше всего озабочен памятью и опасениями, не обманывает ли она меня. Непонятно почему (единственное, что приходит на ум — Божие милосердие), я перестал об этом беспокоиться. И что интересно, как только меня перестал занимать этот вопрос, я стал встречать ее на каждом шагу. «Встречать» — может, слишком сильно сказано. Я не имею в виду, что я вижу ее или слышу ее голос, ничего подобного. Я даже не имею в виду особенно сильное эмоциональное переживание в какие-то определенные моменты. Скорее, это постоянное неясное, но глубокое чувство, что она всегда со мной — факт, который требуется принять во внимание. «Принять во внимание» — возможно, неудачная формулировка. Звучит так, как будто она была этакой бой-бабой. Как бы выразиться поточнее? Как насчет «серьезная реальность», «упрямая реальность»? Как будто все пережитое говорит мне: «Так уж случилось, что ты страшно рад, что она — есть. Но помни, она есть и будет всегда, хочешь ты этого или не хочешь. Твои желания в расчет не принимаются».

Ну, и к чему я пришел? К тому же, что и любой другой вдовец, который остановится, облокотившись на свой заступ, и скажет: «благодарю Тебя, Господи. Я не должен жаловаться. Я тоскую по ней безмерно. Но сказано — испытания ниспосланы нам». Мы пришли к тому же самому: простой парень со своей лопатой и я, который вообще не мастер копать, ни лопатой, ни чем бы то ни было. И, безусловно, то, что нам «ниспослано испытание», нужно правильно понимать. Бог не не пытается проверить, насколько истинна или сильна моя вера или любовь, Он это и так знал. Этого не знал я. Он сажает нас одновременно на скамью подсудимых, место свидетеля и в кресло судьи. Он знал с самого начала, что мой храм — это карточный домик. И единственный способ заставить меня это понять — развалить его.

Так быстро пережить горе? Но слова двусмысленны. Скажем, больной оправился после операции по поводу аппендицита. Совсем другая история, если ему ампутировали ногу, после такой операции либо культя заживет, либо больной умрет. Если рана заживет, утихнет невыносимая и бесконечная боль. Больной окреп и ковыляет на своей деревянной ноге. Он поправился. Но он наверняка будет испытывать боли в культе всю оставшуюся жизнь, и временами довольно сильные. Он всегда будет одноногим. Вероятнее всего, он не забудет об этом ни на минуту. Для него изменится все: как он будет умываться, одеваться, садиться и вставать, даже лежать в постели он будет по-другому. Вся его жизнь изменилась. Он лишился многих удовольствий и занятий, которые раньше принимал как должное, даже обязанности его изменились. Я сейчас только учусь пользоваться костылями. Может, со временем мне выдадут протез. Но у меня уже никогда не будет двух ног.

Все же я не стану отрицать, что в каком-то смысле я «чувствую себя лучше» и это ощущение связано с чувством стыда, будто я был обязан лелеять и разжигать в себе свое горе и оставаться несчастным. Я когда-то читал об этом, но никогда не предполагал, что это произойдет и со мной. Уверен, что Х. этого бы не одобрила, она бы сказала, что это глупо. И я почти уверен, что этого не одобряет Бог. Что скрывается за этим?

Отчасти, безусловно, тщеславие. Мы хотим доказать самим себе, что мы возлюбленные в самом высоком смысле, трагические герои, а не простые рядовые в огромной армии лишившихся своих близких, плетущиеся с трудом и просто старающиеся выжить. Но и это не объясняет всего.

Думаю, тут еще и путаница в мыслях. На самом деле, мы не хотим продолжения этих мук горя, которые мы испытываем в первые недели после смерти близких, этого не хочет никто. Мы хотим, чтобы наша скорбь была чем-то вроде часто повторяющегося симптома, и мы путаем симптом с самой болезнью. Прошлой ночью я записал, что горе после потери супруга не есть конец любви, а ее очередная фаза, как медовый месяц. Мы хотим пройти эту фазу, сохраняя нашу любовь и верность. И если это доставляет нам боль (что, безусловно, правда), мы должны принять эту боль как неотъемлимую часть данной фазы. Мы не хотим избежать боли, скажем, ценой развода. Это значило бы убить мертвого еще раз. Мы были одной плотью. Теперь, когда половину ее отрезали, мы не станем притворяться, что мы по-прежнему единое целое. Мы по-прежнему муж и жена, мы по-прежнему любим и поэтому мы по-прежнему будем испытывать боль. Но мы, конечно же, если хорошо понимаем самих себя, не хотим этой боли ради самой боли. Чем меньше болит, тем лучше, тем крепче брачные узы. И чем больше остается радости между мертвым и оставшимся жить, тем лучше.

Лучше во всех смыслах. Потому что, как я обнаружил, страстность нашего горя не приближает нас к умершим, а наоборот, отдаляет от них. Это становится для меня все яснее и яснее. Когда я меньше всего горюю — чаще всего по утрам, принимая ванну — она врывается в мои мысли, во всей своей реальности и уникальности. Совсем не так, как в самые плохие моменты, когда мое отчаяние заставляяет видеть все в одном ракурсе и придает всему излишнюю жалостность, напыщенную торжественность, а когда она является сама, во всей своей правде. Такие моменты самые лучшие и освежающие.

Я помню, хотя сейчас не могу припомнить точно, откуда, что в разных народных сказаниях и балладах мертвые не хотят, чтобы мы горевали по ним, они умоляют нас перестать оплакивать их. Смысл этого может быть гораздо глубже, чем я думал. Если это так, значит, наши деды заблуждались. Все эти (иногда всю оставшуюся жизнь) траурные ритуалы — посещение могил, отмечание годовщин, или когда оставляют нетронутой комнату покойного, чтобы «все было, как при нем», никогда не упоминают его имени, или упоминают, но особым голосом, или даже приготовляют покойному наряд (как королева Виктория) каждый вечер перед ужином — все это отдает мумификацией. Это делает мертвых еще более мертвыми. Может, это и было (пусть бессознательно) целью? Тут срабатывает что-то очень примитивное. Пусть мертвые остаются мертвыми, для примитивного разума дикаря важно быть уверенным, что они незаметно не пробрались в мир живущих. Любой ценой заставить их оставаться там, где им надлежит быть. Безусловно, все эти ритуалы подтверждают смерть. И может быть, именно такой результат желателен, по крайней мере, для тех, кто совершает эти ритуалы.

Но я не имею права их осуждать. Все это лишь догадки; Я бы лучше побеспокоился о себе. У меня, как ни посмотреть, простая программа. Я буду по возможности часто обращаться к ней с радостью. Я буду приветствовать ее, смеясь. Чем меньше я оплакиваю ее, тем я к ней ближе. Программа, достойная восхищения. К сожалению, невыполнимая. Сегодня снова возвратились адские муки первых дней; безумные слова, горькое чувство обиды, внутренняя дрожь где-то в животе, нереальность ночного кошмара., я захлебываюсь слезами. Ибо горе никогда «не стоит на месте». Ты только вышел из очередной фазы, но возвращаешься в нее, снова и снова. Все повторяется. Смею ли я надеяться, что я двигаюсь не по кругу, а по спирали?

А если по спирали, то вверх или вниз?

Как часто (будет ли это всегда?) ощущение пустоты будет ошеломлять меня, как-будто это происходит впервые, и заставит меня воскликнуть: «Никогда, вплоть до этого самого момента я не осознавал всего ужаса моей потери»? Снова и снова отрезают мне ту же ногу. Снова и снова я чувствую, как нож режет мою плоть.

Говорят, трус умирает много раз, это можно сказать и о смерти близкого. Находил же орел каждый раз новую печень у Прометея, снова и снова вырывал и поедал ее?

4

Это четвертая и последняя чистая тетрадь, которая нашлась в доме, почти чистая, если не считать нескольких страниц, заполненных рукой Дж. древними арифметическими упражнениями. Я решил для себя, закончится тетрадь, и я прекращу свои записи. Я не буду специально покупать новые блокноты. До сих пор эти записки служили мне спасением от полного краха, моим последним прибежищем, они в какой-то мере помогали мне. С другой стороны, выясняется, в их основе заключена какая-то путаница.. Я полагал, я могу описать состояние, начертить географическую карту своего страдания. Но оказалось, горе — это не состояние, а процесс. Тут нужна не география, а история. И если я не перестану писать эту историю, поставив произвольную точку, то тогда нет никакого резона останавливаться. Ведь каждый день происходит что-то новое, что требуется занести в дневник. Горе — как длинная извилистая долина, где за каждым поворотом вам открывается новый ландшафт, но, как я уже говорил, это не обязательно, иногда, наоборот, за очередным поворотом вас ожидает сюрприз другого рода: повернув, вы с изумлением обнаруживаете, что вы оказались в том же самом месте, которое вроде бы прошли несколько часов назад. Вот тут вы начинаете задумываться, может это вовсе не долина, а траншея в виде замкнутого круга. Нет это не так, если даже что-то и повторяется, то в другой последовательности.

Вот, например, еще одна новая фаза, новая потеря. Я стараюсь побольше гулять, глупо даже пытаться заснуть, если хорошенько не устанешь. Сегодня я решил навестить любимые места, по которым я бродил часами в холостые годы. На этот раз лицо природы не выглядело пустым и лишенным красоты, мир больше не казался убогой улочкой (как я жаловался буквально несколько дней назад). Наоборот, каждый вновь открывшийся вид, каждый куст или группа деревьев наполняли меня прежним счастьем, какое я испытывал до встречи с Х. Но это приглашение к счастью показалось мне ужасным. Счастье, которое мне предлагалось, не имело вкуса. Я понял, что не хочу такого счастья. Меня пугает сама возможность возвращения в прошлое. Такая участь — самая ужасная из всех возможных — достичь состояния, когда любовь и женитьба в ретроспективе оказываются всего лишь милым эпизодом — как праздник, ненадолго нарушивший привычную, монотонную жизнь, который закончился, и я снова такой, каким был, неизменившийся, обыкновенный. И со временем, прошедший праздник кажется далеким и нереальным, настолько инородным в самой ткани моей истории, что кажется, все это было не со мной, а с кем-то другим. Это значило бы, что она умерла для меня второй раз, и эта потеря была бы еще страшнее, чем первая. Что угодно, только не это.

Дано ли тебе знать, любимая, что ты унесла с собой, когда покинула меня? Ты унесла с собой мое прошлое, даже то прошлое, которое у меня было до встречи с тобой. Я ошибался, считая, что моя культя заживает после ампутации. Я был обманут, ибо есть столько видов боли, что раз за разом она застает меня врасплох.

Зато я сделал для себя два важных открытия — я, правда, слишком хорошо себя знаю, чтобы поверить, что польза от них будет «продолжительной». Мой разум, обратившись к Богу, больше не упирается в закрытую дверь; обращаясь к Х., он не встречает абсолютную, как прежде, пустоту, я больше не озабочен тем, как мысленно вызвать ее образ. Мои записи не отражают всего процесса, как я надеялся, а лишь отдельные моменты. Может быть, эти изменения трудно уловить. Это не было внезапным озарением и полной эмоциональной перестройкой. Так, к примеру, нагревается холодная комната, или светлеет поутру, когда впервые обращаешь внимание, что заметно потеплело или посветлело, оказывается, что теплее и светлее становилось постепенно, до того как ты это заметил.

Я писал о себе, и о Х., и о Боге. Именно в этом порядке. Такой порядок и такие пропорции как раз абсолютно недопустимы. Ни разу мне не пришло в голову воздать им хвалу. А это было бы весьма полезно для меня. Хвала — это одно из проявлений любви, вносящее в нее какой-то элемент радости. И восхвалять нужно в следующем порядке: Его как дарующего, и ее как дар. Ведь воздавая хвалу, мы мы в какой-то степени получаем удовольствие от предмета восхваления, как бы далеко от нас он ни был. Я должен чаще воздавать хвалу. Я утратил способность испытывать наслаждение, которое давала мне Х. И я так заблудился в своих сомнениях, что лишил себя радости, которую (если Его милосердие безгранично) мог иногда получать от Бога. Воздавая хвалу, я могу в какой-то степени радоваться ей, и в то же время, в какой-то степени радоваться Ему. Это лучше чем ничего.

Но возможно, я лишен этого дара. Я как-то сравнил ее со шпагой. До какой-то степени это верно. Но по сути совершенно не соответствует истине и вводит в заблуждение. Тут требуется сохранять равновесие. Мне надо было добавить: «но в то же время она как цветущий сад, как лабиринт, садовая куща, стена в стене, загородь за загородью, чем дальше в него углубляешься, тем больше тайны, больше благоухающей и плодоносящей жизни».

И восхваляя и все созданное Богом, я должен воскликнуть: «Хвала тебе, Господи, ибо все это создал Ты!»

И восхваляя сад, мы славим Садовника, восхваляя меч — кузнеца, что выковал его. Хвала Жизни, дающей жизнь, и Красоте, дарящей красоту.

«Она в руках Господних». И когда я сравниваю ее со шпагой, это сравнение наполняется новой энергией. Может быть, земная жизнь, которую я с ней делил, была лишь частью искушения. Может быть, Он уже берется за эфес новой шпаги и размахивает ею в воздухе, вызывая молнии. «Настоящая иерусалимская сталь».

Вчера ночью был один момент, который нельзя описать словами, можно только привести какие-то сравнения. Представьте себе человека в кромешной тьме. Он думает, что находится в каком-то подвале или в темнице. И вдруг послышался непонятный звук. Он предполагает, что звук доносится откуда-то издалека — то ли шум волн, то ли шелест деревьев на ветру, а может, кипит чайник где-то в полумиле от него. Если он все это слышит, следовательно, он не в подвале, а на воле, он свободен. Или этот звук где-то рядом, это чей-то сдавленный смех., если это так, значит, он не один, рядом с ним во тьме — друг. В любом случае, это добрый звук. Я все-таки не сумасшедший, чтобы считать, что это переживание что-нибудь доказывает. Это лишь попытка представить некую идею, которую я всегда допускал теоретически, идея состоит в том, что я, как и любой смертный, могу неправильно понять ситуацию, в которой нахожусь.

Пять чувств; неизлечимо абстрактное мышление; избирательная наугад память; целый набор предубеждений и ничем не обоснованных предположений, их столько, что я могу исследовать лишь некоторую, самую малую часть, а иногда даже не подозраваю о их существовании. Какую же часть реальности способен пропустить через себя столь несовершенный аппарат?

Я постараюсь, насколько смогу, не залезать в дебри. Все сильнее и сильнее меня одолевают два очень разные убеждения. Одно из них — Вечный Ветеринар гораздо более жестокий и безжалостный, чем мы можем себе представить в самом худшем воображении.. Второе — «все будет хорошо, все будет хорошо, все будет прекрасно»

Не важно, что у меня не осталось удачных фотографий Х. Не имеет значения — почти никакого — если ее образ в моей памяти несовершенен. Изображения, запечатлены они на бумаге или в нашей памяти, не важны сами по себе. Они лишь немного похожи на оригинал. Проведите параллель на более высоком уровне. Завтра утром священник даст мне маленькое кругленькое, тонкое, холодное и безвкусное печенье. Хорошо ли это, или плохо, что просвирка даже приблизительно не напоминает то, с чем она меня воссоединяет? Мне нужен Христос, а не что-то, что его напоминает. Мне необходима сама Х., а не что-то, похожее на нее. По-настоящему хорошая фотография со временем может стать ловушкой, ужасом и помехой.

Изображения, наверное, полезны, иначе они не были бы так популярны. (Не имеет значения, существуют ли статуи и картины вне нашего разума, или являются образными конструкциями внутри него). Лично я считаю, что их опасность более чем очевидна. Изображения святого становятся святыми изображениями, они сами становятся святынями. Моя идея Бога — не идея божественности. Она должна время от времени подвергаться сомнению. Он сам расшатывает ее. Он сам великий иконоборец. Не является ли постоянное сомнение одним из признаков Его существования? Прекрасный пример — инкарнация, она не оставляет камня на камне от ранних идей пришествия Мессии. Большинство людей иконоборство оскорбляет, благословенны те, кого оно не задевает. Но то же самое происходит, когда мы творим свои собственные молитвы. Сама реальность является иконоборческой. Ваша земная возлюбленная даже при жизни постоянно торжествует над вашей идеей о ней. Вы именно этого и хотите; вы хотите именно ее, с ее сопротивлением, ее ошибками, ее недостатками, с ее непредсказуемостью. Вот именно: живую, настоящую ее, а не ее изображения или память о ней, мы продолжаем любить и после ее смерти.

Но «это» пока не поддается воображению. В этом отношении она и все мертвые подобны Богу. В этом отношении продолжать любить ее в какой -то мере все равно как любить Его. И в том и в другом случае я должен простирать руки любви — глаза любви тут не годятся — навстречу реальности, наперекор и сквозь зыбкую фантасмагорию всех моих размышлений, страстей и воображения. Я не должен оставаться с самой фантасмогорией и поклоняться ей вместо Него, или любить ее вместо Х. Не мою идею Бога, а самого Бога. Не мою идею Х., а ее самое. Да, и также не идею соседа, а самого соседа. Не совершаем ли мы ту же ошибку по отношению к живым, даже к людям, находящимся рядом с нами в той же комнате? Разговариваем ли и ведем себя, будто мы имеем дело не с самим человеком, но с его образом — почти точным, созданным нашим воображением? И разница между истинным и воображаемым нами человеком становится довольно разительной, прежде мы себе в этом, наконец, признаемся. В реальной жизни (а не в романах), если внимательно присмотреться, он в своих высказываниях и поведении выходит из «характера», из того, что мы называем его характером. Он всегда неожиданно выкладывает карту, о которой мы и не подозревали.

Я полагаю, что я неправильно оцениваю окружающих на основании того факта, что они совершают ту же ошибку по отношению ко мне. И все мы думаем, что раскусили друг друга.

Может оказаться, что все это время, в очередной раз, я складывал карточный дом. Если это так, то Он снова развалит его одним щелчком. И будет делать это каждый раз, когда сочтет необходимым. Если только не убедится, что я неисправим, и я не окажусь в аду, где буду вечно строить карточные дворцы, «свободный среди мертвых».

А что, если я и прихожу постепенно к Богу, то лишь в надежде, что Он приведет меня к ней? Но при этом я прекрасно понимаю, что нельзя использовать Бога как путь для достожения своей цели. Он должен быть целью, а не средством, Он — конец пути, а не сам путь, иначе вы никогда не приблизитесь к Нему. Это и есть главная ошибка разных популярных картинок, изображающих счастливые воссоединения с родными и близкими «в запредельном будущем», ошибка не в самих простых и очень земных образах, а в том факте, что то, что они называют окончанием пути, на самом деле лишь промежуточный пункт на пути к истинному концу.

О, Боже, неужели только на этих условиях? Неужели я смогу встретиться с ней, если только я возлюблю Тебя так, что мне станет все равно, встречусь ли я с ней или нет? Подумай, о, Господи, ведь именно так это видится нам. Что можно было бы подумать обо мне, если я сказал бы детям: «Никаких конфет! Вот вырастите большими и перестанете их хотеть, тогда вы сможете есть столько конфет, сколько угодно!»

Если бы я точно знал, что нас разлучили навечно, и что она навсегда забыла о моем существовании — но это принесет ей радость и успокоение, я бы, конечно, сказал: «Пожалуйста, я согласен, валяйте!» Так же, как если бы в земной жизни я мог бы излечить ее от рака, согласившись никогда больше не увидеть ее, в ту же секунду я бы устроил все возможное, чтобы никогда больше ее не видеть. Я бы должен был согласиться, как любой порядочный человек. Но, к сожалению, мне не дано этого выбора.

Когда я задаю все эти вопросы Богу, я не получаю ответа. Но это не прежнее «Ответа не будет!». Это не захлопнутая перед носом дверь. Скорее, это спокойный, явно без всякого сочувствия, взгляд. Как будто Он покачал головой не в знак отказа, а как бы не желая обсуждать вопрос. Как бы говоря: «Успокойся, дитя мое, ты не понимаешь». Может ли смертный задавать Богу вопросы, на которые Он не считает нужным отвечать? И очень даже просто, думаю я. Бессмысленные вопросы не требуют ответа. Сколько часов в одной миле? Желтый цвет круглый или квадратный? Боюсь, что добрая половина наших великих теологических и метафизических проблем подобна этим вопросам.

А если хорошенько подумать, то передо мной вообще не стоит никаких практических задач. Я знаю две великих заповеди и буду-ка их и придерживаться. С ее смертью ушла одна проблема. Пока она была жива, она практически могла быть для меня важнее Бога, я мог делать то, чего хотела она, а не Бог; если бы возник вопрос выбора. Теперь я оказался перед лицом проблемы, где я ничего не могу поделать. Остался только груз чувств, мотивов и прочее того же рода. С этим я должен разобраться сам. Я не верю, что это проблема Бога.

Дар Бога. Свидание с умершими. Сколько я ни размышляю, ничего не приходит на ум, кроме ассоциации с игральными фишками. Или незаполненными чеками. Моя идея, если это можно назвать идеей, что фишки — это рискованная попытка экстраполирования всего нескольких очень коротких земных эпизодов. И подозреваю, что эти эпизоды не самые значительные, может быть даже менее важные, чем те которые учитываю я. Идея пустого чека — тоже экстраполирование. В реальности и то и другое (попытка выиграть или получить наличные по чеку) вероятнее всего разобьет вдребезги все идеи, касающиеся и фишек и чеков, (более того, соотношение обеих идей между собой).

Мистическое воссоединение, с одной стороны. Воскрешение из мертвых, с другой. Я не могу достичь хотя бы намека на образ, или найти формулу, или даже только почувствовать, что их объединяет. Их объединяет реальность (и нам дано это понимание). Реальность — еще один иконоборец. Да, небеса разрешат все наши проблемы, но, думаю, не демонстрируя искусное сглаживание всех наших явно противоречивых представлений, нам с нашими представлениями сразу выбьют почву из-под ног. Мы увидим, что и проблемы-то никакой не было.

И снова не раз возникнет то же самое переживание, которое мне никак не удается описать, кроме как сравнить с приглушенным смехом в темноте. Догадка, что единственно верный ответ — сокрушающая и обезоруживающая простота.

Часто мы думаем, что мертвые нас видят. И заключаем из этого, неважно, имеются ли на это основания, что если это правда, то они видят нас более ясно, чем при жизни. Видит ли теперь Х., сколько пены и мишуры было в том, что мы оба называли «моей любовью»? Да будет так. Смотри изо всех сил, родная. Я не стану ничего от тебя утаивать, даже если бы мог. Мы не идеализировали друг друга. У нас не было секретов друг от друга. Ты знала все мои слабости. И если сейчас, оттуда ты увидишь что-нибудь похуже, я могу это принять. И ты тоже можешь. Отчитать, объяснить, подразнить, простить. Потому что одно из чудес любви — то, что она дарит обоим, в особенности, женщине, способность видеть партнера насквозь, несмотря на околдованность любовью, в то же время не освобождаясь от ее чар.

В какой-то степени это способность все видеть, как Бог. Его любовь и Его знание неразделимы и неотделимы от Него самого. Мы всегда можем сказать: Он видит, потому что любит, и любит, потому что видит.

Иногда, о, Господь, мы склонны спросить у Тебя, если Ты хотел видеть нас чистыми, как лилии, то почему Ты не создал мир, подобный лилейному лугу? Я полагаю, потому что Ты поставил великий эксперимент. Хотя нет, Тебе не нужны эксперименты, Ты и так все знаешь. Скорее это было великим предприятием: создать организм, но в то же время дух, создать ужасный оксюморон, «духовное животное». Взять бедное примитивное создание, существо с обнаженными нервными окончаниями, с желудком, постоянно требующим пищи, животное, которому требуется самка, чтобы размножаться, и приказать: «Теперь живи сам. И стань богом.»

В одной из предыдущих тетрадей я написал, что если бы мне вдруг было представлено что-нибудь хоть отдаленно похожее на доказательство существования Х., я бы все равно не поверил. Проще сказать, чем сделать. Даже сейчас, после того, что я испытал прошлой ночью, я не собираюсь рассматривать это как свидетельство связи с ней. Но само «качество» переживания, хоть оно ничего не доказывает, стоит того, чтобы попытаться его описать. Оно было начисто лишено каких-либо эмоций. Это было ощущение, будто ее разум на какой-то момент столкнулся с моим. Именно разум, а не «душа», то, что мы обычно считаем душой. Абсолютная изнанка того, что мы называем «слияние душ». Совсем не пресловутая встреча двух любящих, скорее, похоже на телефонный звонок или телеграмму от нее, с каким-то известием или распоряжением. Никакого конкретного сообщения — просто ум и внимание. Не было ощущения радости или печали, ни любви в обычном смысле, ни отсутствия любви. Никогда до сих пор я не мог вообразить, что мертвый может быть таким, что ли, деловым. И в то же время я ощутил необыкновенное чувство бесконечной и радостной близости. Близости, не имеющей отношения ни к чувствам, ни к эмоциям.

Если это и были отголоски моего бессознательного состояния, то мое «бессознание» оказывается по своей глубине гораздо интереснее, чем представляют себе психологи. Прежде всего, оно гораздо менее примитивно, чем мое сознание.

Неважно, что это было, но мой разум просветлел, как дом после генеральной уборки. Такими и должны быть мертвые — чистый разум. Любой греческий философ не удивился бы тому, что я испытал. Он бы и не ожидал ничего иного: если что-нибудь и остается после нашей смерти, то именно это — разум. До сих пор такая идея бросала меня в дрожь Отсутствие эмоций отвращало меня. Но при моем контакте (не знаю, реальном или воображаемом) я не почувствовал никакого отвращения, так как понял, эмоции здесь больше не нужны. Это была полная, бесконечная близость, всеобъемлющая и оздоровляющая, но лишенная чувств. Может быть, эта близость и есть сама любовь, которой в жизни всегда сопутствуют эмоции, не потому что любовь сама по себе является чувством, или потому что она всегда сопровождается эмоциями, но потому что наша живая душа, наша нервная система, наше воображение поневоле должны по-своему реагировать на любовь? Если это так, то сколько еще предрассудков мне следует отмести! Общество или комунна, где царит чистый разум, не может быть холодным, серым и бесчувственным. С другой стороны, это не должно быть тем, к чему люди привязывают такие определения как «духовный», или «мистический», или «святой». Если бы я смог только заглянуть, бросить один взгляд, то я бы употребил (я немного опасаюсь употреблять их) другие определения. Яркий? Радостный? Смелый? Внимательный? Острый? Бдительный? Прежде всего, цельный. Абсолютно надежный. Никакого вздора, когда это касается мертвых.

И когда я говорю «интеллект», я имею в виду и волю. Внимание — это волевой акт. Разум в действии — это, в основном, воля. И для меня это и есть полное разрешение всех вопросов.

Незадолго перед концом я спросил ее: «Ты могла бы придти ко мне — если это разрешается — когда придет моя очередь умирать?» «Разрешается!», сказала она, «Если я окажусь в раю, меня трудно будет удержать, а если в аду, я там все разнесу на куски». Она понимала, что мы говорили на условном мифологическом языке с некоторым элементом комедии. И она даже подмигнула мне сквозь слезы. Но не было никакого мифа и ни тени шутки в воле, которая пронизывала все ее существо, в воле, которая глубже любого чувства.

Однако, хотя я уже меньше путаюсь в определении, что из себя представляет чистый разум, я не должен прегибать палку. Не следует забывать о воскрешении из мертвых, хотя мы не понимаем, что это значит. Мы не можем этого постигнуть, что, наверное, и к лучшему.

Человечество уже раздумывало когда-то над вопросом, является ли последнее видение Бога актом любви или разума. Впрочем, это скорее всего очередной бессмысленный вопрос.

Не грешно ли призывать мертвых вернуться, если бы такое оказалось возможным! Она сказала не мне, а исповеднику,- «Я в мире с Богом». Она улыбалась, но не мне. Poi si torno all’’ eterna fontana. Она припала к вечному источнику.

russian bereaved

Невозможно смириться с потерей близкого человека, происшедшей в результате самоубийства. Ниже представлена информация, которая, мы надеемся, поможет Вам менее болезненно справиться с утратой. В разделе «Помощь и поддержка» перечислены ресурсы, которые также могут быть Вам полезны.

Пожалуйста, выберите один из нижеуказанных разделов:

Ответные чувства и эмоции

Нужды

Помощь и поддержка

Ответные чувства и эмоции

Источники помощи

Центры по оказанию поддержки предоставляют конфиденциальную эмоциональную помощь всем, кто оказался в критической ситуации.

Потеря близкого человека влечет за собой чувство глубокого горя и скорби. В случае потери человека в результате самоубийства появляются разные ответные реакции и эмоции. Чувство утраты от потери человека в результате самоубийства остается в течение длительного периода. Также присутствует ощущение сильного шока, социальной изоляции и вины, а из-за наличия возможности выбора возникают болезненные вопросы.

Вы можете испытывать некоторые или все из описанных ниже симптомов:

Сильныйшок

Чувство шока и отрицания, которые появляются вследствие подобного рода смерти близкого человека, может быть очень сильным. Обычное проявление сожаления — это воссоздание в сознании картин гибели, даже если Вы не были ее свидетелем. Обнаружение тела также может стать травматичным событием, которое сложно забыть. Естественной потребностью являются повторяющиеся воспоминания пугающих и тягостных картин смерти, а также чувства, которые они вызывают.

Вопрос: почему?

Симптомокомплекс, вызванный потерей близкого человека, часто сопровождается длительным поиском объяснения причин происшедшей трагедии. В конечном итоге, многие принимают то, что они никогда в действительности не узнают, почему это случилось. Во время поиска причин случившегося, разные члены одной семьи могут иметь различные предположения о том, почему погиб близкий человек. Это может стать причиной возникновения напряженной ситуации в семье, особенно если присутствует элемент обвинения.

Вопрос: можно ли было этого избежать?

Обычным явлением являются повторные переживания по поводу того, как можно было бы предотвратить гибель близкого человека и спасти его. Еслиоглянутьсяназад, всеможетпоказатьсямучительноочевидным. Вопросытипа «что, если…»можнозадаватьбесконечно. Повторное прокручивание в сознании воспоминаний о происшедших событиях — это естественный и необходимый способ преодоления случившегося. Исследования показывают, что люди, потерявшие близкого человека в результате самоубийства последнего, ощущают чувство вины и самоосуждения, а также подвергают свои поступки критической оценке в большей степени, нежели те, кто потерял близких каким-либо другим способом.

Чувство покинутости/отверженности

Вы можете испытывать чувство отверженности. Обычно присутствует ощущение покинутости человеком, «решившим» покончить с собой.

«Я расстроен (а), что он не обратился к нам. Наверное, все мы в какой-то момент испытываем гнев. И ты думаешь: как ты мог так поступить с нами?».

Сестра, чей брат покончил с собой.

Суицидные страхи и чувства

Отчаяние — это естественная составляющая процесса переживания скорби, однако после самоубийства близкого, человек может испытывать чувство безвыходности в сочетании со страхом за свою собственную безопасность. Отождествление себя с теми, кто покончил с собой, может в значительной мере угрожать чувству собственной защищенности. Вы можете испытывать большую тревогу и быть более подвержены суицидным чувствам, чем те, кто потерял близких каким-либо другим способом.

Внимание со стороны средств массовой информации

Если кто-либо погибает в результате самоубийства или по другим неожиданным причинам, это событие может привлечь общественный интерес. Следствие, которое может потребоваться по закону, привлекает внимание к погибшему человеку и его близким родственникам и друзьям. Внимание средств массовой информации может быть источником стресса для родственников и друзей погибшего человека, особенно, если сообщение о смерти было сделано равнодушным и небрежным образом.

Позор и изоляция

Социальное отношение к самоубийству меняется, но оно все еще может ограничивать поддержку, доступную людям, пережившим эту трагедию. Безучастие окружающих может усилить чувство позора, стыда и обособленности. Если тема самоубийства стесняет окружающих и заставляет их ощущать неудобство или желание избежать ее обсуждения, Вы можете испытывать сильное чувство собственной отстраненности. Возможности обговорить, вспомнить и превознести все аспекты жизни и личности близкого человека могут отвергаться. Также может ощущаться сильная потребность защитить себя и своего близкого человека от осуждения окружающих.

Мать, написавшая о смерти своего сына, указала на то, что нам никогда не рассказывали, что нужно говорить человеку, в семье которого кто-то покончил с собой. Ей нужно было услышать то же самое, что и все, кто пережил смерть близкого человека: «Я искренне сочувствую Вашему горю, но есть ли что-то, что я могу сделать? Если Вам нужно поговорить об этом — я умею слушать. Выможетепоплакатьнамоемплече».

© Королевский психиатрический колледж, 1997 г.
Информация взята из информационного пакета о симптомокомплексе, связанном с потерей близкого человека (создатели: Кейт Хилл, Кит Хоутон, Аслог Малмберг, Сью Симкин)
Воспроизведено с любезного разрешения Королевского психиатрического колледжа

Источники помощи

Центры по оказанию поддержки предоставляют конфиденциальную эмоциональную помощь всем, кто оказался в критической ситуации.

Потеря близкого человека влечет за собой чувство глубокого горя и скорби. В случае потери человека в результате самоубийства появляются разные ответные реакции и эмоции. Чувство утраты от потери человека в результате самоубийства остается в течение длительного периода. Также присутствует ощущение сильного шока, социальной изоляции и вины, а из-за наличия возможности выбора возникают болезненные вопросы.

Вы можете испытывать некоторые или все из описанных ниже симптомов:

Сильныйшок

Чувство шока и отрицания, которые появляются вследствие подобного рода смерти близкого человека, может быть очень сильным. Обычное проявление сожаления — это воссоздание в сознании картин гибели, даже если Вы не были ее свидетелем. Обнаружение тела также может стать травматичным событием, которое сложно забыть. Естественной потребностью являются повторяющиеся воспоминания пугающих и тягостных картин смерти, а также чувства, которые они вызывают.

Вопрос: почему?

Симптомокомплекс, вызванный потерей близкого человека, часто сопровождается длительным поиском объяснения причин происшедшей трагедии. В конечном итоге, многие принимают то, что они никогда в действительности не узнают, почему это случилось. Во время поиска причин случившегося, разные члены одной семьи могут иметь различные предположения о том, почему погиб близкий человек. Это может стать причиной возникновения напряженной ситуации в семье, особенно если присутствует элемент обвинения.

Вопрос: можно ли было этого избежать?

Обычным явлением являются повторные переживания по поводу того, как можно было бы предотвратить гибель близкого человека и спасти его. Еслиоглянутьсяназад, всеможетпоказатьсямучительноочевидным. Вопросытипа «что, если…»можнозадаватьбесконечно. Повторное прокручивание в сознании воспоминаний о происшедших событиях — это естественный и необходимый способ преодоления случившегося. Исследования показывают, что люди, потерявшие близкого человека в результате самоубийства последнего, ощущают чувство вины и самоосуждения, а также подвергают свои поступки критической оценке в большей степени, нежели те, кто потерял близких каким-либо другим способом.

Чувство покинутости/отверженности

Вы можете испытывать чувство отверженности. Обычно присутствует ощущение покинутости человеком, «решившим» покончить с собой.

«Я расстроен (а), что он не обратился к нам. Наверное, все мы в какой-то момент испытываем гнев. И ты думаешь: как ты мог так поступить с нами?».

Сестра, чей брат покончил с собой.

Суицидные страхи и чувства

Отчаяние — это естественная составляющая процесса переживания скорби, однако после самоубийства близкого, человек может испытывать чувство безвыходности в сочетании со страхом за свою собственную безопасность. Отождествление себя с теми, кто покончил с собой, может в значительной мере угрожать чувству собственной защищенности. Вы можете испытывать большую тревогу и быть более подвержены суицидным чувствам, чем те, кто потерял близких каким-либо другим способом.

Внимание со стороны средств массовой информации

Если кто-либо погибает в результате самоубийства или по другим неожиданным причинам, это событие может привлечь общественный интерес. Следствие, которое может потребоваться по закону, привлекает внимание к погибшему человеку и его близким родственникам и друзьям. Внимание средств массовой информации может быть источником стресса для родственников и друзей погибшего человека, особенно, если сообщение о смерти было сделано равнодушным и небрежным образом.

Позор и изоляция

Социальное отношение к самоубийству меняется, но оно все еще может ограничивать поддержку, доступную людям, пережившим эту трагедию. Безучастие окружающих может усилить чувство позора, стыда и обособленности. Если тема самоубийства стесняет окружающих и заставляет их ощущать неудобство или желание избежать ее обсуждения, Вы можете испытывать сильное чувство собственной отстраненности. Возможности обговорить, вспомнить и превознести все аспекты жизни и личности близкого человека могут отвергаться. Также может ощущаться сильная потребность защитить себя и своего близкого человека от осуждения окружающих.

Мать, написавшая о смерти своего сына, указала на то, что нам никогда не рассказывали, что нужно говорить человеку, в семье которого кто-то покончил с собой. Ей нужно было услышать то же самое, что и все, кто пережил смерть близкого человека: «Я искренне сочувствую Вашему горю, но есть ли что-то, что я могу сделать? Если Вам нужно поговорить об этом — я умею слушать. Выможетепоплакатьнамоемплече».

© Королевский психиатрический колледж, 1997 г.
Информация взята из информационного пакета о симптомокомплексе, связанном с потерей близкого человека (создатели: Кейт Хилл, Кит Хоутон, Аслог Малмберг, Сью Симкин)
Воспроизведено с любезного разрешения Королевского психиатрического колледжа

К превышать

Нужды

Консультации были предоставлены группе канадцев, которые пережили самоубийство близких и чувствовали потребность в помощи и поддержке, чтобы:

  • научиться воспринимать самоубийство

  • решать проблемы, возникшие в семье в результате самоубийства одного из ее членов

  • почувствовать себя лучше

  • поговорить о самоубийстве

  • получить фактическую информацию о самоубийстве и его последствиях

  • иметь возможность открыто выразить свои чувства

  • понять реакции окружающих на самоубийство и научиться справляться с ними

  • получить совет по поводу практических/социальных нужд

© Королевский психиатрический колледж, 1997 г.
Информация взята из информационного пакета о симптомокомплексе, связанном с потерей близкого человека (создатели: Кейт Хилл, Кит Хоутон, Аслог Малмберг, Сью Симкин)
Воспроизведено с любезного разрешения Королевского психиатрического колледжа

К превышать

Помощь и поддержка

Когда приходит время обратиться за помощью?

Чувство скорби изнуряет и причиняет боль. Не всегда просто решить, когда пришло время обратиться за помощью. Возможно, Вы нуждаетесь в помощи, если Вы:

  • продолжаете чувствовать оцепенение и пустоту через несколько месяцев после смерти близкого человека

  • страдаете от бессонницы или ночных кошмаров

  • чувствуете, что не можете справиться с такими сильными психологическими или физическими ощущениями как истощение, смятение, тревога или паника, постоянное напряжение

  • ощущаете, что Вас преследуют мысли и чувства, связанные со смертью близкого человека, например, гнев, виновность, отверженность

  • чувствуете потребность поделиться своим горем, но Вам не с кем сделать это

  • постоянно находитесь в действии, чтобы заглушить боль утраты (например, все время работаете)

  • считаете, что в избытке употребляли алкоголь или наркотики

  • считаете, что волнуетесь и думаете о собственном самоубийстве

  • опасаетесь, что окружающие Вас люди уязвимы и не справляются с проблемой

Вот некоторые источники помощи, которые могут оказаться для Вас полезными:-

Группысамопомощи

предоставят Вам возможность встретиться и поделиться своими чувствами и опытом с другими людьми, а также обрести успокоение

Местные врачи

  • могут выслушать, поговорить и предложить эмоциональную поддержку

  • могут помочь преодолеть такие проблемы, как бессонница, тоска или депрессия

  • могут посоветовать Вам другие источники получения помощи

Разные врачи используют различные методы оказания помощи. За один короткий прием не всегда возможно поговорить о случившемся. Чтобы уладить этот вопрос, Вы можете написать врачу до того, как пойдете на прием.

Консультирование

  • предоставляет больше времени на тщательное обсуждение проблемы или поддержку в течение более длительного периода

  • не принуждает Вас рыться в событиях прошлого, а предлагает Вам помощь в преодолении эмоционального кризиса и жизненных изменений, с которыми Вы, возможно, столкнулись

  • может принести Вам облегчение, так как дает возможность в безопасной обстановке поговорить с незнакомым Вам человеком

Религия

  • может быть источником силы и поддержки в случае, если Вы придерживаетесь определенных религиозных верований

  • местные религиозные лидеры могут оказать неоценимую поддержку

Центры по оказанию поддержки

  • предоставляют конфиденциальную поддержку всем, кто переживает горе или отчаяние либо испытывает суицидальные чувства. Чтобы узнать о ближайшей к Вам линии помощи, нажмите здесь.

Когда приходит время обратиться за помощью?

Чувство скорби изнуряет и причиняет боль. Не всегда просто решить, когда пришло время обратиться за помощью. Возможно, Вы нуждаетесь в помощи, если Вы:

  • продолжаете чувствовать оцепенение и пустоту через несколько месяцев после смерти близкого человека

  • страдаете от бессонницы или ночных кошмаров

  • чувствуете, что не можете справиться с такими сильными психологическими или физическими ощущениями как истощение, смятение, тревога или паника, постоянное напряжение

  • ощущаете, что Вас преследуют мысли и чувства, связанные со смертью близкого человека, например, гнев, виновность, отверженность

  • чувствуете потребность поделиться своим горем, но Вам не с кем сделать это

  • постоянно находитесь в действии, чтобы заглушить боль утраты (например, все время работаете)

  • считаете, что в избытке употребляли алкоголь или наркотики

  • считаете, что волнуетесь и думаете о собственном самоубийстве

  • опасаетесь, что окружающие Вас люди уязвимы и не справляются с проблемой

Вот некоторые источники помощи, которые могут оказаться для Вас полезными:-

Группысамопомощи

предоставят Вам возможность встретиться и поделиться своими чувствами и опытом с другими людьми, а также обрести успокоение

Местные врачи

  • могут выслушать, поговорить и предложить эмоциональную поддержку

  • могут помочь преодолеть такие проблемы, как бессонница, тоска или депрессия

  • могут посоветовать Вам другие источники получения помощи

Разные врачи используют различные методы оказания помощи. За один короткий прием не всегда возможно поговорить о случившемся. Чтобы уладить этот вопрос, Вы можете написать врачу до того, как пойдете на прием.

Консультирование

  • предоставляет больше времени на тщательное обсуждение проблемы или поддержку в течение более длительного периода

  • не принуждает Вас рыться в событиях прошлого, а предлагает Вам помощь в преодолении эмоционального кризиса и жизненных изменений, с которыми Вы, возможно, столкнулись

  • может принести Вам облегчение, так как дает возможность в безопасной обстановке поговорить с незнакомым Вам человеком

Религия

  • может быть источником силы и поддержки в случае, если Вы придерживаетесь определенных религиозных верований

  • местные религиозные лидеры могут оказать неоценимую поддержку

Центры по оказанию поддержки

  • предоставляют конфиденциальную поддержку всем, кто переживает горе или отчаяние либо испытывает суицидальные чувства. Чтобы узнать о ближайшей к Вам линии помощи, нажмите здесь.

Специализированные организации, занимающиеся аспектами, связанными с потерей близких

Ниже даны ссылки на некоторые организации, занимающиеся аспектами, связанными с потерей близких:-

Международная организация по предотвращению самоубийств

www.med.uio.no/iasp/english/cs.html

Американская ассоциация суицидологии
www.suicidology.org/displaycommon.cfm?an=6

Канадская ассоциация по предотвращению самоубийств
www.casp-acps.ca

Ресурсы Великобритании

Полный список британских организаций, занимающихся аспектами, связанными с потерей близких, а также полезная литература, изложены в полной версии созданного Королевским психиатрическим колледжем информационного пакета материалов, посвященных симптомокомплексу, связанному с потерей близкого человека. Вы можете загрузить полную версию данного пакета в формате .pdf здесь.

© Королевский психиатрический колледж, 1997 г.
Информация взята из информационного пакета о симптомокомплексе, связанном с потерей близкого человека (создатели: Кейт Хилл, Кит Хоутон, Аслог Малмберг, Сью Симкин)
Воспроизведено с любезного разрешения Королевского психиатрического колледжа

К превышать

Как найти надежду и справиться с болью потери любимого человека

Для тех, кто недавно потерял любимого человека, интенсивность вашей боли может быть неописуемой, в отличие от всего, что вы когда-либо испытывали раньше.

Друзья и родственники могут попытаться утешить вас, говоря, что время исцелит эту боль — и для некоторых это может быть правдой. Однако, когда мы теряем кого-то, с кем мы очень близки, многие из нас несут эту душевную боль в собственные могилы. Смерть неизбежна, но, зная об этом, не становится легче пережить потерю любимого человека.Именно через знание пути души мы можем найти утешение и исцеление.

Нежелание западного общества говорить о смерти и недостаток знаний о путешествии души из одной жизни в другую порождает ненужный страх и часто оставляет нас неподготовленными к американским горкам эмоций, которые сопровождают конец жизни. Все эти эмоции являются частью естественного процесса скорби, но, опять же, мы очень мало знаем об этом процессе, пока не испытаем его на собственном опыте.

Как справиться с потерей родителя

По мере того, как поколение бэби-бумеров стареет, многие из нас понимают, что благополучие наших родителей стало нашей обязанностью.Забота о родителях в последние годы их жизни может быть удивительным опытом, и некоторые даже считают его привилегией. Но нет сомнений в том, что эта роль имеет мрачную сторону и сопряжена с множеством проблем. Те, кто ухаживает за близкими, страдающими хроническими заболеваниями, такими как слабоумие, рак и сердечные заболевания, могут испытывать предвкушение горя, пытаясь морально и эмоционально подготовиться к неминуемой потере тех, кому они оказали помощь.

Прочтите: Скорбь перед смертью: горе Альцгеймера или неизлечимая болезнь

Если ваш родитель все еще может общаться с вами, найдите это время, чтобы поделиться семейной историей или вспомнить вместе.Скажите им, что вы их любите. Даже если вам неудобно выражать свои эмоции устно, сейчас самое время попробовать. Это может стать ценным моментом, который принесет вам обоим большое утешение в будущем. Тем, кому грозит конец жизни, тоже нужна возможность выразить свои мысли. Это часть их замыкания с жизнью и отношениями.

Прочтите: Сила рассказывания семейных историй

Если их жизненный путь подходит к концу, заверьте их, что с вами и любой оставшейся семьей будет все хорошо, и заботьтесь друг о друге.Утешайте их и позвольте им уйти, когда они почувствуют, что пришло время. Если вы продемонстрируете свое согласие с ситуацией, это поможет сделать этот процесс менее тревожным для вас обоих.

Если у вас были прекрасные отношения с родителями, дорожите ими. Слишком часто наши отношения с членами семьи строятся на сочетании хороших и плохих воспоминаний, а также всего остального. Взрослые дети, которые хранят болезненные воспоминания и / или нерешенные проблемы, могут испытывать чувство покинутости, если родитель умирает и исцеление не происходит.Это может сопровождаться гневом из-за того, что в ваших отношениях все пошло не так.

Понимание причин этих эмоций может помочь вам справиться с ними. Важно помнить, что любовь и прощение — ключи к исцелению. Примите тот факт, что ваши родители в то время сделали все, что могли. Найдите прощение для своих родителей и для себя за любой негатив, который вы внесли в отношения. Удержание любых отрицательных эмоций до, во время и после их исчезновения только способствует борьбе в вашей собственной жизни.Это время, чтобы открыть свое сердце, проявить сострадание и начать процесс исцеления, проявив любовь и даровав прощение.

Прочтите: Прощение помогает нам жить и умереть с безмятежностью и миром

Если у вас внезапно забрали любимого человека, не думайте, что вы потеряли возможность попрощаться. Многие из нас разговаривают с Богом или высшей силой, даже если мы не можем его видеть. Это дает нам чувство комфорта, сообщения радости и знаки того, что он присутствует в нашей жизни.Твои покойные близкие делают то же самое. Поговорите с ними и позвольте себе почувствовать их любовь к вам.


Просмотрите наши бесплатные
Руководства по уходу за пожилыми людьми

Типы горя

Все мы скорбим по-разному, в зависимости от характера потери и нашего типа личности. Некоторые из нас теряют любимого человека и могут удерживать отношения. Это типично для людей с логическим типом личности, которые полностью контролируют свои эмоции и предпочитают не испытывать их, пока они не будут к этому готовы.Эти люди, как правило, являются той опорой, на которую полагаются все остальные в тяжелые времена. Но даже среди самых рациональных людей немногие способны полностью принять потерю, провести инвентаризацию своих чувств и беспрепятственно жить дальше. Слишком долгое откладывание процесса скорби, подавление эмоций или ожидание того, что горе последует логическим путем, только вызовут еще больше боли в будущем.

Еще есть эмоциональный тип личности. Они чувствуют потерю всеми фибрами своего существования и могут быстро увлечься эмоциональными американскими горками горя.Их сострадание и сочувствие — прекрасные аспекты того, кем они являются. Однако, когда эти люди теряют близких, им может потребоваться помощь других, чтобы помочь им пережить интенсивность их боли. Без посторонней помощи такие эмоции, как гнев, вина, отчаяние, облегчение и отрицание, могут начать саботировать качество их жизни.

Скорбь и исцеление не происходят линейно или в определенные сроки. Но когда чувства, связанные с уходом любимого человека, становятся непреодолимыми и мешают исцелению и распорядку дня, виновато может быть сложное горе.Тем, кто борется с тяжелой утратой, жизненно важно обратиться к своей семье и друзьям за поддержкой, но квалифицированный специалист в области психического здоровья может помочь справиться с потерей и тяжелыми эмоциями, которые она породила.

Читать: Терапия ускоренного разрешения проблем может помочь членам семьи справиться с тяжелым горем

Обретение надежды после потери

Время после потери может быть очень болезненным. Иногда боль, которую вы испытываете, просто слишком сильна, чтобы позволить себе исцелиться.Ищите поддержку, которая поможет вам позаботиться о себе во время скорби. Вполне вероятно, что в вашем сообществе есть ресурсы, которые могут предложить помощь. Многие обращаются к своей вере и религиозным лидерам за советом и поддержкой в ​​такие трудные времена.

Если ваш умерший близкий человек получил помощь в конце жизни через организацию хосписа, свяжитесь с ним, чтобы узнать, предлагают ли они группы поддержки в случае утраты или психологическую помощь выжившим членам семьи. Те хосписы, у которых нет программы поддержки скорби, вероятно, могут порекомендовать вам другие ресурсы, такие как местные больницы, университеты и организации по уходу за престарелыми.

Тот факт, что вашего любимого человека больше нет физически, не означает, что он вас бросил. Любовь, которую вы испытывали друг к другу, когда были вместе в этой жизни, все еще существует и будет длиться вечно. Постарайтесь найти утешение в том факте, что вы были благословлены их присутствием. Хотя на начальных этапах горя это может показаться маловероятным, боль от их отсутствия будет постепенно уменьшаться и постепенно заменяться воспоминаниями о совместной жизни.

Ты терпишь не одну потерю, ты страдаешь много

Мы можем понести разные потери

Когда умирает кто-то, кого вы любите, помимо первичной утраты любимого человека, вы часто терпите вторичные потери.Меняется личная и социальная среда, часто требуя новых начинаний. Человеку, потерявшему близких, остается исследовать, что было потеряно и что было приобретено в результате финала.

Ниже приводится список различных потерь, которые может испытать человек после смерти любимого человека.

  1. Потеря любимого человека: Многие ошибаются, думая, что это единственная потеря.
  2. Утрата себя: Это часть себя, переданная другому человеку в любви.В момент смерти человек, понесший тяжелую утрату, часто чувствует, что эта часть его «я» была «оторвана».
  3. Утрата идентичности: Часто человек идентифицирует себя с ролью, которую он занимал в отношениях. Когда другого человека больше нет и роль больше не играет, человек часто теряет чувство целостности.
  4. Потеря уверенности в себе: Скорбящие люди часто чувствуют себя неполноценными. Им может казаться, что они не скорбят должным образом, или что они должны чувствовать себя лучше, или что они могли сделать что-то, чтобы предотвратить смерть.
  5. Утрата избранного образа жизни: Смерть любимого человека заставляет человека начать новый образ жизни. Например, скорбящий супруг снова вынужден быть холостым.
  6. Потеря безопасности: Скорбящие люди часто описывают неуверенность в том, что они не знают, что будет дальше, или как они отреагируют или отреагируют. Их распорядок и их реальность меняются, увеличивая опасность.
  7. Потеря чувства безопасности: Один из скорбящих супругов заключил: «Я чувствую себя подверженным холодным ветрам жизни без моего любимого человека.Это заставляет меня чувствовать себя очень уязвимым ».
  8. Утрата известной структуры семьи: Смерть мгновенно изменяет состав семьи человека, создавая новый уровень приспособления, с которым необходимо столкнуться.
  9. Утрата привычного отношения к семье и друзьям: Семья и друзья часто не знают, как реагировать на грусть, гнев, страх и другие эмоции человека, потерявшего близкого, поэтому они могут избегать или чувствовать себя неловко рядом с ним или ей.
  10. Утрата прошлого: Новые знакомые и новые друзья могут очень поддержать и принять, но они не разделяют историю человека, потерявшего близкого.
  11. Утрата будущего: Скорбящему человеку может быть страшно думать наперед — думать о следующем году, следующем месяце или следующей неделе без любимого человека. Есть опасения, что какое бы будущее ни было, оно будет таким же болезненным, как и настоящий момент.
  12. Потеря направления: Как сказал один скорбящий мужчина: «С тех пор, как моя жена умерла, у меня больше нет цели в жизни; кажется, ничего не имеет значения.”
  13. Потеря мечты: Многие люди, потерявшие близких, жалуются, что их мечты о будущем не сбудутся.
  14. Утрата доверия: Люди, потерявшие близких, часто не уверены в том, что полюбят другого так же глубоко после значительной утраты. Они могут бояться боли от очередной потери. Многие люди, потерявшие близких, заявляют, что им также трудно снова поверить в себя из-за глубокого чувства незащищенности.
  15. Утрата возможности поделиться с любимым человеком: Многие люди, потерявшие близких, оплакивают потерю постоянного спутника жизни, который мог бы делиться мелочами жизни.Они оплакивают потерю лучшего друга, наперсника. Родители, чей ребенок умер, часто сообщают, что чувствуют себя исключенными из «лет взросления».
  16. Потеря способности сосредотачиваться: Все существо скорбящего человека настолько затронуто утратой, что становится трудно сосредоточиться на чем-либо, кроме самого необходимого для прохождения дня.
  17. Утрата способности видеть выбор: Поскольку изменение образа жизни, вызванное утратой, не было выбором, многие скорбящие люди имеют подсознательное ощущение, что они не могут контролировать свою жизнь.
  18. Утрата способности принимать решения: Из-за незащищенности и отсутствия уверенности в себе человек, потерявший близкого, может испытывать трудности с принятием решений. Они также могут запутаться, получая разные советы от других.
  19. Утрата чувства юмора: Иногда трудно воспринимать что-либо как юмористическое, когда один из самых важных людей в жизни больше не жив.
  20. Потеря здоровья: Напряжение эмоциональной и психологической работы, связанной с горем, часто вызывает физические проблемы, такие как тошнота, мигрень, напряжение мышц, проблемы со спиной и т. Д.
  21. Потеря внутреннего счастья и радости: Трудно чувствовать счастье и радость, когда ваша жизнь разбита после потери кого-то значимого.
  22. Утрата терпения по отношению к себе: Часто скорбящие люди хотят облегчения от своей боли; они хотят чувствовать себя лучше сейчас и могут чувствовать себя неадекватными, когда чувство горя длится дольше, чем они ожидали.

Родным и близким человека, пережившего потерю любимого человека, часто бывает трудно понять, почему процесс скорби длится так долго.Мы все хотим, чтобы наш любимый был счастлив и «жил в жизни». Важно, чтобы семья и друзья осознавали разные уровни потери. Это понимание может помочь тем, кто заботится о скорбящем, проявить больше терпения и понимания.

Узнайте, может ли хоспис помочь вашему близкому.

Физические симптомы, воздействие на тело, продолжительность процесса

Горе — естественная реакция на потерю кого-то или чего-то важного для вас.Вы можете испытывать различные эмоции, например грусть или одиночество. И вы можете испытать это по ряду разных причин. Может быть, умер любимый человек, закончились отношения или вы потеряли работу. Другие жизненные изменения, такие как хроническая болезнь или переезд в новый дом, также могут привести к горе.

Все горюют по-разному. Но если вы поймете свои эмоции, позаботитесь о себе и будете искать поддержки, вы можете исцелиться.

Каковы стадии горя?

Ваши чувства могут проявляться поэтапно по мере того, как вы смиряетесь со своей потерей.Вы не можете контролировать процесс, но полезно знать причины, лежащие в основе ваших чувств. Все люди по-разному переживают горе. Хотя это уже не считается идеальным способом думать о горе, вы, возможно, слышали о стадиях горя:

  • Отказ: Когда вы впервые узнаете о потере, нормально думать: «Этого не происходит. . » Вы можете почувствовать шок или онемение. Это временный способ справиться с приливом непреодолимых эмоций. Это защитный механизм.
  • Гнев: По мере того, как наступает реальность, вы сталкиваетесь с болью потери.Вы можете чувствовать разочарование и беспомощность. Позже эти чувства переходят в гнев. Вы можете направить его на других людей, высшую силу или жизнь в целом. Злиться на любимого человека, который умер и оставил вас в покое, тоже естественно.
  • Торговля: На этом этапе вы зацикливаетесь на том, что вы могли бы сделать, чтобы предотвратить потерю. Распространенными мыслями являются «Если бы только…» и «Что, если бы…». Вы также можете попытаться заключить сделку с высшей силой.
  • Депрессия: Печаль наступает, когда вы начинаете понимать потерю и ее влияние на вашу жизнь.Признаки депрессии включают плач, проблемы со сном и снижение аппетита. Вы можете чувствовать себя подавленным, печальным и одиноким.
  • Принятие: На этой последней стадии горя вы принимаете реальность своей потери. Это не может быть изменено. Хотя вам все еще грустно, вы можете начать двигаться вперед по жизни.

Каждый человек проходит эти фазы по-своему. Вы можете переключаться между ними или вообще пропустить один или несколько этапов. Напоминания о вашей потере, такие как годовщина смерти или знакомая песня, могут вызвать возвращение горя.

Сколько еще можно оплакивать?

Нет «нормального» времени для печали. Ваш процесс печали зависит от ряда факторов, таких как ваша личность, возраст, убеждения и круг поддержки. Тип потери также является важным фактором. Например, велика вероятность, что вы будете горевать из-за внезапной смерти любимого человека дольше и сильнее, чем, скажем, из-за прекращения романтических отношений.

Со временем грусть утихает. Вы сможете почувствовать счастье и радость вместе с горем. Вы сможете вернуться к своей повседневной жизни.

Нужна ли профессиональная помощь?

В некоторых случаях горе не проходит. Возможно, вы не сможете принять потерю. Врачи называют это «сложным горем». Поговорите со своим врачом, если у вас есть одно из следующего:

  • Проблемы с соблюдением обычного распорядка дня, например, поход на работу или уборку дома
  • Чувство депрессии
  • Мысли о том, что жизнь не стоит того, чтобы жить, или о том, что вы причиняете себе вред
  • Любая неспособность перестать винить себя

Терапевт может помочь вам исследовать свои эмоции.Они также могут научить вас справляться с трудностями и помочь справиться с горем. Если вы в депрессии, врач может прописать вам лекарства, которые помогут вам почувствовать себя лучше.

Когда вы испытываете глубокую эмоциональную боль, может возникнуть соблазн попытаться заглушить свои чувства наркотиками, алкоголем, едой или даже работой. Но будь осторожен. Это временные побеги, которые не помогут вам быстрее вылечиться или почувствовать себя лучше в долгосрочной перспективе. Фактически, они могут привести к зависимости, депрессии, тревоге или даже эмоциональному срыву.

Вместо этого попробуйте эти вещи, чтобы помочь вам смириться с потерей и начать лечить:

  • Дайте себе время. Примите свои чувства и знайте, что горевать — это процесс.
  • Поговорите с другими. Проведите время с друзьями и семьей. Не изолируйте себя.
  • Береги себя. Регулярно делайте физические упражнения, хорошо питайтесь и высыпайтесь, чтобы оставаться здоровым и энергичным.
  • Вернитесь к своим увлечениям. Вернитесь к занятиям, которые приносят вам радость.
  • Присоединяйтесь к группе поддержки. Поговорите с другими, кто тоже скорбит. Это поможет вам почувствовать себя более связанным.

«Плохая смерть» больше ранит оставленных близких: исследование

Горе трудно вынести, но, согласно новому исследованию Университета Альберты, когда вы думаете, что ваш любимый серьезно умер, становится еще хуже.

«Это могло быть смерть от боли или с другими неизлечимыми симптомами, такими как тошнота, или они хотели умереть дома, но не могли; есть много способов, которыми они могли бы почувствовать, что это плохая смерть », — сказала Донна Уилсон, профессор медсестер Университета штата Калифорния, руководившая исследованием.

Как справиться с горем

U. Профессор медсестер Донна Уилсон предлагает этот совет о том, как помочь себе и другим в горе:

  • Проведите время с тем, кто скорбит, навещая или звоня.Часто они одиноки.
  • Расскажите о человеке, который умер, чтобы помочь скорбящим близким почувствовать себя менее изолированными. «Это часть уважения к человеку, который мы вспоминаем после того, как он ушел».
  • Слушайте без осуждения и без добровольных советов о том, что им следует делать или чувствовать.
  • Предлагаем помощь с повседневными задачами, такими как работа во дворе или покупка продуктов. «Людям сложно сосредоточиться, когда они скорбят, и им часто не хватает энергии, чтобы что-то делать».
  • Если горе сказывается на их здоровье, предложите им помощь в получении профессиональной помощи.
  • Если вы горюете, примите то, что горе — это сильная эмоция, которая какое-то время будет влиять на вас.
  • Узнайте о процессе выздоровления от горя из книг, статей и курсов.
  • Высыпайтесь, хорошо ешьте и делайте ежедневные физические упражнения в своем распорядке дня.
  • Проводите время с другими.
  • Обратитесь за помощью, когда она вам понадобится.
  • Ожидайте взлетов и падений; это нормально с горем.

«В семье остались воспоминания о том, что произошло или не произошло, и что должно было произойти, когда человек умирал.”

Уилсон и ее исследовательская группа опросили 151 человека для исследования, половина из которых указали, что у них был высокий уровень горя через месяцы или даже годы после смерти любимого человека. Немногим более половины, 55 процентов, оценили смерть любимого человека как скорее плохую, чем хорошую.

Исследование, опубликованное в « International Journal of Palliative Nursing», указывает на тревожную тенденцию с возрастом населения Канады, сказал Уилсон.

Она предсказывает «цунами горя» с быстро растущим влиянием на общество.

Тот факт, что более половины опрошенных считают, что их близкие умерли тяжелой смертью, «говорит всем нам — медсестрам, другим поставщикам медицинских услуг и общественности, — что нам предстоит пройти долгий путь, чтобы улучшить нашу заботу о детях. умирающий. Эта помощь оказывает большое влияние на тех, кому остается горевать », — сказал Уилсон.

Выводы основаны на исследовании 2017 года, которое она провела, которое показало, что 96 процентов канадских респондентов в ходе опроса пережили тяжелую утрату, часто несколько раз, а 78 процентов активно горевали о смерти любимого человека.

Воздействие глубокого горя

Хотя траур — это нормальный процесс, необычайно глубокая утрата может быть вредной, поскольку влияет на здоровье и способность человека функционировать, — сказал Уилсон, изучающий социальные последствия того, что называют «мозгом горя».

«Ваш мозг отброшен назад из-за этой грандиозной потери в вашей жизни, и вы совершенно не можете сосредоточиться. Вы плохо спите и не едите, можете забыть о приеме лекарств или отвлекаться за рулем. Некоторые люди так сильно горюют, что умирают сами », — сказал Уилсон, отметив, что в Японии такоцубо, или синдром разбитого сердца являются признанным заболеванием.

«Горе — это серьезная проблема, которую не осознают из-за того, насколько серьезно она влияет на людей, семьи, рабочие места и общество, и мы делаем недостаточно, чтобы помочь скорбящим людям», — добавила она.

Она отметила, что в Ирландии, где горе считается серьезной проблемой общественного здравоохранения, по оценкам, в среднем на каждую смерть страдают 10 человек.

«В настоящее время в Канаде ежегодно умирает 280 000 человек, и если умножить это на 10, то получится, что почти три миллиона человек подвергаются значительному риску с точки зрения собственного здоровья и благополучия, а другие подвергаются риску при работе с механизмами. , летайте на самолетах, делайте операции, — объяснил Уилсон.

«По мере того, как бэби-бумеры достигают возраста 80 и 90 лет, мы можем ожидать удвоения количества смертей каждый год, поэтому умножьте это на 10. В будущем еще больше людей будут горевать».

Исследование рекомендует, чтобы непосредственный медицинский персонал, такой как медсестры, уделял особое внимание друзьям и семьям своих пациентов, приветствуя их, когда они навещают, предвосхищая и отвечая на их многочисленные вопросы о процессе умирания, а также признавая, что у каждого человека разные вопросы и потребности. .

«Для некоторых друзей и семьи это будет их первая смерть, поэтому важно помочь им понять, что делается все возможное, чтобы их любимый умирает хорошо; это поможет уменьшить их горе ».

Скорбь: перед лицом болезни, смерти и других потерь

Горе — это нормальная здоровая реакция человека на потерю. Он описывает эмоции, которые вы испытываете, когда теряете кого-то или что-то важное для вас. Люди скорбят по разным причинам, в том числе:

  • Смерть близкого человека, в том числе домашних животных.
  • Развод или изменение отношений, включая дружбу.
  • Изменения в вашем здоровье или здоровье близкого человека.
  • Потеря работы или изменение финансового положения.
  • Изменения в вашем образе жизни, например, при выходе на пенсию или при переезде на новое место.

Потеря, которая вызывает горе, не всегда носит физический характер. Вы можете испытать горе, если у вас или у вашего близкого диагностировано серьезное заболевание или вы столкнулись с серьезным заболеванием. Вы можете горевать о своих планах на будущее или о том, как изменится жизнь.

Горе у всех разное. Он может включать множество эмоциональных и физических симптомов, в том числе:

  • Чувства: Гнев, беспокойство, обвинение, замешательство, отрицание, депрессия, страх, вина, раздражительность, одиночество, онемение, облегчение, печаль, шок или тоска.
  • Мысли: Замешательство, трудности с концентрацией, неверие, галлюцинации или озабоченность тем, что было потеряно.
  • Физические ощущения: Головокружение, учащенное сердцебиение, утомляемость, головные боли, гипервентиляция, тошнота или расстройство желудка, одышка, стеснение или тяжесть в горле или груди, потеря или увеличение веса.
  • Поведение: Приступы плача, чрезмерная активность, раздражительность или агрессия, потеря энергии, потеря интереса к приятным занятиям, беспокойство или проблемы со сном.

Горе иногда описывают как процесс, состоящий из 5 этапов: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие.

Все эти реакции на потерю нормальны. Однако не все, кто скорбит, испытывают все эти реакции, и не все переживают их в одном и том же порядке.Часто повторять некоторые из этих реакций, стадий и симптомов более одного раза.

Путь к улучшению самочувствия

Нет «правильного» способа горевать. Все разные. Дайте себе время пережить потерю по-своему. В то же время не забывайте заботиться о себе.

  • Почувствуйте свою потерю. Позвольте себе плакать, онеметь, сердиться или чувствовать то, что вы чувствуете. Больно, но это естественно и нормально.
  • Позаботьтесь о своих физических нуждах. Высыпайтесь, соблюдайте сбалансированную диету и регулярно занимайтесь спортом.
  • Выразите свои чувства. Говорите с другими о своих чувствах. Или найдите творческий способ дать волю своим чувствам. Это может быть искусство, музыка или ведение дневника.
  • Поддерживайте распорядок дня. Вернитесь к своему обычному распорядку как можно скорее. Старайтесь не отставать от повседневных задач, чтобы вас не перегружали.
  • Избегайте употребления алкоголя. Алкоголь — это депрессант, который может повлиять на ваше настроение, поэтому от него может стать еще больше грусти.
  • Избегайте принятия серьезных решений. Требуется время, чтобы приспособиться к утрате и вернуться к нормальному душевному состоянию. Принятие импульсивного решения во время скорби может усилить стресс в и без того трудное время. Постарайтесь подождать год, прежде чем что-то менять, например, переезжать или менять работу.
  • Дайте себе передохнуть. Сделайте перерыв от горя, занимаясь тем, что вам нравится. Это нормально — не грустить все время. Тебе хорошо смеяться.
  • Обратитесь за помощью, если она вам нужна. Вам не нужно бороться. Найдите друзей, семью, духовенство, консультанта или терапевта или группы поддержки. Если ваши симптомы не улучшаются или вы чувствуете, что вам нужна дополнительная помощь, поговорите со своим семейным врачом.

Нет расписания для горя. Вы можете почувствовать себя лучше через 6-8 недель, но весь процесс может длиться от 6 месяцев до 4 лет. Возможно, вы немного начнете чувствовать себя лучше. Утром станет немного легче вставать, а может быть, у вас появится больше энергии.Это время, когда вы начнете перестраивать свою жизнь вокруг потери или без любимого человека. За это время может показаться, что вы переживаете череду взлетов и падений. Сегодня вы можете почувствовать себя лучше, а завтра — хуже. Это нормально.

Со временем вы снова начнете проявлять интерес к другим людям и занятиям. Если вы потеряли любимого человека, нормально чувствовать себя виноватым или нелояльным по отношению к нему в это время. Также нормально пережить некоторые из своих переживаний в дни рождения, юбилеи, праздники или другие особые случаи.

Что нужно учитывать

Хотя грусть после потери — это нормально, чувства, связанные с горем, должны быть временными. Иногда чувства длятся дольше, или вам может быть трудно справиться со своими эмоциями. Когда это происходит, горе может превратиться в депрессию. Симптомы горя и депрессии похожи. Признаки того, что вы можете впадать в депрессию, включают:

  • Со временем ты не почувствуешь себя лучше.
  • У вас постоянные проблемы с едой или сном.
  • Ваши чувства начинают мешать вашей повседневной жизни.
  • Вы полагаетесь на наркотики или алкоголь, чтобы справиться.
  • Вы начинаете думать о том, чтобы навредить себе или другим.

Если вам кажется, что вам сложно справиться со своими эмоциями, попросите о помощи. Ваш семейный врач может помочь вам вылечить депрессию, чтобы вы почувствовали себя лучше. Он или она также может помочь вам понять, какая еще поддержка вам нужна. Это может быть группа поддержки, индивидуальная терапия или лекарства.

Вопросы, которые следует задать врачу

  • Это нормально?
  • Могу ли я быть в депрессии?
  • Должен ли я пойти к психологу или терапевту?
  • Сколько времени пройдет, пока я не почувствую себя лучше?
  • Помогут ли мне лекарства почувствовать себя лучше?

Ресурсы

Американское общество клинической онкологии: понимание горя и утраты

Национальная медицинская библиотека США, Medline Plus: Grief

Авторские права © Американская академия семейных врачей

Эта информация представляет собой общий обзор и может не относиться ко всем.Поговорите со своим семейным врачом, чтобы узнать, применима ли эта информация к вам, и получить дополнительную информацию по этому вопросу.

Горе и потеря — последствия горя и способы борьбы с ними

Ключевые факты

  • Горе — это реакция на потерю кого-то или чего-то важного.
  • Горе может наступить после смерти, развода, болезни или другой значительной утраты.
  • Горе может повлиять на ваше физическое и психическое здоровье.
  • Скорбь — это индивидуальный процесс, и он у всех разный.

На этой странице

Что такое горе и утрата?

Горе — это естественная эмоциональная реакция на потерю близкого человека, например члена семьи или друга. Горе также может возникнуть после тяжелой болезни, развода или других значительных потерь.

Горе часто сопровождается сильной грустью, а иногда и чувством шока, онемения или даже отрицания и гнева. У большинства людей исцеление происходит со временем.

Горе — это процесс или путешествие, которое влияет на всех по-разному.Это может быть утомительным и эмоционально истощающим, затрудняя выполнение простых вещей или даже выход из дома. Некоторые люди справляются, становясь более активными.

Горе не имеет установленного образца. Это выражается по-разному в разных культурах. Некоторым людям нравится быть выразительными и публичными в своих эмоциях, в то время как другим нравится хранить горе в тайне.

Большинство людей считают, что горе со временем утихает. Они всегда могут нести печаль и скучать по умершему, но способны найти смысл и снова испытать удовольствие.Некоторые люди даже находят новую мудрость и силы после пережитых потерь.

Существуют ли разные виды горя и утраты?

Горе обычно описывается в связи со смертью любимого человека, но другие типы серьезной утраты также могут привести к чувству горя. Чем значительнее потеря, тем сильнее может быть горе.

Люди могут печалиться из-за:

  • смерть любимого человека — горе может быть особенно тяжелым после смерти младенца или ребенка или самоубийства
  • развод или развод
  • потеря любимого питомца
  • отказаться от того, что имело значение
  • смены работы — безработица, выход на пенсию, увольнение
  • диагноз неизлечимой болезни
  • Потеря хорошего здоровья в результате болезни, несчастного случая или инвалидности
  • выкидыш или бесплодие
  • наличие ребенка с инвалидностью, неизлечимой болезнью, психическим заболеванием или злоупотреблением психоактивными веществами
  • переезд или разлука с семьей или друзьями
  • имеет «пустое гнездо», когда дети уходят из дома

Каковы последствия горя?

Последствия горя часто напоминают депрессию, и у некоторых людей депрессия развивается после значительной утраты.Если вы переживаете серьезную утрату и вам трудно справиться, обратитесь к врачу.

Сразу после смерти те, кто остался позади, часто чувствуют себя потрясенными, оцепеневшими и отрицающими, особенно если смерть была неожиданной.

Когда они начинают понимать реальность смерти, они могут испытывать сильную печаль, пустоту или одиночество, а иногда и гнев или вину.

Чувства могут быть болезненными, постоянными или непреодолимыми. Горе может приходить волнами, на какое-то время казалось, что оно утихает, а затем возвращается снова.Но со временем чувства постепенно утихают.

Все по-разному реагируют на горе. Общие чувства включают:

  • грусть
  • амортизатор
  • отказ
  • онемение, ощущение нереальности
  • злость
  • вина
  • виноват
  • рельеф

эмоции

Люди могут чувствовать или действовать иначе, чем обычно. Они могут испытывать трудности с концентрацией внимания, замкнутостью и не получать удовольствия от своей обычной деятельности.Они могут пить, курить или употреблять наркотики, или иметь мысли о том, чтобы навредить себе или что они не могут продолжать.

Физическое здоровье

Горе может быть изнурительным, и это может ослабить иммунную систему, делая людей предрасположенными к простуде и другим заболеваниям. Горе может повлиять на аппетит и привести к изменению веса. Это может повлиять на сон и вызвать у людей чувство сильной усталости. Это также может вызвать боли в животе, головные боли и боли в теле.

Духовная жизнь

Некоторым людям снятся сны о любимом человеке, когда они чувствуют его присутствие или слышат их голос.Скорбящие люди часто ищут смысл и исследуют свои духовные убеждения.


Посттравматический рост

Некоторые люди находят положительный опыт после горя и утраты, например, новое чувство мудрости, зрелости и смысла жизни.


Сложное горе и депрессия

У некоторых людей горе может быть продолжительным или более сильным, и это может мешать их способности справляться с повседневной жизнью. Это может быть более вероятно, если потеря была особенно травматичной, например, самоубийство или смерть ребенка.

Когда мне следует обращаться за помощью в своем горе?

Если вы постоянно испытываете чувство печали и отчаяния и не можете испытать счастье, возможно, вы испытываете симптомы депрессии. Если ваши чувства мешают повседневной жизни, важно обратиться за помощью.

Признаки того, что вам может потребоваться помощь, включают:

  • Изменения аппетита (потеря аппетита или переедание)
  • интенсивная грусть
  • трудности со сном
  • чувство пустоты чувство отчаяния
  • мысли о причинении себе вреда

НАЙТИ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ — Наш Сервисный поиск поможет вам найти врачей, аптеки, больницы и другие медицинские учреждения.

Как мне справиться с горем?

Исцеление происходит со временем. Если вы переживаете горе или потерю, вы всегда можете нести некоторую печаль и скучать по человеку, когда он уйдет, но болезненные, сильные чувства должны постепенно утихать. Со временем становится легче справляться с жизнью.

Позвольте себе горевать

Это естественно — плакать. Многие люди находят плач облегчением. Изучение и выражение эмоций могут быть частью процесса исцеления. Может помочь музыка или письмо.Время, проведенное в одиночестве, может позволить вам соединиться со своими эмоциями.

Живите день за днем ​​

Установите регулярный распорядок дня и каждый день делайте что-то особенное для себя. Постарайтесь прогуляться, правильно питаться, медитировать и расслабиться. Рекомендуется избегать принятия каких-либо серьезных решений в течение года после смерти любимого человека.

Обратиться за помощью

Разговор со своим врачом, людьми из группы поддержки, родственником или другом, которому вы доверяете, может быть большим подспорьем.

Оставайтесь на связи

Также важно проводить время с людьми, которые поддерживают вас.Принимайте предложения о помощи, говорите о любимом человеке или просто проводите время с другими.

Создавайте положительные воспоминания

Почитай жизнь умершего. Собирайте фотографии или сувениры, ведите дневник, напишите письмо умершему или поделитесь историями и ритуалами с другими. Все это может помочь обрести смысл после потери.

Берегите свое здоровье

Регулярно занимайтесь спортом, ешьте здоровую пищу и старайтесь высыпаться. Избегайте рекреационных наркотиков и ограничивайте употребление алкоголя на разумном уровне.

Юбилеи выживших

Дни рождения, юбилеи или праздники могут вызвать сильное чувство горя. Можно отметить эти события простой церемонией, например зажжением свечи, музыкой или семейным праздником.

Как я могу поддержать скорбящего любимого человека?

Начать контакт

Свяжитесь с нами и будьте готовы проводить время вместе. Уважайте, что вашему другу может понадобиться плакать, обниматься, говорить, молчать или побыть одному.

Слушайте

Может быть трудно понять, что сказать, особенно если вы раньше не испытывали горя.Возможно, нет слов, которые действительно могут помочь, но выслушивание может оказать большую поддержку. Не бойтесь говорить о человеке, который умер — человек, которого вы поддерживаете, может захотеть услышать его имя. Старайтесь избегать клише и советов.

Сделайте что-нибудь вместе

Уделите время обычным и позитивным вещам, например, посмотрите фильм, прогуляйтесь или пообедайте вместе.

Практическая помощь

Приготовление еды или уход за детьми могут стать отличным подарком людям, переживающим горе.

Знайте

Горе может длиться долго. Дни рождения и юбилеи могут быть трудными для человека, потерявшего близких, поэтому позвонив им в этот день, вы можете сообщить, что вы не забыли.

Другие вопросы, которые могут у вас возникнуть

Как долго длится горе?

Каждый человек скорбит по-своему, и нет установленных сроков, как долго может длиться горе. Некоторые люди могут оплакивать 6 месяцев, другие — несколько лет. На то, как долго может длиться горе, влияет множество факторов.Важно дать себе время горевать и не чувствовать спешки, чтобы «двигаться дальше», пока вы не будете готовы.

Как мне двигаться дальше?

Термин «двигаться дальше» может быть бесполезным, потому что по мере того, как жизнь движется вперед, вам нужно двигаться вместе с ней. С каждым днем ​​вы продвигаетесь вперед, но фраза «двигаться дальше» может показаться, что вам нужно пережить смерть любимого человека. Важно помнить, что двигаться дальше — это не значит забыть, но научиться жить без этого человека в своей жизни.И помнить о том, что двигаться дальше, не означает, что ваше горе закончится, но вы научитесь жить с ним.

Ресурсы и поддержка

Для получения дополнительной информации и поддержки попробуйте эти ресурсы:

  • Lifeline предлагает круглосуточную поддержку в кризисных ситуациях. Если вам нужно поговорить с кем-нибудь о своем самочувствии, позвоните в «Мост жизни» по телефону 13 11 14.
  • .
  • Headspace предлагает отличные ресурсы, которые помогут вам справиться.
  • Родительская линия — с 8.00 до 12.00, 7 дней в неделю, звоните по телефону 13 22 89.
  • Австралийский Центр Скорби и Скорби — консультации и поддержка в случае утраты. Звоните 1800 642066.
  • MensLine Australia — 24 часа 7 дней. Звоните 1300 78 99 78.
  • Служба обратного звонка для самоубийц — 24 часа 7 дней. Звоните 1300 659 467.
  • Kids Helpline — круглосуточно, 7 дней. Звоните 1800 55 1800.
  • Если вам нужно больше узнать о горе и получить совет о том, что делать дальше, вы также можете позвонить в отдел здравоохранения по телефону 1800 022 222, чтобы поговорить с дипломированной медсестрой, 24 часа, 7 дней в неделю (известная как NURSE-ON -ЗВОНИТЕ в Викторию).

Другие языки

Вы предпочитаете другие языки английскому? Эти веб-сайты предлагают переведенную информацию: Переводы о здоровье: тяжелая утрата, горе и утрата (видео)

Боль потери близких во время пандемии

Этот пост написала Чарити Смит, доктор философии, психолог, получивший докторскую степень, Парк-центр, Институт поведенческого здоровья Парквью.

Недавно я слышал историю о женщине, которая, узнав, что ее сын был застрелен, помчалась в больницу, чтобы быть с ним, но ее отправили на стоянку, чтобы ее телефон звонил и сообщал обновления изнутри.Еще одна история, рассказанная в последние недели, — это история семьи, которая пережила смерть нескольких членов, ни с одним из которых они не могли присутствовать, в свои последние минуты жизни. По мере того, как этот кризис продолжается, мы будем продолжать слышать эти истории, и слишком многие из нас будут проживать их на собственном опыте. Смерть почти всегда является сложным, сложным событием, и во время COVID-19 сложности, кажется, множатся.

Для многих, кто испытывает боль смерти во время пандемии — будь то из-за вируса или других способов смерти, происходящих в это время — отсутствие близких начинается задолго до момента смерти.Протоколы социального дистанцирования и безопасности, хотя и необходимы, не только лишают нас возможности свидетельствовать и принимать участие в нежных моментах и ​​значимых разлуках, но и защищают нас от внешних признаков неизбежной смерти. Отсутствие этих сигналов и символов может легко сделать смерть любимого человека сюрреалистичной или нематериальной, как будто ее не было. Там, где мы могли бы ожидать сильного горя или печали, вместо этого мы неоднозначно переживаем их отсутствие.

Хотя это нормально, это также очень сложно.Неоднозначная потеря затрагивает наш защитный инстинкт; он захватывает ту часть нас, которая все еще цепляется за идею, что любимый человек войдет в дверь в любую минуту, пока у нас не будет доказательств обратного. Поскольку погребальные обычаи также должны быть изменены из-за COVID-19, это доказательство может быть отложено. Мы остались в состоянии недоверия, мысленно удерживая тех, кто умер в анабиозе.

Обладая эмоциями

Когда мы убираем смерть из поля зрения общественности, это не только усложняет нам понимание ее реальности, но и создает дополнительные трудности для открытого разговора о смерти.Шквал СМИ, окружающих COVID-19, может сделать смерть еще одной статистикой, а также усилить более широкую культуру страха, окружающего пандемию. Тем, кто скорбит, может казаться, что разговоры о смерти близких лишь усугубят бремя друзей, которые борются со своими проблемами и страхами. Чтобы начать осознавать, что смерть не происходит в вакууме, важно открыто делиться своими историями и позволять другим делать то же самое.

Заботливые разговорные выражения, такие как «Прошу прощения за вашу потерю», могут еще больше урезать реальность смерти и расстроить тех, кто скорбит.Мы не «потеряли» своих близких. Фактически, мы точно знаем, где они, мы просто не можем до них добраться, и это только усугубляет наше разочарование. Используя такие слова, как «смерть» и «умер», мы даем себе и другим разрешение взглянуть в лицо непростой истине, которая, благодаря протоколам пандемии, уже кажется удаленной на один шаг.

Вина, гнев, печаль, разочарование, отчаяние — все это часть человеческого опыта, и нет ничего более человечного, чем горе. Позволяя себе в полной мере проявлять свои эмоции, даже те, которые, как мы боимся, вызовут дискомфорт у других, мы можем начать полностью обрабатывать свой опыт и помещать смерть, какой бы отдаленной она ни была, в контекст нашей жизни.Мы можем испытывать глубокую благодарность за медсестер, техников и обученных добровольцев, поддерживающих наших близких, но при этом чувствуем разочарование и гнев из-за того, что нас нет рядом. Нам позволено ревновать, потому что больше всего мы хотели бы быть на их месте, держаться за руку, которую мы знаем гораздо дольше, обеспечивая утешение, которое мы можем дать.

Когда умер наш человек, нам не нужно думать, что каждая медсестра — святая, а каждый врач — чудотворец; нам разрешено злиться, что они не смогли спасти нашего любимого человека.Нам разрешено злиться на вирус, на систему, пытающуюся с ним справиться, на выживших, которые процветают, и даже на человека, который умер и оставил нас, чтобы разобраться во всем этом. За этими разочарованиями мы также можем скрывать чувство вины за то, что не можем физически присутствовать, несмотря на то, что мы знаем, что наше присутствие невозможно. Нам разрешены эти и многие другие эмоции, потому что мы люди, понимающие бессмысленное любым возможным способом.

Создание ритуалов и разделение нашего горя

В отсутствие прогулок по дому, бодрствования или сидения Шивы с друзьями и членами семьи рядом с нами, мы можем найти новые способы соединиться со старыми традициями.Некоторые из нас могут предпочесть читать отрывки из Священных Писаний, предназначенные для погребальных обрядов, или те, которые приносят нам утешение; мы можем собирать друзей и семью с помощью видеоконференцсвязи, чтобы делиться историями из нашей общей истории, рассказывая историю о том, как дядя Донни давал другой команде ответы во время Trivial Pursuit или когда Марсия носила шляпу Goofy с длинными ушами, просто чтобы рассмешить всех нас.

Делясь этими историями, мы напоминаем себе: моменты, в которых мы могли присутствовать, намного превосходят моменты нашего отсутствия, включая момент смерти.Важно то, что мы чтим свое горе — иногда в одиночку, иногда вместе — находя время, чтобы взглянуть в лицо реальности смерти и откладывая эту реальность в сторону, когда нам нужно отдохнуть от ее тяжести.

LEAVE A RESPONSE

Ваш адрес email не будет опубликован.